Да поможет нам Босс! - Дарья Калинина

В первый момент Мариша приняла бабулю за родственницу молодого человека, трезвонившего в дверь. Оба были явно южанами. И Мариша грешным делом даже подумала, что молодой человек собирается спихнуть на нее заботы о своей престарелой родственнице. Но, присмотревшись, убедилась, что бабуля родом откуда-то с Кавказа. А молодой человек – скорее узбек или таджик.

Молодой человек был одет более чем демократично: майка и дешевые джинсы. А вот на старухе красовался костюмчик, на который сама Мариша облизывалась вот уже две недели, но из-за немыслимой цены вещицы отказывала себе в покупке. Костюмчик висел в витрине недавно открывшегося магазина, а потом неожиданно пропал. Чтобы потом вот так взять и снова соблазнительно возникнуть перед Маришиным носом.

– Пустите же свою бабушку в дом! – возмущался тем временем молодой человек. – Разве можно так?

Мариша окончательно растерялась.

– Это не моя бабушка!

– И что? Пусть бабушка мужа. Нельзя же допустить, чтобы пожилой человек на пороге валялся.

Этого допустить Мариша и в самом деле не могла. И с помощью парня внесла старушку в свою квартиру. И устроила ее на диванчике в гостиной. После этого добрый самаритянин, сочтя свой долг выполненным, бесследно испарился. А Мариша осталась наедине со старушкой.

Бабуля выглядела плохо. Седые волосы растрепались и обрамляли длинное смуглое лицо неровными прядями. Но даже сквозь смуглую кожу проглядывала бледность. Глаза были закрыты. А синеватые веки подрагивали. Она часто и прерывисто дышала. И постоянно прижимала руку к сердцу.

Мариша метнулась в кухню за водой и лекарствами. Плохо представляя, что именно надо старушке, она накапала в стакан валокордина, пустырника, валерианы и добавила раздавленную таблетку ношпы. Все это она размешала и влила в старушку. Видимо, получившийся коктейль отличался термоядерным вкусом, потому что старушка дико раскашлялась. И пришла в себя.

– Тебя, деточка, мне сам бог послал!

Таковы были ее первые слова, когда она открыла глаза и узрела перед собой Маришу. Девушка была приятно изумлена. Но бдительности все же не теряла. Несмотря на то что старушка была прилично одета и обута в дорогущие австрийские туфли из мягчайшей кожи, мало ли кто она такая. Может быть, все же воровка. А одета хорошо для отвлечения внимания. А тот молодой человек, который заставил Маришу впустить старушку, ее напарник. Вместе они обворовывают квартиры зажиточных горожан. И хотя саму себя Мариша к зажиточным не относила, но ведь воры могли этого и не знать!

Квартира у Мариши находилась в новом доме и в очень приличном месте. Машину она тоже недавно поменяла. И, как ей казалось, очень удачно, обменяв порядком надоевший ей «Форд» на «Мазду», тоже не новую, но еще не успевшую надоесть. К тому же внешне машина выглядела просто шикарно – густого сливочного цвета и с кожаным светлым салоном. Подарок расщедрившегося Смайла на их последнее и, надо полагать, окончательное прощание.

Прибыль самой Мариши в ее фирме позволяла приобрести разве что подержанные «Жигули». Но об этом Мариша, не любившая жаловаться на свою жизнь, портить настроение друзьям и радовать врагов, тактично помалкивала. Так что воры могли легко ошибиться насчет благосостояния девушки.

– Я живу в твоей квартире, – сообщила старушка Марише, чем повергла ту в шок.

– Ничего себе заявление! С какой это стати?! – возмутилась Мариша. – Тут живу только я! И еще мой бывший муж был прописан. Но вы – это точно не он!

– Ах, ты не поняла, – рассмеялась старушка, которой от приготовленного Маришей коктейля стало значительно лучше – вернулся цвет лица. Щеки заиграли если не румянцем, то живыми красками. А темные глаза старушки заблестели. И даже волосы уже не торчали такой унылой паклей.

– Ты меня не так поняла, – продолжала старушка. – Я имела в виду, что живу точно в такой же квартире. Только на два этажа выше. Над тобой.

– А-а-а.

– А к тебе я случайно попала. Электричество отключили. Лифт не работал. Вот я и решила молодость вспомнить.

– В смысле?

– Пешочком по лестнице подняться. Только, видать, силенок не рассчитала. На твоем этаже как раз и сомлела. Да показалось, что дошла уже. Дверь уж больно похожа.

Двери во всем доме действительно были стандартные. Обитые темно-изумрудной искусственной кожей с прожилками. Выглядели они на фоне кремовых стен несколько диковато. Но домоуправление тщательно следило, чтобы ни один жилец не вздумал самовольно поменять этакую красоту на что-нибудь другое. Это же касалось и застекления лоджий. Всем им надлежало хранить единый стиль. И, в общем, это было правильно. Во всяком случае, фасад дома не «радовал» глаз творческими решениями самоучек, соорудивших себе лоджии из кусочков фанеры, разноцветного пластика и обрезков стекла.

Эти правила были прописаны и в контракте, который заключался с каждым новым жильцом. Вольнодумцам за самоуправство выписывался солидный штраф. Что и сдерживало инициативу жильцов.

– Вы недавно переехали в наш дом? – догадалась Мариша и оказалась права.

– Месяца не прошло, как я тут поселилась. Еще толком никого не знаю, но про тебя уже наслышана.

– И что говорят?

– Разное, – уклончиво ответила старушка. – Да, кстати, мы же не познакомились. Меня зовут Гоар Акоповна. На твой слух непривычно, наверное. Гоар – это правильнее будет звучать Гохар. Старинное армянское имя. Меня назвали в честь прабабушки.

– А я…

– А тебя я знаю, – перебила старушка молодую соседку. – Только вот мне что про тебя интересно знать – правду языки болтают или врут?

– Насчет чего?

– Что ты милиции помогаешь. Преступников ищешь, воров всяких.

– Ничего подобного. В милиции я не работаю.

– Но людей разыскиваешь?

– Бывает.

– А деньги тебе нужны?

Мариша ненадолго задумалась. Странный вопрос задала ей бабуля Гоар. Покажите человека, который бы не нуждался в деньгах. Но с какой стати этой армянской бабуле интересоваться ее материальным положением?

– Да как вам сказать… – уклончиво ответила Мариша.

– Все ясно, значит, нужны! Значит, я не ошиблась на твой счет! Ты именно та, кто мне нужен. И это сама судьба привела меня к твоему порогу.

Марише казалось, что если что бабулю и привело к ее порогу, так это сломавшийся лифт и сбившаяся дыхалка. Но спорить с пожилыми людьми Мариша была не приучена. Не потому, что безмерно уважала старость, а просто по опыту знала: бесполезно. Пожилой человек упрям как осел. И к тому же обычно имеет в своем распоряжении массу свободного времени, чтобы успеть навязать свою точку зрения всем, кто пожелает вступить с ним в дискуссию.

У самой Мариши не было на то ни сил, ни желания, поэтому она просто кивнула. Судьба так судьба.