Любовник для Курочки Рябы - Дарья Калинина

— Собака четко указала лишь на то, что Артем мог трогать бумагу, на которой впоследствии была написана записка, — сказала Мариша. — Вот собака на него и зарычала. Например, если эта бумага лежала в номере Артема и Ксюты, то Артем наверняка до нее дотрагивался, когда писал послание своему детективу.

А потом убийца уже воспользовался ею в своих гнусных целях.

Мы задумались. Действительно, в каждом номере лежала стопочка писчей бумаги и конверты на тот случай, если постояльцам вдруг надоест общаться по телефону со своими родными и они захотят написать им пару теплых строк. Ну, или послать фотографии. Или еще чего-нибудь.

И как всегда бывало, Марише удалось убедить нас в своей правоте. Версия, что Ксюту убил не Артем, а ее мифический любовник, устраивала нас больше. Потому что Артема мы хоть немного, но знали. А Ксютиного любовника — нет. Но судя по тому, что рассказывал про него Артем, он был личностью волевой.

Не всякий мужчина способен противиться женским чарам. А этот Ксютин любовник явно стойко выдерживал ее стремление выйти за него замуж.

— Что же нам делать? — растерянно спросила я. — Артем говорил, что видеокамера осталась в пуговице на платье Ксюты.

А платье осталось на теле Ксюты. А само тело исчезло в неизвестном направлении.

— Лично я думаю, что его вывезли с острова на весельной лодке, — сказала Мариша. — Вывезли и запрятали под камнями на одном из соседних островов.

— Зачем такие сложности? — удивилась Юлька. — Не проще ли было тело просто утопить?

И мы снова задумались. И в это время к нам в комнату постучался Игорь.

— Вы тут сидите, а я сейчас был на берегу и видел, как полицейские заставляли свою собаку нюхать все лодки и катер, — сказал он. — И собака зарычала только возле той лодки, на которой мы с вами катались и ключи от которой были у Бориса.

Так что он теперь тоже, в некотором роде, на подозрении. Неизвестно ведь, один раз тело Ксюты побывало на той лодке, или оно там оказывалось дважды. Из разговоров полицейских между собой я понял — они подозревают, что Артем подкупил Бориса, и тот дал ему ключи от моторки. А еще они подозревают, что тело Ксюты увезли на весельной лодке, которая до сих пор не нашлась.

— Ты что, так хорошо знаешь язык? — удивилась я. — И можешь понять такие сложные беседы?

— Ну так не первый же год сюда езжу, — пожал плечами Игорь. — А полицейские совсем меня не стеснялись. Я устроился возле них и все слышал. А им было невдомек, что я понимаю их разговор. Здорово, правда?

— Правда! — кивнули мы. — Здорово то, что ты сюда не первый год ездишь и наверняка знаешь все окрестные островки.

— Ну, все не все, — смутился Игорь.

— Не скромничай! — набросились мы на него. — Ты должен отвезти нас туда.

Кажется, эта идея совсем не понравилась Игорю.

— Там нечего смотреть, — пробовал он возразить. — Либо скалы, либо маленькие деревушки с местными жителями, от которых чесноком разит так, что перешибает все другие запахи.

Но мы уперлись. Мы желали осматривать все окрестные островки — и все тут.

— Впрочем, если не хочешь, мы можем поехать и без тебя, — сказала Юлька. — Возьмем двух ребят покрепче, я уже знаю кого. И поедем.

После упоминания о крепких ребятах Игорь немедленно согласился ехать с нами, и с Юлей в том числе, хоть на край света.

Но продолжал твердить, что затея эта совершенно зряшная. Все живописные места он знает наперечет и с удовольствием нам их покажет, но для этого вовсе нет необходимости объезжать все окрестные островки, которые, честное слово, ну ничем примечательным не выделяются.

Но нас-то интересовали не живописные окрестности, а спрятанное тело Ксюты. Вернее, ее платье, а еще точнее, видеокамера в пуговице, на пленке которой наверняка запечатлен момент ее смерти и все сопутствующие тому обстоятельства.

В результате мы вытребовали у Таты ключи от второй моторки. Утренняя компания уже давно вернула лодку в Малую бухту. Так что теперь мы отправились в путь с чистой совестью.

Первое, что мы сделали, когда выехали из бухты, — огляделись.

Вокруг нас было несколько островов, островков и совсем уж островочков. Мы направились к ближайшему скоплению камней, которое даже и назвать островом было трудно. Никаких останков Ксюты или весельной лодки мы там, разумеется, не обнаружили. Но нас это не остановило.

— Интересно, а как тот тип, который вывез тело Ксюты с острова, намеревался вернуться обратно на Кьянти? — неожиданно спросила Юля. — Весельной лодки на острове нет, и вместе с этой лодкой пропасть из отдыхающих с острова тоже вроде бы никто не пропал, а? Как вы думаете?

— Подумаем об этом потом, — махнула рукой Мариша. — Когда найдем либо тело Ксюты, либо саму весельную лодку с Кьянти.

Затем мы по очереди объехали пять или шесть островов.

Некоторые оказались заселены крестьянами и рыбаками, которые при виде нас неизменно приходили в восторг и пытались продать нам что-нибудь из плодов труда своего. Мы покупали, и в результате вскоре в нашей лодке скопилось множество добра.

Связка чеснока, корзиночка с мелкими белыми яйцами, бутылка с оливковым маслом, бутылка домашнего вина, кусок соленого сыра, завернутого во влажную тряпицу, и большой белый батон к нему. Кроме того, нам умудрились продать большую вяленую рыбу и связку рыбешки помельче.

— Зачем нам все это? — удрученно поинтересовалась Мариша. — Нас же в отеле кормят три раза в день.

Но, как выяснилось, Игорь вовсе не считал, что питание в отеле может как-то помешать ему поглотить все наши покупки.

Мы тоже не остались в стороне, особенно налегая на домашнее вино. Оно казалось совсем слабым, но било в голову не хуже боксерской перчатки.

— Мне кажется, что такие населенные острова нам не нужны, — наконец сказала Мариша, когда мы съели и выпили все, что купили, за исключением яиц и оливкового масла. — Хочется тишины и уединения.

Под этим подразумевалось, что стоящие вдоль береговой линии домики рыбаков и крестьян могли отпугнуть человека, укравшего весельную лодку и тело Ксюты с ним в придачу.

— Что там впереди за остров? — спросила Юлька, указывая при этом почему-то налево.

— Ничего примечательного, — ответил Игорь.

Он вообще всю нашу прогулку пребывал в прескверном настроении. Даже уничтожение припасов продовольствия, которые годились для пропитания небольшой семьи в течение нескольких дней, его не слишком утешило.

— Но все же, — настаивала Юлька.

— Можете мне поверить, что, когда строился наш отель, его хозяева объехали все окрестные острова. И уж поверьте мне, они выбрали самый живописный. Больше тут смотреть не на что, — ответил Игорь.