Сокровенные тайны - Сандра Браун

Оба Минтона откровенно разглядывали Алекс, ища в ее лице сходство с матерью, которую они отлично знали. Уголком глаза она заметила, что носки сапог Ламберта уже не покачиваются. Он подобрал колени и сел прямо.

— Чем, скажите на милость, вы все эти годы занимались? — спросил Ангус.

— Сколько же прошло лет? — вставил свой вопрос Минтон-младший.

— Двадцать пять, — коротко ответила Алекс. — Мне было всего два месяца, когда бабушка Грэм уехала отсюда.

— Как поживает ваша бабушка?

— Она сейчас в Узко, в лечебнице, мистер Минтон, умирает от рака. — Не было никакого смысла щадить их чувства. — Она в коматозном состоянии.

— Мне очень жаль.

— Благодарю за сочувствие.

— Где же вы все это время жили?

Алекс назвала городок в центральной части Техаса.

— Мы там жили всю жизнь — во всяком случае, сколько я себя помню. Я там окончила школу, поступила в Техасский университет, на юридический факультет. Год назад получила право адвокатской практики.

— Юридический. Подумать только! Что ж, вы молодец, Александра, просто молодец. Правда, сынок?

Минтон-младший включил свою неотразимую улыбку на полную мощность.

— Что и говорить. И ни капельки не похожи на себя, ту, какой я вас последний раз видел, — поддразнил он. — Если мне память не изменяет, пеленки у вас были мокрые, а на голове ни единого волоска.

Алекс хорошо помнила, по какому поводу проводится это тщательно организованное совещание, и подобная фамильярность была ей не по нраву. Она обрадовалась, когда в разговор снова вмешался Пат Частейн.

— Страшно не хочется нарушать столь трогательную встречу, но я по-прежнему ничего не понимаю. Ангус решил его просветить:

— Седина училась в одном классе с Джуниором и Ридом. Они, вообще говоря, очень дружили. Поодиночке их, бывало, и не увидишь никогда — непременно вместе. Не разлей вода.

Тут его голубые глаза затуманились, и он горестно покачал головой.

— Но Седина умерла. Вот беда-то. — Он помолчал, успокаиваясь. — А сейчас мы, собственно, впервые увидели Александру с тех пор, как ее бабушка, мать Седины, уехала отсюда. — Улыбаясь, он хлопнул себя по бедрам. — А здорово, черт возьми, что вы вернулись в Пурселл.

— Спасибо, но… — Алекс открыла свой кейс и вынула плотный бумажный конверт. — Я вернулась не насовсем, мистер Минтон. Я здесь, вообще-то, как лицо официальное.

Она протянула конверт через стол районному прокурору, тот озадаченно посмотрел на него.

— Лицо официальное? Когда Грег звонил и просил оказать содействие его первому помощнику, он сказал что-то вскользь о возобновлении уже закрытого дела.

— Здесь все есть. — Алекс указала глазами на конверт. — Предлагаю вам внимательно прочесть это и как можно подробнее ознакомиться с делом. Грег Харпер просит, мистер Частейн, чтобы ваша прокуратура и другие органы, призванные блюсти закон, оказывали нам всяческую помощь. Он заверил меня, что вы будете считаться с его просьбой, пока я буду заниматься расследованием.

Она решительно захлопнула кейс, встала и направилась к двери.

— Расследование? — Районный прокурор Частейн поднялся из-за стола. Минтоны тоже встали.

— Так вы не из комиссии по азартным играм? — спросил Ангус. — Нам говорили, что нас будут проверять досконально, прежде чем выдадут лицензию на открытие ипподрома, но я думал, мы уже досмотр прошли.

— И я решил, что остались лишь формальности, — заметил Минтон-младший.

— Так оно и есть, насколько я знаю, — сообщила Алекс. — Мое расследование не имеет касательства ни к комиссии по азартным играм, ни к выдаче вам лицензии на постройку ипподрома.

Она замолчала, и Частейн, помедлив, спросил:

— В таком случае к чему же оно имеет касательство, мисс Гейгер?

Выпрямившись в полный рост, она сказала:

— Я расследую дело об убийстве, закрытое двадцать пять лет назад. Грег Харпер обратился за помощью к вам, мистер Частейн, поскольку преступление было совершено в округе Пурселл.

Она взглянула в глаза Ангусу, потом Джуниору. Наконец пристально и сурово посмотрела на тулью шляпы Рида Ламберта.

— Рано или поздно я узнаю-таки, кто из вас убил мою мать.