Рассказы - Роберт Альберт Блох

Я смотрю вверх, все еще в замешательстве, и вижу, что мы влетели через открытый люк. Мы проделали это очень тихо, потому что нас никто не замечает, меня с ковром. Они все стоят на коленях вокруг костей на полу — четверо, включая самого Болтуна Гориллу. А перед ними куча салата, такая большая, что задохнется Моргентау. Поэтому неудивительно, что они слишком заинтересованы в игре, чтобы увидеть, как я делаю свою трехточечную посадку. Я очень дрожу, но начинаю понимать некоторые вещи о ковре. Вот почему черный волшебник хотел это купить, и почему это такой необычный предмет. Поэтому я очень туго скручиваю ковер под мышкой, прежде чем подойти к играющим и представиться.

— Никак это Левша Фип! — кричит Болтун. — Еще одна собака пришла погреметь костями, я полагаю?

Это значит, что я в игре. Теперь я сам очень люблю африканское поло, на самом деле это своего рода моя страсть. И мне действительно не терпится потрясти слоновую кость. Но я не хочу потерять и мой ковер, а это такое хитрое приспособление, что я не могу позволить себе упустить его из виду. Не могу придумать, где его припарковать, без якоря. Тогда у меня возникает идея.

— Мне бы очень хотелось поиграть с вами в шарики, джентльмены, — говорю я этим крысам. — Но я хочу, чтобы вы меня немного ублажили. У меня есть штуковина, который я называю «мой счастливый ковер». Я хочу, чтобы мы все поиграли в кости на его поверхности. Кроме того, — добавляю я вежливо, — мне не нравится, что вы все стоите на коленях на голом полу. Это недостойно, и протирает колени ваших брюк.

Они позволили мне развернуть ковер, мы все опустились на колени, и я взял кости в руки и начал делать из них кастаньеты.

За очень короткое время передо мной промелькнуло достаточно салата, чтобы сделать полноразмерный Сад Победы, и я очень счастлив. Каждый раз, при броске костей, я получаю либо семь, либо одиннадцать, и каждое очко, которое я бросаю, выпадает. Я предполагаю, что это все эти разговоры носят технический характер, если вы не понимаете сложную тактику игры в кости, но идея в том, что я выигрываю много денег.

Это не радует других. Наконец, когда Болтун Горилла получает кости, он очень сердится, потеряв около двухсот баксов. Он хватает кубики огромной перчаткой ловца, которую называет рукой, и трясет их.

— А теперь катитесь, будьте вы прокляты, — говорит он громовым голосом. Но когда он отпускает кости и делает змеиные глаза, это означает, что он проигрывает. Он снова берет кости, очень недовольный, и они шумят в его руке, как пара скелетов, занимающихся гимнастикой на жестяной крыше во время града.

— Давай, — повторяет он. — Сделайте это. Прямиком в Буффало.

Значит, я совершаю ошибку, не предупредив его вовремя. Но теперь уже слишком поздно. Потому что, когда он говорит «в Буффало», ковер поднимается с отскоком, и мы взлетаем через окно в крыше. Но быстро.

Слышны крики, вопли и вой. Нас пятерых швыряет на середину ковра, и мы путаемся в руках и ногах. Может быть, это займет минуту, может быть, десять. Тем временем мы воем в ночи. И когда мне наконец удается вытащить голову из-под этой кучи дергающихся тел, я смотрю вниз на землю и что же я вижу?

Ниагарский Водопад!

Мы едем в Буффало, все в порядке!

Примерно через минуту мы приземляемся на краю города, на свободной парковке.

Ночь безлунная, и я рад, потому что, если кто-нибудь увидит, как мы спускаемся, зенитчики очень быстро займутся делом. А так у меня и так хватает проблем с объяснениями ситуации Горилле и его приятелям. Естественно, их укачало от полета. Поэтому я рассказываю им историю.

— Господи! — замечает персонаж по имени Джей Даймрот Маккарти, который является ученым типом. — То, что у вас есть, это, вероятно, ковер-самолет, как в «арабских ночах».

— Ковер-самолет? — говорю я, в то время как идея внезапно щелкает в моем мозгу.

— Конечно, — говорит Даймрот. — Ковер-самолет, видите? Там используют восточные коврорезы, чтобы путешествовать на них для быстрого бегства. Как раз то, что нужно держать в гостиной для пудры, понимаете? Я всегда думаю, что это одна из этих ритуальных вещей, но вы видите, что я ошибаюсь. На счету вот он. И вот мы здесь.

Другие типчики слушают все эти объяснения и качают головами, пытаясь успокоиться.

— Что же нам теперь делать? — спрашивает Горилла.

— Может быть, мы сможем заставить его отвезти нас обратно в город, — предлагает Даймрот. — Ничего не стоит это попробовать. На нем нет счетчика. Если бы я был вы, Фип, я бы пригласил клиентов, чтобы показать. Все заплатят большие деньги за такой ковер.

— Да, но почему? — спрашиваю я. — Какая от него польза?

— Очень просто, — говорит мне Даймрот. — Клиент появляется в большом лимузине, не так ли? Вот так. Он хочет заменить машину и использовать летающий коврик во время техосмотра авто.

Мне это кажется логичным, поэтому мы все прыгаем обратно на ковер.

— Я хочу вернуться к Болтуну Горилле, — говорю я очень громко. И ковер крутится вокруг, взлетает, и мы отправляемся обратно. На этот раз никто так не напуган. Что касается меня, я даже привык путешествовать по воздуху, поэтому, когда мы пролетаем мимо, я смотрю вниз на весь пейзаж, и в мгновение ока мы спускаемся на улицу. Горилла чуть не лишается головы, когда мы проскальзываем под телефонными проводами, но за ними нет никаких проблем. Ковер отлично управляется, и мы проплываем через окно в крыше и приземляемся даже без удара. Как только мы все приземлились, они столпились вокруг меня и начали соображать. Вся банда загружена схемами.

— Почему бы тебе не открыть бюро путешествий? — предполагает один парень.

— Чушь собачья. Используй ковер для такси, — говорит Горилла.

Кто-то еще предлагает экскурсии по городу. И естественно, в толпе находится маленькая крыса с хитрым лицом, которая выходит с предложением контрабанды алкоголя. Разумеется, я отказываюсь, указывая, что это не только нечестно, но и что на ковре недостаточно места для перевозки большого количества бутылок. Кроме того, я не хочу связываться с этими болванами по