Танец ее мечты - Нора Робертс

— Он владелец «Валентайн рекордс».

Шантел снова вскинула брови и приготовилась внимательно слушать сестру.

— А это одна из самых крупных фирм в звукозаписи, может, даже самая преуспевающая. Во всяком случае, он был знаком с мамой и папой, когда мы были еще младенцами. Тогда он только начинал свое дело, и однажды они приютили его у себя на ночь в гостиничном номере.

— Это на них похоже, — отозвалась Шантел. Сбросив туфли, она забралась на диван с ногами, что позволяла себе только среди домашних. — Ну и что?

— Так вот, эта фирма финансирует нашу пьесу.

— Интересно. — Она поднесла стакан к губам, но вдруг испуганно схватила сестру за руку. — Мадди, надеюсь, ты не связалась с ним? Он же, наверное, ровесник папы. Я, конечно, не считаю, что возраст так уж важен, но если моя маленькая сестричка…

— От кого я это слышу! — засмеялась Мадди. — Не ты ли встречалась с графом де Варгоиз этой, как ее… ювелирной фирмы «Де Варгоджевеллерс»? А ему-то уж точно больше шестиёдесяти.

— Это другое дело, — пробормотала Шантел. — Европейские мужчины вне возраста.

— Ну, ты просто молодчина!

— Нечего смеяться, мы были всего лишь друзьями. Но если ты мечтаешь о мужчине, который годится тебе в отцы…

— Я вовсе не мечтаю, — сказала Мадди. — И речь идет не о нем, а о его сыне.

— О чьем сыне? А! — Шантел успокоилась. — Значит, у Эдвина Валентайна есть сын. Случайно, не танцовщик?

— Нет, — улыбнулась Мадди. — Отец передал ему свою звукозаписывающую компанию, так что его можно считать магнатом.

— Неплохо. Значит, ты скоро будешь блистать в высшем свете?

— Ох, Шантел, порой мне кажется, что я с ума схожу! — Мадди встала и взволнованно заметалась по комнате. — Понимаешь, он человек серьезный, преуспевающий и консервативный. Словом, солидный, как французский ресторан!

— В общем, чудовище.

Мадди рассмеялась:

— Ой, Шантел, перестань.

— Ты уже спала с ним?

Ох уж эта Шантел! Сразу хватает быка за рога! Вздохнув, Мадди снова уселась на стул.

— Нет.

— Но это у тебя на уме, да?

— У меня на уме только мысли о нем самом. Шантел снова наполнила свой стакан. После второго глотка вино показалось ей вполне приличным.

— И как он к тебе относится?

— Если бы я знала! Понимаешь, Шантел, он очень добрый, внимательный и способен на великодушные поступки. Но в отношениях с женщинами его словно что-то сдерживает. Вот он обнимает меня, и я чувствую, что он — тот человек, которого я ждала всю свою жизнь. А через минуту он держится со мной так холодно, будто мы едва знакомы.

— А он знает о твоих чувствах?

— Однажды я призналась ему в любви, но он дал мне понять, что длительные отношения его не привлекают. С тех пор я боюсь даже заикнуться об этом.

— А ты как раз мечтаешь стать его женой, да? — встревоженно спросила Шантел.

— С ним я прожила бы всю жизнь, до самой смерти! — Она серьезно, с затаенной болью посмотрела на сестру. — Шантел, я знаю, уверена, что со мной он будет счастлив!

— Но этого недостаточно, Мадди, дорогая. — Боже, ей ли это не знать! — Вопрос в том, может ли он сделать тебя счастливой?

— Да, если он откроет мне свою душу, объяснит, почему так боится полюбить. Шантел, я интуитивно чувствую: с ним случилась какая-то беда, он пережил какое-то потрясение, из-за чего утратил веру в людей. И если бы я знала, в чем тут дело, я бы все сделала, чтобы помочь ему! А так я будто слепая, тычусь на ощупь и страшно боюсь задеть больную струну, понимаешь?

Шантел отставила свой стакан и взяла Мадди за руки:

— Ты его действительно любишь?

— Да, очень.

— Значит, ему здорово повезло.

— Шантел, ты ко мне пристрастна.

— Еще бы! И вот что я тебе скажу: каким бы замкнутым он ни был, ему перед тобой не устоять! Потому что достаточно посмотреть на твое лицо, такое доверчивое, верное и преданное.

— Ты мне льстишь.

— Мадди… — Легко давать советы, мелькнула у Шантел мысль, хотя сама она никогда бы ими не воспользовалась. — Все очень просто. Если ты любишь его, то оставайся самой собой, и он обязательно тебя полюбит.

Мадди протянула руку к своему стакану, немного разочарованная — она ожидала более конкретного совета.

— Я думала, ты подскажешь, как его соблазнить.

— Что я и сделала, учитывая твой нрав. Милая, если бы я выдала тебе мои секреты, у тебя волосы встали бы дыбом. К тому же ты думаешь о браке, я не ошибаюсь?

— Н-нет, не ошибаешься.

— Тогда… Понимаешь, другой я подсказала бы несколько хитрых уловок. Но не тебе. Если ты хочешь связать свою жизнь с этим человеком — уж не знаю, на счастье или на беду, — тогда будь с ним искренна и честна, слушайся своего сердца. Когда вы с ним встречаетесь?

— В субботу вечером.

Шантел задумалась. Хотелось бы ей самой взглянуть на этого Валентайна, но как раз в субботу утром у нее самолет в Калифорнию.

— Знаешь что? — Она оценивающе окинула спортивный костюм Мадди. — Думаю, тебе будет не лишним купить новое платье или костюм. Что-нибудь красивое и эффектное, но главное, в твоем стиле.

— Да разве я такое найду?

— Ничего, положись на меня. — Шантел еще раз смерила взглядом сестру и убедилась, что у них одинаковые размеры. — Единственное, что меня устраивает в Нью-Йорке, — это магазины. Кстати, ты знаешь, что у тебя в холодильнике всего три морковки и бутылка сока?

— Я собиралась заглянуть в магазин здоровой пищи у нас за углом.

— Ну, это не по мне. Я сеном не питаюсь.

— В квартале отсюда есть ресторан, где подают отличные спагетти.

— Вот и хорошо. Нам надо переодеться?

Мадди с сомнением посмотрела на элегантное платье сестры из черного шелка.

— Тебе точно нужно. Ты захватила с собой что-нибудь поскромнее?

— Как я могу привезти то, чего у меня нет? Думаешь, так просто поддерживать имидж гламурной актрисы?

Фыркнув от смеха, Мадди встала.

— У меня есть кое-что, чтобы ты накинула на платье, если не побоишься подпортить свой имидж.

Впрочем, вряд ли тебя узнают у Франка.

Шантел усмехнулась:

— На что спорим?

Мадди крепко обняла сестру:

— Шантел, ты одна на миллион!

Шантел прижалась щекой к лицу сестры. Если бы всегда было так легко и просто, как сейчас!

— Нет, милая, нас трое на миллион. Я счастлива, что у меня есть ты.