Один из нас - Алексей Стрельцов

— Они подстрелили одного из нас. Сам как думаешь?

Далеко на востоке копошилась зарождающаяся заря, когда Савченко, двое местных оперов и группа спецназовцев вывалилась из машин во дворе новой элитной многоэтажки. — Вы блокируете окна! Ты здесь! — командовал руководитель спецгруппы. — Дверь!

Вскрыв магнитный замок домофона на подъездной двери ключом-вездеходом, бойцы и Савченко рванули наверх. В подъезде, как полагается, разделились — одни отправились вверх на лифте, остальные ринулись по лестнице.

Квартире Щеголькова располагалась на пятом этаже. Когда Савченко, тяжело пыхтя, как паровоз, оказался на лестничной площадке, трое бойцов в полной боевой выкладке — автоматы, бронежилеты и каски, кувалда и сумка со специнструментом для вскрытия двери — уже заняли позицию.

— Вскрываем! — бросил Савченко, снимая ствол с предохранителя.

Два замка были разрушены дрелью. Несколько мощных ударов кувалдой — и массивная металлическая дверь распахнулась, громко ударяясь о стену. Внутрь рванули бойцы, разбегаясь по комнатам по миллионы раз отрепетированному сценарию.

— Чисто!

— Чисто!

— Сюда!

— Капитан, — хмурый командир, когда Савченко шагнул в квартиру, кивнул ему на дверь гостиной. — Ты должен это видеть.

Савченко уже догадался, о чем речь, по голосу бойца в радиоэфире. Убирая пистолет, он вошел в гостиную.

На Щеголькове были лишь семейные трусы — очевидно, гости застали его глубокой ночью. И возможности одеться у него не было. Потому что ночные гости, схватив Щеголькова, усадили его на стул в центре гостиной. Примотали ноги к ножкам стула с помощью скотча, руки пропустили между стальной решеткой спинки стула и также накрепко склеили между собой скотчем.

А потом натянули на голову полиэтиленовый пакет и последний раз воспользовались клейкой лентой, плотно и крепко обмотав вокруг шеи и тем самым лишив его притока кислорода внутрь пакета.

Пакет плотно облегал Щеголькова, проваливался в его открытый рот, которым Щегольков перед смертью инстинктивно пытался вдохнуть.

Смерть была мучительной.

Хмурый и мрачный, Савченко подошел к трупу и дотронулся до его кожи тыльной стороной ладони.

— Б… дь, — выдохнул Савченко. — Часа три-четыре прошло, не больше. Твою мать, как же так?

Раздалось жалобное мяуканье. Савченко посмотрел на звук. Из-за роскошного кресла у стены испуганно выглядывал котенок. Испуганный, маленький, с большими глазами. Светло-серого окраса, но с забавным черным кругом на макушке, между ушей. Котенок снова мяукнул, широкими светлыми глазами глядя прямо на опера.

— Что делать, капитан? — спросил командир группы.

Савченко подошел к котенку. Тот попятился назад, испуганно пригнувшись, но Савченко удалось подхватить его. Подняв животное, Савченко погладил его, успокаивая.

— Теперь уже все равно, — буркнул он.

Пока на месте убийства работала оперативно-следственная группа, Туров заскочил за криминалистами в ЭКО УВД — и вместе с двумя экспертами отправился к опечатанному и пустынному «Вегасу».

— Срывай печать.

Участковый Толян Мещеряков, которого после смерти Самохина решено было перебросить сюда, распечатал двери в игровой клуб. Зевая, открыл замок и отступил.

— Заходим.

Криминалисты выволокли из фургона свое оборудование. Среди прочего здесь была также и ультрафиолетовая лампа — вроде той, с помощью которой обследовали багажник «Ситроена» Самохина.

Искомое нашли очень быстро. Не в кабинете, а в тайной комнате для совещаний в подвале здания, где располагался «Вегас».

— Капитан. Смотри.

Туров подошел к криминалисту, который лампой подсвечивал участок на полу кабинета Щеголькова. В метре от стола ультрафиолет проявил крохотные разводы — словно кто-то присыпал пол светящейся от избытка радиации соломой.

— Вызывай следака, Туров, — сказал криминалист. — Вашего участкового убили здесь.