Порноброкер - Картер Браун

Где-то около половины одиннадцатого я нашел магазин «Новинки Вилсона». Его освещенная витрина буквально ломилась от всевозможной печатной порнографии, плакатов, иллюстрированных журналов и жутковатых приспособлений, связанных с порно. Возможно, оттого, что в такую теплую ясную ночь народ предпочитал теории практику, магазин пустовал. Пробираясь среди нагромождения вешалок и стендов, я прошел в глубину торгового зала, где стояла скучающего вида брюнетка, зажав в пальцах горевшую сигарету. Длинная челка почти скрывала ее синие глаза, а остальные волосы, подстриженные в аккуратный шлем, закрывали уши. Девица казалась на удивление голой. Подол скупо выкроенного панбархатного платья едва прикрывал ягодицы, обнажая загорелые ноги, достойные того, чтобы их ампутировать, водрузить на деревянные подставки и установить по обе стороны камина.

— Что вам угодно? — Она безразлично скосила на меня глаза из-под челки.

— Я одинок, — доверительно шепнул я. — Мне нужна хорошая компания, чтобы не скучать ночью одному.

В натуральную величину, из несгораемого материала и лучше всего похожая на вас.

Она громко вздохнула.

— Знаешь, почему так муторно работать в подобном месте? Никогда не поймешь, то ли клиент клеится к тебе, то ли он правда псих.

— Я правда псих, все в порядке, — заверил я ее. — Но если хорошо подумать, то живая компания гораздо лучше.

Что вы делаете сегодня вечером, когда закроете магазин?

— Вполне возможно, что сегодня вечером я окончательно свихнусь, если ты будешь продолжать меня доставать, — лениво произнесла она. — Купи себе лучше самый здоровый вибратор и устрой на нем дома королевские скачки.

— Мне нужен Билл Вилсон, — перешел я к делу. — А одного взгляда сквозь твое платье достаточно, чтобы убедиться, что ты — не он. Я надеюсь!

Она неохотно улыбнулась.

— Я Бонни Адамc. Присматриваю за этой лавочкой в его отсутствие, пока он не вернется.

— Не вернется откуда?

— Они уехали куда-то с Дэнни Бриджсом, который делает дешевые фильмы. Билл считает, что если он торгует его продукцией, то обязан лично проследить, как она производится. Мне кажется, он надеется сыграть где-нибудь главную мужскую роль.

— Но ты не знаешь, куда именно они уехали?

— Куда-то в горы, возможно. Билл как-то туманно выразился по сему поводу. Сказал, что вернется через пару дней, и пока он опаздывает всего на один день.

— Меня зовут Рик Холман, — представился я. — Мне сказали, что Билл Вилсон знает, как найти Маризу, суперзвезду порнофильмов.

— Очень увлекательно, но меня не захватывает, — отрезала она.

— И ты не знаешь, как найти Маризу?

— Понятия не имею, — категорично ответила девица. — А если бы и знала, то все равно не сказала бы. — Она устремила на меня свой темно-синий взгляд. — Когда же наконец вы, гаденыши сентиментальные, посмотрите на мир реально? Если девушка снимается в порнофильмах, это еще не значит, что она только и ждет, чтобы какой-нибудь гаденыш вроде тебя заполз в ее жизнь! А может, она давно замужем, растит пару пацанов и занимается этим делом только ради куска хлеба?

— И как это такой выдающийся философ работает на такой грязной помойке? — удивленно спросил я.

— Потому что ему тоже жрать надо. — Ее ресницы трагически дрогнули. — Я бы никогда не унизилась до такого состояния, если бы мне не надо было поддерживать мать-вдову и еще младшего брата. Да, притом он калека.

— Уж не тот ли самый Чарли Адамc? — съязвил я. — Парень, который снимался с Маризой? — Я печально покачал головой. — Слышал, они демонстрировали самую сложную позицию — номер шестьдесят восемь, Мариза нечаянно чихнула, и бедный Чарли рухнул и сломал себе позвоночник.

Девица, не удержавшись, хихикнула.

— И у бедной Маризы с тех пор в походке появился левый крен, заметил?

— Знаешь что? — предложил я. — Никто не заметит, присматриваешь ли ты за этой лавочкой или нет. Давай закроем ее и поедем ко мне что-нибудь выпить!

— А куда это — к тебе? — поинтересовалась она.

— Беверли-Хиллз, — ответил я.

Судя по видной мне второй половине ее лица, брови красотки — если таковые у нее имелись — поползли вверх под спасительной тенью-длинной челки.

— Ты, наверное, из этих богатых психов?

— Ну, мой домик довольно скромный, — признался я. — Всего один бассейн.

— Я должна это увидеть! — Она выразительно закатила глаза. — Но только обещай, чтобы без всяких поз номер шестьдесят восемь, ладно?

— Ладно, — согласился я. — Я всегда говорил, что после первых шестидесяти семи дальше уже скучно. Ты тоже всегда так говоришь?

— Нет психа хуже, чем на сексуальной почве, вот что я всегда говорю, — ответила она. — Но ты, я вижу, самый психованный сексуальный псих на свете!

И вдруг нас оказалось трое. То ли он подошел в домашних тапочках, то ли владел искусством левитации, но рядом со мной вдруг возник здоровый, бронзово-загорелый, атлетического вида парень ростом более шести футов и с плечами футболиста-профессионала. Соломенные волосы в беспорядке падали до плеч, а глаза прятались за тонированными очками. Расстегнутая до пояса лиловая рубашка открывала взору отлично развитую безволосую грудь, а вареные джинсы обтягивали бедра так туго, что ему, наверное, было очень больно сидеть.

— Хай, крошка, — густым баритоном обратился он к Бонни Адамc. — Я гляжу, ты изо всех сил трудишься в магазине. У тебя даже наличествует живой клиент.

— Хай, Билл, — понизив голос, ответила брюнетка. — Это Рик Холман. Он хотел увидеться с тобой.

— Правда? — Тонированные стекла скользнули по мне с головы до ног. — Знаешь что, Холман? — Подавленный в животе смешок прозвучал так, словно парня мучили проблемы с пищеварением. — Ступай-ка лучше куда подальше! Ты определенно не в моем вкусе.

— Вы Билл Вилсон? — терпеливо спросил я.

— Да, это я. — Он коротко кивнул. — Если тебе надо что-нибудь купить, то покупай. Если нет, то вали отсюда быстро, потому что я не намерен терять с тобой такую ночь.