Пять баксов для доктора Брауна. Книга 2 - М. Р. Маллоу

— Это что, все? Вся наша жизнь? Я вас, между прочим, спрашиваю, сэр!

М.Р. мучило похмелье.

Столик у камина был завален выпусками журналов. «Стрэнд», «Олл-Стори», «Скрибнерс», «Эргози» — и так далее, и тому подобное. Гениальные сыщики, бесстрашные ковбои, отчаянные золотоискатели и неутомимые путешественники. Морские истории, правда, компаньоны старательно пропускали.

— Кое у кого, между прочим, — не унимался М.Р. — только, что штаны не мокрые от всех этих стакселей, триселей и брамселей!

— Стаксели не виноваты, — сурово ответствовал мистер Саммерс, переворачивая страницу.

— Неважно! — отмахнулся Дюк. — Важно, что это ведь не то, не дело по душе, понимаешь?

— Да понимаю я, понимаю.

— Ну неужели мы так и будем заниматься всякой дрянью только потому, что не нашли ничего лучше? — продолжал разоряться Дюк.

— Придется, если не найдем.

Дюк отшвырнул журнал.

— От кого я это слышу, сэр? От того, кто хотел приключений? От того, кто хотел исполнения мечты? Что с тобой такое, в конце концов!

Джейк вздохнул.

— Ничего, сэр. Ничего. В этом-то и несчастье.

Д.Э. Саммерс в пятый раз перевернулся на другой бок, обхватил подушку, посмотрел на соседнюю кровать: из-под простыни были видны только всклокоченные черные кудри и тощая высунутая нога. Гробовая тишина свидетельствовала о том, что компаньон тоже не спит.

— Обстоятельства. Должны быть обстоятельства.

Д.Э. вылез из постели и пошел в гостиную. Сел в кресло. Сложил ноги на журнальный столик. Вытащил из вазы банан, лениво съел. Отщипнул виноградинку. Устроился поудобней и сидя так, с закрытыми глазами, в полусне, полуяви, решил, наконец, вернуться в постель. В спальне заскрипела кровать.

— Голова болит, — буркнул Дюк, босиком прошлепав к соседнему креслу.

Прошло, наверное, минуты три, или около того.

— Что это? — произнес в тишине Джейк. — У меня кресло дрожит.

— Это не кресло, — пробормотал компаньон. — Это шампанское.

Но спустя несколько секунд уже М.Р. потянулся к коробке за конфетой и обнаружил, что журнальный стол трясется, как в ознобе. Все сильнее и сильнее. Потом вдруг поехал по полу. Когда он врезался в камин, компаньоны вскочили.

Неестественная, мертвая тишина наполнилась низким отдаленным ревом, похожим на звуки шторма. Рев становился все отчетливей, перекрыл и заглушил истерический звон люстры. Без умолку звонили пожарные колокола. Искатели приключений бросились к окну.

От «Гранд» откололась почти половина. Отель напоминал разрушенный торт. С улицы донеслись крики, визг, чей-то надрывный плач.

— Что это? — спросил Дюк хриплым шепотом. — Что это такое?

Вдруг «Палас» сильно тряхнуло. Компаньоны наскоро оделись, подхватили вещи и бросились вон. «Подъемную комнату» ждать не стали: перед дверьми лифта в панике толпились люди, — ринулись вниз по ступенькам. Их обгоняли, толкались, сбивали с ног. В фойе сорвалась люстра. Столы, диваны и кресла валялись в беспорядке.

По лестнице, расталкивая толпу, несся полный, черноглазый человек. На черных, курчавых волосах его была сетка. Горло укутывало полотенце. Живот в крахмальной сорочке ритмически трясся над фрачным поясом. Человек визжал.

— Signor Caruso! — послышалось сверху, перекрывая гам.

На лестницу выбежал еще какой-то во фраке, растерзанный, как будто дрался, помчался догонять, горестно заламывая руки.

— Aspetta, signor Caruso!

Итальянец обернулся с лестницы, потряс фотографией, которую держал в руке, провизжал что-то еще, и помчался дальше. Отшвырнул попавшегося мальчишку-кельнера, кометой пронесся через фойе и скрылся за дверью, не обращая внимания на застрявшего в столпотворении импресарио.

В момент, когда Д.Э. Саммерс и М.Р. Маллоу выбежали из отеля, «Палас» потрясло страшным ударом.

Землетрясение неожиданно стихло. Город был охвачен пламенем. Дым от пожаров стремительно заволакивал все. Рушились печные трубы. Целые кварталы стремительно превращались в руины.

Пыль висела над городом плотной завесой. В домах со страшным грохотом взрывался газ. Обрушивались перегородки между этажами. Трещали, ломаясь, балки. Разлетались осколками уличные фонари. Последовал второй удар. За ним — почти сразу — третий. Мостовая встала горбом, опала, тут же вздулась снова, в другом месте, как будто чудовищный крот прорывал себе дорогу. Потом была пауза, совсем короткая. И опять тряхнуло, еще хуже. Церковные колокола обезумели. По улицам неслось, сливаясь в один пожар, пламя.

— Сматываемся, — с трудом выговорил Джейк. — Сматываемся, быстро!

— Куда? — Дюк обратил к нему бледную физиономию. — Куда сматываться?

И хотя М.Р. был совершенно прав: бежать было некуда, Д.Э., не слушая, все тащил и тащил его за собой, налетая на бегущих людей, толкаясь, продираясь и пихаясь локтями, спиной, сундуком.

— Стой! — спохватился Дюк, хватая его за плечо.

Оба отскочили: по улице, навстречу искателям приключений, несся экипаж. кучер беспощадно хлестал перепуганных лошадей. Оглушенные компаньоны замешкались, затем Джейк рванулся направо, Дюк за ним не успел, шарахнулся влево.