Удавка для жрицы любви - Марина Серова

— Ну и что? Это ведь не преступление…

— Да, теперь мы уже и сами так думаем. Но когда всех приглашали на свадьбу, не хотелось, чтобы она позорила нашу семью… Нас ведь все знают в городе. Он небольшой. А еще мне кажется, Нине самой не очень хотелось, чтобы видели, какая у нее дочь.

— Ладно, так что все-таки произошло?

— Мы сидели ужинали, когда раздался телефонный звонок. Нина взяла трубку, звонила соседка по лестничной клетке, тетя Катя. Потом вдруг сестра выронила трубку и упала. Мы ничего не могли понять. А когда я сама взяла трубку, соседка сообщила, что Ирина повесилась на лестнице, ведущей на чердак.

— Что было дальше? — спросила я Татьяну Михайловну.

— Мы собрались и ночью выехали сюда. Винили себя. Знаете, говорят, у каждой семьи есть свой скелет в шкафу, который однажды, в самый неподходящий момент, с грохотом вываливается…

— Соседка рассказывала, как она обнаружила тело?

— Да, сначала она слышала шум на лестнице, но, выглянув, никого не увидела.

— Стоп, как она выглянула? Открыла дверь?

— Нет, она уже старушка и все время подсматривает в «глазок».

— Значит, она услышала шум и, посмотрев в «глазок», никого не обнаружила?

— Да, похоже, Иринка кого-то в квартиру впустила.

— Так, а что было потом?

— По словам соседки, через некоторое время она опять выглянула в «глазок» и увидела Ирину, стоящую в неестественной позе. Голова склонена набок, как она рассказывала. Она открыла дверь со словами: «Ирина, ты что здесь делаешь?» А когда присмотрелась, то увидела, что та висела всего в паре сантиметров от пола. Вообще-то, до этого в подъезде шум был какой-то, возня, но старушка как раз что-то интересное по телевизору смотрела и к двери уже позже подошла. У них в доме на это внимания не обращают, потому как пьяниц и дебоширов с лихвой хватает.

— А в милицию о происшествии с Ириной вы сообщали?

— Конечно, но там определили факт самоубийства! — На глазах женщины показались слезы. — О господи, грех-то какой!

— Почему они сделали такое заключение, они что, нашли какие-то улики?

— Я в этом не очень понимаю, но, наверное, из-за того, что моток такой же веревки, на которой висела Ира, и ножницы были найдены в их квартире. Все это лежало в шкафу. Собственно, мы и не сомневались сначала, потому как решили, что отец сказал ей, что ее все родственники бросили, и она от горя…

— В тот вечер она была в квартире с отцом?

— Да, как потом выяснилось, они с ним пили вдвоем. Но тот ничегошеньки не помнит. Перепил. Даже когда мы приехали — а это было через четыре часа после того, как нам сообщили, — он лыка не вязал.

— А почему вы потом решили, что это не самоубийство?

— Честно говоря, сомнения меня лично стали одолевать еще во время похорон. Меня смутил вид мужчин, которые подходили к гробу прощаться.

— Расскажите подробнее. Что именно привлекло ваше внимание?

— Ну вот, например, странным мне показался седовласый высокий мужчина лет сорока пяти или пятидесяти. Он пришел и плакал, плакал. Как будто это его дочь. Потом приходила целая свора накачанных парней, большинство, правда, дворовые. И был один неприятный субъект, весь в цепях золотых. Крест большой на груди. Он поцеловал ее в лоб.

— Кстати, сколько лет было Ирине?

— Восемнадцать лет ей исполнилось бы тринадцатого декабря.

— А что еще натолкнуло вас на мысль об убийстве?

— Дело в том, что, когда мы приехали сюда, избили моего мужа и брата.

— Расскажите по порядку.

— Если честно, я еще толком сама не знаю. Но могу передать то, что муж мне рассказал. Они съездили, договорились насчет похорон, машина там, гроб, венки, обычные в этих случаях атрибуты. А вечером решили заночевать прямо в машине около подъезда…

«Странно, что в квартире не нашлось места даже для близких родственников», — подумала я и тут же услышала объяснение клиентки по этому поводу.

— Стоянок охраняемых поблизости нет, а по двору какие-то странные личности еще днем шатались. И сестра говорила, что у одного из соседей на днях стекло разбили только потому, что яркий пакет увидели внутри. В нем только буханка хлеба была, зато за стекло хозяин раскошелился. Вот муж и решил, что никакая сигнализация не спасет, если те мальчишки просто захотят ради забавы стекло разбить, колесо снять или еще чего сделать. Ну, а если человек в машине будет, да еще не один, может, и подойти побоятся. Только это совсем не так оказалось, — усмехнулась она. — Пока муж ждал, когда позвонят из морга, чтобы забирать тело Ирины, тут беда и случилась. К ним подошли несколько парней и избили.

— Как, ни с того ни с сего? — удивилась я.

— Знаете, Таня, я не могла у мужа ничего толком узнать. Он лишь сказал, что им пригрозили, мол, если они не уедут, то машину сожгут и их вместе с ней.

— И они уехали? — спросила я.

— Да, они сразу же ночью и уехали. Остались мы, одни женщины. Честно говоря, было очень страшно. Я все время боялась, что кто-нибудь появится и разбираться начнет.

— А сами вы как думаете, почему напали именно на вашего мужа?

— Скорее всего из-за его профессии. Он у меня милиционер.

— А кто-нибудь знал об этом?

Татьяна Михайловна растерянно произнесла:

— Н-не знаю, родственники только. А так, может, Ирина кому-то рассказывала?..

— А какие отношения были у погибшей с родными? — спросила я, стараясь как можно больше узнать о семье, в которой произошло несчастье.

— В целом нормальные. Только вот старший брат, Мишка, недавно женился, и с женой его отношения не складываются ни у кого. Где он только нашел такую стерву?

— И в чем же проблемы? — решила уточнить я.

Ни для кого не секрет, что в большинстве семей снохам приходится несладко. Почти всегда свекровь считает, что именно эта женщина не подходит ее сыну.

— Нина отдала им одну комнату. Маленькую, где раньше жили Ирка с Мишкой. А теперь Марина, Мишина жена, свои порядки там навела. Конечно, Ирку родители в свою комнату забрали, но некоторые ее вещи пока все-таки у Михаила оставались, вот и приходилось девчонке иногда туда заходить. А Маринка против была, никому не разрешала входить. Из-за этого они постоянно ругались. Несколько раз даже дрались с Ириной.

— А почему Ирина сразу все свои вещи в комнату родителей не перенесла? — решила уточнить я.

— Так ведь отец-то пьет, — горько выдохнула Татьяна Михайловна, — так и норовит из дома чего продать. А у Иринки тряпки всякие, побрякушки блестящие, вот она и старалась все подальше прятать в своей бывшей комнате. А Марина проходу ей не давала, орала постоянно, выгоняла. В общем, Иринка ей как бельмо в глазу была.