Пятый туз - Анатолий Галкин

Если «шеф» будет один и без охраны – его можно быстренько скрутить…Потом, упаковать в его же пианино и сдать тепленьким. Под фуги Баха!

Вот тут уже получится не просто «помог следствию», а «лично разоблачил и осуществил захват опасного преступника»…

Минут десять Липкин дозванивался до Ярославского вокзала:

– Скажите, когда первая электричка до Валентиновки?

* * *

Черная «Волга» мчала Бориса Петровича по ночной Москве к его новому дому в Крылатском.

Новая квартира, новая мебель, новая работа, новые связи… «Калейдоскоп» – это слово часто в последнее время возникало в его сознании, когда отступали заботы, когда лень было думать о чем-то серьезном.

Калейдоскоп жизни есть у всех. Но у большинства людей картинки меняются медленно и бывают не такими яркими… В общую серенькую картинку изредка добавляется чуть-чуть розового, зеленого, голубого. И так до последнего поворота, когда все станет черным. Навсегда!

Калейдоскоп Бориса Корноухова начал бешено вращаться в августе 1991-го.

Все очень просто. Надо только в нужный момент оказаться в нужном месте. И это место не просто «в рядах защитников», а рядом с руководителями защитников.

Корноухов блестяще провел эти дни осады, дни победы и ликования.

Он писал воззвания, звонил в регионы, искал пути финансирования, организовывал снабжение одеждой, продовольствием… За эти дни он успел попасть в обойму. Он стал своим человеком в команде будущих хозяев России.

Десятки новых знакомств в эти несколько дней преобразили его жизнь. Этот август стал паролем, визитной карточкой. Все встречи потом начинались с восторженных воспоминаний:

– А как ты, Борис, машины с фундаментными блоками к нам развернул. Такую баррикаду сделали!

– Да что ты, Аркадий. Идея-то твоя была. Я только исполнял.

– Ты что, Борис, все у Савельева прозябаешь? Мне в руководство комитета свой человек нужен. Возьмешься?

Далее следовал новый поворот калейдоскопа, новая картинка.

Борис Петрович вдруг вспомнил другую детскую игру: на большом листе сотня кружочков, тебе выпадает какое-нибудь число, и ты передвигаешь свою фишку вперед, стремясь к последнему, победному, кружочку. Но по дороге некоторые кружочки штрафные и возвращают тебя назад, а некоторые – призовые, и ты перескакиваешь вперед на десятки ступенек. Для Корноухова за последние годы было несколько «призовых кружочков».

И вот очередной взлет – зам генерального… Десять лет – рядовой следователь, еще пять лет – юрист в министерстве и вдруг – четыре прыжка и почти на вершине.

Корноухов взглянул на дорогу. Скоро приедем. Через пять минут его встретит жена, его верная, милая Ольга. Она будет долго и весело рассказывать о множестве малоинтересных для Бориса Петровича новостей: о покупках, о соседях, об утренней смешной передаче, о болезнях родственников.

Так будет обязательно, потому что так было уже двадцать лет… И никогда за эти годы он не пожалел о своем юношеском выборе. Он умел сочетать любовь и нежность к жене с постоянными увлечениями и даже изменами.

Впрочем, Борис Петрович так свои похождения не называл. Изменить – это значит пожелать себе в жены другую женщину. Но даже мысли такой не мелькнуло у него ни разу за двадцать лет.

Его Ольга – это надежный, уютный дом, это дети, это общие воспоминания, общие знакомые, спокойная старость, наконец… Жена – это, конечно, святое, но она не единственная женщина на свете. Могут быть женщины для светских бесед, для отдыха…

Корноухов вдруг вспомнил – завтра он отдыхает на даче у Елагиной. Завтра в пять вечера.

Надо с этим заканчивать… Елагина стала очень известной и поэтому очень опасной фигурой.

Ее фирма скоро непременно лопнет. Пока она только собирает деньги и тратит их… Тратит на себя, на рекламу, на фирму. Но скоро надо будет отдавать, и с процентами. А где их взять? На пустом-то месте…

Есть такой «Закон сохранения денег в природе»: если у кого-то деньги появляются, значит, у кого-то другого они исчезают.

Корноухов сам сформулировал этот закон, чем был несказанно горд и при любом удобном случае вставлял эту фразу…

Да, с Елагиной надо кончать…

Борис Петрович понимал, что он слишком быстро и слишком высоко взлетел и что падать будет очень больно. Если фирма Елагиной громко лопнет, то даже такая, неделовая, связь с ней при его положении может очень дорого стоить.

Жаль, но завтра с Елагиной – прощальная гастроль…

Жаль, удивительно знойная женщина. Куда там молодым. Молодые девки – они работяги, делают все четко, активно, но без души… С молодыми скучно!.. А здесь – напор, страсть, вулкан…

Борис Петрович нажал кнопку звонка… Жена открыла через три секунды.

– Оленька, милая, здравствуй. Я так скучал… Каждую минуту только о тебе и думал… Но сегодня сложный день был. А завтра еще сложнее. Завтра я только к ночи, наверное, освобожусь…

* * *

На следующий день Борис Петрович, как обычно, остановил машину при въезде в дачный поселок:

– Спасибо, Валера. На сегодня ты свободен. У меня тут деловая встреча. Меня в Москву доставят. А ты завтра давай к девяти или лучше в девять тридцать.

Прощальный банкетный набор был достаточно тяжел, и Корноухов пожалел, что так далеко оставил машину. Можно было бы и прямо к даче подъехать – ведь в последний раз.

Около открытой калитки он поставил свой груз и огляделся… Всё как всегда.

Он печально посмотрел на цветущий сад, уютный домик… Елагина ждет его на втором этаже – такая у них сложилась традиция: она никогда не выходила навстречу. Он сам поднимался наверх в большую комнату с зашторенными окнами.

К его приходу около камина всегда был накрыт маленький столик, на котором горели свечи в двух старинных подсвечниках…

Не надо сразу говорить ей, что сегодня последний раз!

Подойдя ближе к дому, Борис Петрович почувствовал запах крепкого, ароматного кофе.

Да, она ждет его!

И почему это он решил, что именно сегодня последний раз?..

Может быть, сегодня их предпоследняя встреча. А последняя будет через неделю.

Эта мысль понравилась Корноухову. Исчезло назойливое, томительное ожидание прощания… До этого он ощущал себя провожающим на вокзале: вот-вот тронется поезд и навсегда увезет близкого ему человека…

Первый раз Елагина привезла его сюда ровно год назад. За неделю до этого они познакомились в Венгрии на семинаре по распространению страховых полисов. Как быстро все меняется – еще недавно и он, и она готовы были заниматься этой дурацкой работой.

Борис Петрович с улыбкой вспомнил эти три дня в Будапеште: знакомство в самолете, пробежки по ресторанам, одинокую скамейку в пустынном ночном парке на окраине города.