Пух и прах - Эд Макбейн

– У нас когда-нибудь были дела с Каупером?

– Ты о чем?

– Ну, не знаю… Он когда-нибудь давал нам какие-нибудь задания, поручения? Нечто в этом духе.

– Лично я не помню, – покачал головой Бернс. – Да, он как-то толкал речь на торжественном заседании полицейского профсоюза, но там собрали наших со всего города, вплоть до последнего патрульного.

– Псих, точно псих, – решительно кивнул Карелла.

– Может, и так, – повторил Мейер.

– А голос у него какой был? – вдруг вскинулся Стивен. – Что, если это какой-нибудь сопляк хулиганит?

– Нет, – покачал головой Мейер, – это был взрослый человек.

– Он сказал, когда перезвонит?

– Нет. Он только произнес: «Подробности позже».

– Он не говорил, куда или во сколько тебе надо отнести деньги?

– Нет.

– А он не объяснил, где тебе взять такую сумму? – Карелла почесал подбородок.

– Не-а.

– Может, он рассчитывает, что мы скинемся всем миром? – предположил Стивен.

– Пять тысяч баксов… Я за год зарабатываю всего на пятьсот пятьдесят долларов больше, – отозвался Мейер.

– Это понятно, – махнул рукой Карелла, – но он наверняка слышал о щедрости детективов восемьдесят седьмого участка.

– Спорить не буду, очень похоже на то, что нам звонил псих, – мрачно произнес Мейер. – Но меня тревожит одна вещь.

– Что именно?

– Он сказал, что Каупера застрелят. Знаешь, Стив, мне это очень не нравится. Признаться честно, эти слова меня напугали.

– Да-а… – протянул Карелла. – Ну что ж, давайте подождем. Вдруг он снова позвонит? Кто у нас в следующей смене?

– Клинг и Хоуз подойдут где-то к пяти.

– Кто еще? – спросил Бернс.

– Уиллис и Браун. Они сменят ребят в городе.

– По какому делу работают? – осведомился лейтенант.

– По угонам. Сейчас пасут Кулвер и Вторую авеню.

– Ты-то, Мейер, сам что думаешь? Кто нам звонил? Псих? – Бернс внимательно на него посмотрел.

– Может, и псих. Поживем – увидим.

– Кауперу стоит звонить?

– Зачем? – пожал плечами Карелла. – А если мы только зря шум подымем? Я лично не вижу смысла понапрасну его беспокоить.

– Ладно, – промолвил Бернс. Кинув взгляд на часы, он встал, подошел к вешалке в углу и надел плащ. – Обещал Харриет пройтись с ней по магазинам – они сегодня работают допоздна. Если вдруг понадобится со мной связаться, я буду дома около девяти. Кто из детективов будет дежурить в участке?

– Клинг, – отозвался Мейер.

– Передай, что я вернусь домой около девяти. Договорились?

– Хорошо.

– Надеюсь, это все же псих, – произнес Бернс и вышел из кабинета.

Карелла сидел на краешке стола и потягивал кофе. Выглядел детектив измотанным до предела.

– Ну и каково это – быть знаменитостью? – поинтересовался он у Мейера.

– Ты о чем?

– Так ты еще ничего не знаешь? – Карелла поднял на него взгляд.

– О чем это я не знаю?

– О книге!

– Какой еще книге? – нахмурился Мейер.

– Да книга тут вышла.

– И что?

– Она называется «Мейер Мейер», – огорошил коллегу Карелла.

– Да ладно? – не поверил своим ушам детектив.

– С чего мне врать? Так и называется, «Мейер Мейер». Сегодня на нее даже рецензию в газете напечатали.

– На кого? На книгу? На книгу «Мейер Мейер»?

– Между прочим, в рецензии книгу хвалят, – уточнил Карелла.

– «Мейер Мейер»… Ничего себе заглавие… – растерянно промолвил детектив. – Но ведь так же зовут меня!

– Кто спорит?

– Он не имел права так называть свою книгу! – возмутился полицейский.

– Она, – поправил его Стивен, – автор – женщина.

– И кто она такая?

– Ее зовут Элен Хадсон.

– Она не имела никакого права так поступать, – заявил Мейер Мейер.

– И все же она так поступила.

– Она не имела на это никакого права! Я ведь живой человек. Как можно называть персонажа именем живого человека?! – Вдруг Мейер нахмурился и с подозрением посмотрел на Кареллу. – Ты что, надо мной прикалываешься?

– Упаси Бог, я тебе сказал святую правду.

– И кто по сюжету этот Мейер Мейер? Полицейский?

– Вроде нет. Я так понял, он преподаватель.

– Преподаватель?! Господи ты боже мой! – всплеснул руками Мейер Мейер.

– Ага, – покивал Карелла, – причем преподаватель университетский.

– Она не имела права так поступать. Может, он еще и лысый?

– Не знаю, – покачал головой Стив. – В рецензии сказано, что он низенький и толстый.

– Низенький и толстый! – воскликнул Мейер. – Она осмелилась назвать какого-то жирного коротышку моим именем?! Да я ее засужу!

– Засуди, – отозвался Карелла.

– Думаешь, мне слабо́? В каком издательстве вышла эта чертова книжонка?

– В «Даттоне».

– Ясненько! – Мейер выхватил блокнот из кармана пиджака, проворно записал название издательства на чистой странице, захлопнул блокнот, принялся засовывать его обратно в карман, обронил на пол, выругался, наклонился за ним и вдруг, подняв на Кареллу жалобный взгляд, произнес:

– Как-никак первым на белом свете появился все же я.

* * *

Второй звонок раздался вечером, без десяти одиннадцать. На него ответил дежуривший в следственном отделе детектив Берт Клинг. Прежде чем уйти домой, Мейер рассказал ему о первом звонке, так что Берт был в курсе дел.

– Восемьдесят седьмой участок, детектив Клинг слушает, – произнес в трубку полицейский.

– Не сомневаюсь, вы уж точно для себя решили, что я псих, – произнес мужской голос. – Напрасно.

– Кто говорит? – спросил Клинг и жестом показал Хоузу, чтобы тот взял трубку на втором аппарате.

– Я не шутил. Я говорил совершенно серьезно, – продолжил мужчина. – Если я к полудню не получу пять тысяч долларов, распорядителя городского садово-паркового хозяйства Каупера убьют. Его застрелят завтра вечером. А теперь перейдем к деталям. Есть чем писать?

– Слушайте, мистер, а почему вы позвонили именно нам? – спросил Клинг.

– Из сентиментальных побуждений, – ответил мужчина, и Клинг мог поклясться, что его собеседник в этот момент улыбнулся. – Ну так как? Готовы записывать?