Четвертая подсказка - Кацухиро Го

– Но ведь, господин сыщик, вы же не одолжите мне сто тысяч иен?

– Легко тебе говорить… У меня тоже зарплата маленькая!

– А у меня долгое время вообще никакой зарплаты нет. – Судзуки пожал плечами. – Я вообще, можно сказать, мертвец…

– Слушай, ты! – Тодороки впервые посмотрел прямо в лицо дебоширу. – Как тебя зовут на самом деле?

– Я же говорю: Тагосаку. Тагосаку, от которого нет никакой пользы…

Тодороки почувствовал доносящийся гул – как от сотрясения земли. «Конечно, – подумал он, – это всего лишь иллюзия». И все же предчувствие его не оставляло. Тодороки обернулся и посмотрел в сторону Исэ. Как только их взгляды встретились, тот быстрым шагом вышел из следственной комнаты.

Тодороки вновь повернулся в сторону Судзуки. На лице у того блуждала легкая улыбка. «Выражение лица у него на редкость тупое. Омерзительная физиономия…» Впрочем, Судзуки уже не выглядел пьяным.

– Во сколько начался бейсбол?

– В два часа, – тут же ответил Судзуки.

– Сколько банок тюхая ты выпил?

– Три.

– А во сколько матч закончился?

– В пять часов.

– Неужели тебе трех банок хватило?

– У меня ж денег мало. На удивление мало, – ответил Судзуки, как будто даже с гордостью выпятив грудь.

– И при этом ты пошел покупать «добротное спиртное»?

– Это потому, что я был пьян.

– Выпил какие-то три банки и, так и не протрезвев после этого, отправился в магазин?

– В последнее время в круглосуточных магазинах продают забористый алкоголь.

– Вызов в полицию поступил после восьми часов. После того, как матч закончился, прошло три часа.

На лице Судзуки сияла улыбка. Прямо как у безобидного синтоистского божества Дайкоку.

– Слушай, ты, что ты тут затеял?

Дверь открылась. В комнату резко ворвался ветер – и одновременно влетел Исэ. Лицо его было перекошено. Энергично жестикулируя, он громко прошептал на ухо Тодороки: «На Акихабаре взрыв. Подробности неизвестны».

– Господин сыщик, – произнес Судзуки. Все с той же улыбкой на лице он продолжил: – Вы мне понравились. Я не хочу разговаривать ни с кем, кроме вас. И еще – мое мистическое озарение подсказывает, что взрывы будут еще три раза; следующий – через час.

* * *

Отпечатки пальцев Судзуки в базе данных преступников-рецидивистов не нашлись. Из вещей – только пустой кошелек. Это не значит, что у него нет денег, просто кошелек действительно был пуст.

– Ты что, даже не смог выяснить его адрес?

– У него на все один ответ: «Забыл».

Слова Тодороки заставили примчавшегося из дома начальника отдела Цуруку скрежетать зубами. Вечер его выходного дня был испорчен. Сжимая в руке электронную сигарету, Цуруку постоянно открывал-закрывал крышку, словно хотел дать выход своему стрессу.

– Забыл, говоришь? Действительно думаешь, что такое нытье прокатит?

– Прокатит или нет, что можно поделать, если сам человек не колется?

– На то ты и следак, чтобы раскалывать таких!

Тодороки сложил руки за поясом и скосился на своего светлокожего босса. Редко встретишь мужчину, которому бы так шло бить кулаком по столу и визжать.

– Что там в Акихабаре?

– Их ответственные сотрудники сейчас направляются сюда.

– И, наверное, не только из Мансэй, но и из Главного полицейского управления [6], – с раздражением выдохнул Цуруку.

Кивая, Тодороки рылся в памяти – знает ли он кого-нибудь в отделении полиции Мансэйбаси, в чьем ведении находится Акихабара, но вспомнить не мог. Ближайшая станция к отделению полиции Ногата, где находятся Тодороки и его коллеги, – это «Накано» на линии Джей-Ар Собу. Расстояние от этого места до Акихабары, если двигаться с запада на восток через кольцевую линию Яманотэ, примерно десять километров.

Характер происшествия пока трудно было определить. Взрыв произошел в здании, расположенном на отдалении от оживленной торговой части района, в комнате на третьем этаже, выходящей на проезжую часть. Меры безопасности в пустующем здании, откуда съехали арендаторы, были совершенно несерьезными, преодолеть их не стоило больших трудов.

Тип взрывного устройства неизвестен. В этих обстоятельствах вряд ли можно рассматривать этот инцидент как случайное происшествие. Предположительно, было использовано что-то с часовым механизмом. Эксперты предполагают, что это могла быть самодельная газовая бомба.

Точное время взрыва – двадцать седьмое сентября, двадцать два часа одна минута. Одновременно с грохотом разом разбились окна третьего этажа, их осколки посыпались на улицу. Хоть и вдали от центра, но это воскресная Акихабара! Невезучую пару, проходившую рядом со зданием, взрывной волной бросило на землю и вдобавок осыпало изрядной порцией стекольных осколков. Еще один молодой человек, проезжавший на велосипеде, потерял сознание на обочине дороги. От колоссального грохота эти молодые люди на время потеряли представление о происходящем. К счастью, угрозы чьей бы то ни было жизни, включая пару, порезанную стеклом, похоже, нет.

Свидетельских показаний о присутствии подозрительных лиц вблизи места происшествия не поступало. Находящиеся рядом камеры наблюдения в процессе проверки. Никто не назвал виновного и не взял на себя ответственность. Пресса пока что сообщает об инциденте как о несчастном случае, но если произойдет следующий взрыв, все пойдет прахом и пресса начнет говорить совсем другие вещи.

Единственная на данный момент зацепка – это то, что доставленный сюда, в полицейское отделение Ногата, по подозрению в причинении телесных повреждений пьяница, именующий себя Тагосаку Судзуки, во время допроса ни с того ни с сего предсказал этот взрыв… Рост – около одного метра семидесяти сантиметров, вес – чуть больше восьмидесяти килограммов. Мужчина средних лет, говорящий по-японски.

– Иными словами, ничего непонятно? Так мне и сказать, склонив голову, ребятам из Мансэя и столичного управления?

– Буду стараться. Стараться не запятнать вашу репутацию.

Тодороки почувствовал, что Цуруку смотрит на него как на кровного врага. «Было бы можно, сменил бы тебя на более понятливого подчиненного» – вот, наверное, истинные чувства Цуруку. «Да я и сам за то, чтобы меня поменяли…» Тодороки захотелось вздохнуть. Однако, ввиду желания подозреваемого говорить только с Тодороки, и его отстранение, и самоотвод несли одинаковый риск.

Трудно представить себе, чтобы предсказание Судзуки сбылось по чистой случайности. Ничего не остается, кроме как полагать, что вторая и третья бомбы тоже существуют. Исходя из этого, самый быстрый способ предотвратить эти дурацкие теракты – заручиться сотрудничеством преступника, который сам пришел в полицейское отделение. С другой стороны, если настроение у него испортится и он решит уйти в несознанку, ничего хорошего тоже не будет. Если где-то что-то в результате взорвется и кто-то погибнет, тогда из полиции просто сделают отбивную.

«И первым, кто получит по морде, буду, наверное, я…»

Тодороки развернулся и проследовал обратно в следственную комнату. Времени-то уже двадцать два часа пятнадцать минут. До второго предсказанного Судзуки взрыва осталось