Тузы и шестерки - Фридрих Незнанский

И тут появились те двое…

Денис Грязнов

Июньская жара на рассвете донимала еще не слишком, тем более если едешь в машине с кондиционером.

Директор частного охранного предприятия «Глория», как всегда, появился на работе раньше своих сотрудников, если не считать компьютерщика Макса, который вообще редко вылезал из офиса на свет божий — разве что за пивом, растворимым кофе или чипсами. Офис располагался в цокольном этаже старинного здания на Неглинной улице, и Макс уже стал как бы обязательной частью его интерьера. Такой уж он был человек.

— Макс, ты столько времени в сети торчишь, — сказал Денис ритуальную фразу, наливая себе кофе, поскольку, несмотря на утреннюю оголтелую езду по сумасшедшим московским дорогам, толком еще не проснулся. А точнее, не выспался. — Тебя Интернет еще с ума не сводит?

Огромный, бородатый компьютерщик пожал плечами:

— Настоящей опасности сеть не содержит. Интернет вроде как город, в отличие от деревни: дает бесконечный выбор и поэтому предполагает большую личную дисциплину. Желаешь чипсов?

— Не желаю чипсов. То есть ты хочешь сказать, что слабым и не определившимся с приоритетами людям компьютерная сеть подбрасывает всяческие капканы? — уточнил Денис.

— И ловушки внимания. Но этого не избежать. Человек должен всегда делать выбор сам, и, если заменить здесь слово «сеть» на «жизнь», ничего не изменится, поэтому дело не в Интернете. Вот, например, однажды я вышел из офиса в город…

Чем закончилось это захватывающее приключение Макса, Денис не узнал, потому что во входную дверь офиса позвонили. Приятели переглянулись. У остальных их коллег были свои ключи, а для посетителей как будто еще рановато…

Денис пошел открывать, потому что Макс отрывал бы свою задницу от кресла на колесиках еще полчаса (Денис подозревал, что он на нем и в туалет ездит).

Через полминуты Денис вернулся вместе со своим дядей, Вячеславом Ивановичем, невысоким мужчиной лет пятидесяти, коренастым и рыжеволосым, хотя немного и лысоватым. Очень внимательный человек, возможно, разглядел бы в них некое отдаленное сходство, ведь они были все же родственниками. Грязнов-старший был генерал-майором милиции и в недалеком прошлом — начальником МУРа. Более того, именно он являлся отцом-основателем «Глории», которую учредил, когда в середине девяностых ненадолго уходил с «государевой», как он любил выражаться, службы. Вернувшись в МУР, Вячеслав Иванович тогда же передал дела детективного агентства своему племяннику, и, хотя частенько «Глорию» лихорадило — то не хватало денег на бензин, не говоря уже о зарплате, а то частные сыщики могли позволить себе роскошный заграничный отдых, — Грязнов-старший в общем и целом работой Дениса был доволен. Что, впрочем, не мешало ему периодически поругивать племянника и грозить «прикрыть эту лавочку дармоедов и бездельников» — в педагогических целях. Большинство «дармоедов и бездельников» Вячеслав Иванович, между прочим, привел в «Глорию» собственноручно — за исключением Макса и Дениса тут работали сплошь бывшие муровские оперы.

В настоящее время Грязнов-старший возглавлял одно из управлений ГУУР МВД, то есть, по сути, все того же уголовного розыска, но на уровне Министерства внутренних дел. Дядя с племянником и прежде, а тем более теперь, понимали друг друга с полуслова, и Денис сразу сообразил, что Не просто поболтать перед началом рабочего дня заскочил к нему такой серьезный человек. Впрочем, что гадать, раз он здесь, значит, сам все и расскажет.

Грязнов-младший сделал кофе и для Вячеслава Ивановича, и тот, одним глотком осушив чашку, спросил для проформы:

— Чем занимаетесь, гаврики? Штаны свои от кутюр протираете?

Это было не совсем справедливо: на Максе были его традиционные джинсы «ливайс» шестьдесят какого-то размера, Денис же щеголял в льняных светлых брюках, недешевых, правда, но и не так чтобы уж неприлично дорогих. Следовало дать достойный ответ официальному представителю органов правопорядка.

— Чем занимаемся? Обсуждаем текст мемориальной доски, — не моргнув глазом, сообщил Грязнов-младший.

— Какой доски?! — обомлел дядя.

— Гранитной. Но можно и мраморной. Мы еще не определились. Максим, как там у нас начинается?

Макс немедленно включился в игру:

— «Здесь с девятьсот девятого года располагается непревзойденное частное охранное предприятие «Глория». Его основное направление — комплексное обеспечение безопасности…»

— «…Сотрудники фирмы предоставляют также отдельные услуги в области безопасности, — подхватил Денис, — такие как личная охрана, охрана грузов, иногда — инкассация, сбор информации, проведение контрразведывательных мероприятий, проверка помещений на закладки и их чистка, проектирование и установка систем технической защиты…»

Генерал-майор милиции слушал без преувеличения раскрыв рот.

А Денис заливался:

— «…Оказывают также эксклюзивные консалтинговые и маркетинговые услуги. Имеют хорошие рабочие контакты с МВД, ФСБ, налоговой полицией, органами прокуратуры. Пресекают факты вымогательства, производят задержание представителей мафиозных группировок…»

— «…Награждены многочисленными государственными наградами, — добавил Макс, — и почетными президентскими ноутбуками».

Возникла небольшая пауза, правда, не из тех, которые принято считать неприятными. Все-таки со-брались-то близкие люди.

— Разыгрываете, — вздохнул Грязнов-старший и поставил чашку на стол. — Кофе у вас хороший. «Чибо»?

— «Президент».

— Буржуи. А я уж было купился. Особенно когда про гранитную доску услышал…

Тут Денис разглядел что-то новое в его глазах и подался вперед.

— Что-то все-таки случилось?

И Грязнов-старший без обиняков приступил к делу:

— Денис, ты знаком с Толей Бедняковым?

Денис на секунду задумался, потом отрицательно

покачал головой.

Грязнов-старший обвел контору взглядом:

— А… где Голованов, Филипп и прочие пинкертоны?

— Отсыпаются.

— Опять в простое? — нахмурился Вячеслав Иванович.

— Не совсем. Только-только завершили одно дельце, так что мужики законно расслабляются.

— И Алла тоже участвовала?

Алла Снегур была одной из последних сотрудниц, приобретенных «Глорией». Капитан милиции, блестящий муровский опер, у которой одно время назревали неприятности на почве слишком личных отношений с другим работником МУРа. Тогдашний начальник МУРа, то есть Вячеслав Иванович, дальновидно отправил ее от греха подальше в «творческую командировку» — она поработала месяц в «Глории», да так тут и осталась.

— Алла не успела поучаствовать, — с ноткой сожаления в голосе признал Денис. — Она попросилась в отпуск. У нее срочные личные обстоятельства, сам знаешь какие, отказать я не мог.