Нищий принц - Наталья Перфилова

Нинку я увидела издалека. Она стояла возле лавочки и переминалась с ноги на ногу. Изредка она поглядывала в сторону автобусной остановки, но чаще ее взор устремлялся в сумрачную темень аллеи. На роскошный «Хаммер» она даже не взглянула. Уже много лет мы называем первую лавочку от остановки в придорожном сквере «своим местом». Когда-то давно Нина подсчитала, что она находится на одинаковом удалении от наших домов. Добраться до сквера можно, проехав по одной остановке на автобусе или пройдя пешком минут десять. В хорошую погоду мы очень редко пользуемся общественным транспортом. Иногда по утрам, совершая пробежку, мы, заранее созвонившись, встречаемся на «своем месте» ,отдыхаем, болтаем и трусцой удаляемся каждый в свою сторону. Назначив подруге встречу именно здесь, я ни секунды не сомневалась, что она верно поймет меня. На всякий случай я еще добавила ее детдомовское прозвище. Ведь известие о моей смерти Нина получила, по всей вероятности, довольно давно и успела свыкнуться с мыслью о том, что никогда больше не увидит свою лучшую подругу. Поэтому, чтобы исключить подозрение в розыгрыше, я и назвала ее «Пятачком». Много лет назад, когда нам было лет по десять, и мы спали на соседних койках в детском доме «Снежинка», зародилась наша дружба. Я в то время была крупной рослой девочкой с румянцем во всю щеку. Нина выглядела младше своих лет, видимо, из-за того, что в младенчестве и глубоком детстве, до тех пор, пока ее мамашу не лишили родительских прав, она питалась из рук вон плохо, причем не каждый день. Не смотря на это, в маленькой бледной девчонке было столько энергии и задора, что порой ей просто не сиделось на одном месте. Ее частенько выгоняли с уроков за болтовню и непоседливость. Вместе мы производили довольно странное впечатление: степенная толстощекая отличница и бледная мелкая егоза-двоечница. Не удивительно, что за глаза нас прозвали «Пятачок и Винни Пух». Меня это необыкновенно обижало. Нинке, как обычно, все было пофигу.

С тех пор прошло немало лет. Нина превратилась в миловидную стройную блондинку с глубокими карими глазами. Такое вот необычное сочетание. Мы и сейчас составляем с ней достаточно контрастную пару. Я — высокая брюнетка с совершенно несвойственными смуглянкам зелеными глазами. В остальном за эти годы ничего не изменилось. Подружка все так же суетлива и непосредственна. Вот и сейчас, вместо того, чтобы спокойно сидеть на лавочке, она разве что на одной ноге не подскакивает.

Припарковав машину у обочины, я пешком направилась к «нашему месту». Мельком мазнув по мне взглядом, Нина вновь уставилась в сторону моего дома. Узнать меня в темных очках и газовом шарфе на голове и вправду было трудновато. Сев на лавочку, я достала сигарету и закурила. Подруга еще раз обернулась, хотела что то спросить, да так и застыла с открытым ртом.

— Привет. Веди себя прилично, на нас уже начали обращать внимание. — Видя, что Нина никак не придет в себя, я схватила ее за руку и потащила к «Хаммеру».

Оказавшись в затемненном салоне джипа, Пятачок немного оттаял и даже начал слабенько невнятно похрюкивать.

— Ну все, Нин, хватит. Я тебя прямо не узнаю. Ты чего так расклеилась то?

— Я тоже тебя не особо узнаю. — Выдавила она.

Я сняла шарф и очки.

— Так лучше? — Нина молча кивнула. — Ну тогда давай, рассказывай, что тут было за время моего отсутствия?

— Лучше ты сначала.

— Моя история, наверняка, раз в десять длиннее. Начнем с тебя.

— А ты, правда жива?

— Нет, Пятачок. Просто я зверски соскучилась и решила навестить тебя тут, на земле. Ты рада, надеюсь?

— Рада, — поспешно заверила меня подруга и забилась в самый дальний угол сиденья.

— Не дрейфь, живая я. Хотя там, откуда я сейчас приехала, действительно, как на другом свете. Как в райском Эдеме. Ну все, хватит время тянуть. Рассказывай: как вы тут без меня?

— А машина это твоя?

— Все зависит от того, решу я вернуться назад, или останусь здесь насовсем. В первом случае — она моя. Во втором, получается, что я ее просто напросто угнала.

По глазам подруги я поняла, что она в замешательстве, почти в панике. Под моим пристальным взглядом ей не оставалось ничего другого, только начать свой рассказ.

— Ну ты улетела в Египет, а я тут осталась… Потом прислали в агентство извещение, что наша туристка насмерть разбилась, катаясь на водном велосипеде… Я, как узнала, три дня на больничном была… Вот и все.

— Да уж, ты никогда не умела складно излагать, но даже от тебя я такого не ожидала.

— А что ты хочешь? Исчезла на два месяца, все вещи побросала, Скутер разбила. И вдруг заявляется фифа разряженная. Рассказывай ей все, как было. У нас, знаешь, какие неприятности! Фирму по твоей милости вот-вот закроют. Проверками задолбали. А она на джипах разъезжает и в ус не дует. — Неожиданно разозлилась Нинка.

— Ну, наконец то, я узнаю своего Питыча! А то уж, я думала, моя безвременная кончина тебя вконец доканала.

— Смешно! Смотри не описайся. — Подруга надула губы и отвернулась. — Могла уж и совсем тогда не оживать, раз так.

— Мне нужен твой совет. Я никак не пойму, во что вляпалась. Как будто сплю и никак не проснусь. Я только вчера ночью из Египта прилетела. И сразу к тебе. Не дуйся. — Я ласково потрепала ее по макушке…

— Ну и что с тобой случилось? — Ворчливо, но с явной заинтересованностью спросила Нина. — Может, поделишься?

— Конечно. Зачем же, по-твоему, я приехала? Только прошу, не перебивай. Все вопросы потом. Хорошо?

— Валяй! — Подруга поудобнее уселась и приготовилась слушать.

* * *

Чтобы поехать в Египет, я копила деньги целых два года. Не то чтобы у меня была маленькая зарплата, но потребности сильно превышали спрос. После детдома, мне, как и Нине, выделили однокомнатную квартиру на окраине. Нам с ней необыкновенно повезло. Обычно выпускникам в качестве жилья предоставлялась всего лишь комната в коммуналке.

Первые два года я спала в буквальном смысле слова на полу, подолгу ворочаясь на жестком неудобном матрасе, готовила на подоконнике. После школы, администрация пристроила меня в престижное в наших кругах швейное ПТУ. По вечерам я подрабатывала в ателье. Работу выполняла самую неквалифицированную и страшно однообразную. Подгибала брюки, выпарывала сломанные молнии и вшивала новые. Работы было очень много. Ателье наше не блистало богатой клиентурой. Увидеть здесь даму в мехах и бриллиантах можно было только в мечтах. Зато из всех окрестных домов огромного спального района несли нам в починку пришедшую в негодность одежду. Иногда во сне я видела бесконечные ряды разноцветных пуговиц, которые крутились и плясали перед моими уставшими глазами. Получала я не то чтобы очень мало, но на жизнь едва-едва хватало. Окончив ПТУ, я потихоньку стала обживать квартиру. Купила диван, стол, шкаф и остальные вещи, необходимые для достойного существования. Потом мне удалось устроиться на достаточно денежную работу в сеть магазинов Секонд-хэнд. Что может делать там портниха? Да очень просто. Тяжеловесные фуры постоянно провозят через таможню огромное количество мешков и тюков с вещами, которые заграничные модники носили какое то время, а потом выбросили, так как они им надоели, вышли из моды или испортились прожегом, пятном, дырой. Здесь можно увидеть как старые, давным давно вышедшие из моды тряпки, так и модели известных европейских дизайнеров. Последние, конечно, встречаются крайне редко. В зависимости от современности и качества, весь Секонд-хэнд на базах делится на несколько категорий, которые продаются владельцам магазинов этого профиля по разной цене.