Сердечный выстрел - Владимир Григорьевич Колычев

— Казаки?

— На галерах, — усмехнулся Фомин. — По реке подошли, с воды «коктейль Молотова» метнули. В склад-то они попали, но он не загорелся.

— Думаете, Гуляев?

— Не знаю.

К участку подъехала машина. Родион глянул в окно, увидел Майю и поморщился. Нет, он, конечно, рад ее видеть, но сейчас она некстати. К Гуляеву надо ехать — поговорить, в глаза посмотреть. А Майя увяжется за ними. Но в то же время рабочий день сегодня условный, праздничная неделя как-никак. Родион с наряда вчера сменился, в следственно-оперативной группе дежурил.

— Я вас не застукала? — вроде как в шутку спросила Майя. И на Родиона посмотрела, и на Скорокову, заставила себя улыбнуться.

Фомин нахмурил брови. Так и не сверкнула молния между ними, не грянул гром, не закрутился смерч, не поднял их в безумии на седьмое небо. Но все к этому шло, рано или поздно должно случиться, а нужно ли ему это? Лера его и к Маше ревновала, и к Майе, и чем все это закончилось? Теперь вот сама Майя ревнует… Может, ну ее к черту, эту семейную жизнь?

— Попозже заходи, — улыбнулась Маша.

— Попозже пирожки остынут.

Майя вынула из сумки пластиковый контейнер, поставила на стол, открыла. И в ожидании благодарности глянула на Родиона.

— С капустой!

— И что бы мы без тебя делали? — мило улыбнулся он.

— Мы?

— Ну мы же вместе сейчас поедем.

— Куда?

— Да склад на терминале сжечь пытались.

— На терминале?

— Восстание Стеньки Разина, версия лайт, — пошутила Маша.

— Восстание?

— Донских казаков.

— Семен?

— Почему Семен? — Родион внимательно посмотрел на Майю.

— Ну, Маша сказала, донских казаков, — пожала плечами девушка.

— А восстание из-за чего?

— Так достал уже всех этот «Быстрый Дон»!.. Отца чуть не убили. А уехал он почему?… Меня тоже достали!..

— Но ты же не пытаешься поджечь терминал.

— Не пытается, — кивнула Маша. — Сегодня ночью Майя была дома. Могу подтвердить… А вот насчет Гуляева сказать не могу… Ну что, едем? Или сначала по пирожкам?…

Гуляева нашли в родительском доме. Сначала вышла мать, Таисия Дмитриевна, затем появился он. Лицо бледное, но глаза горят, дыхание горячее, грудь колесом. От него слегка тянуло перегаром. С похмелья парень.

— Гуляев, всего один вопрос, где ты был сегодня утром? — Скорокова смотрела ему в глаза и как будто видела, что творится у него на душе. Поэтому говорила чуть ли не ласково и за локоть его тронула, успокаивая. — В районе семи часов.

— В районе семи часов? — Семен смотрел на машину, в которой находилась Майя. Он не видел ее, но, похоже, чувствовал присутствие бывшей жены.

— На лодке, — так же тихо, без агрессии произнес Родион.

— На лодке, — кивнул, пытаясь сосредоточиться, Гуляев.

— У терминала.

— Опять у терминала?… — криво усмехнулся Семен. — Что там еще случилось?

— А кто сказал, что случилось?

— Ну, если вы здесь… Вы же не просто так? — нахмурился парень.

— А почему на лодке?

— Что на лодке?

— Ты согласился, что был на лодке, — заметил Фомин. — Тем, что у терминала был, возмутился. А тем, что на лодке, нет…

— Какая еще лодка?

— Моторная.

— Понятно, что моторная, — фыркнул Семен. — Чья лодка?

— Сейчас поедем в твой новый дом, посмотрим.

— Нечего там смотреть. Стоит себе лодка и стоит. Не трогали ее.

— А чью лодку трогали?

— Все равно ничего не докажете! — вскинул голову Гуляев.

— Да ты успокойся. — Скорокова снова коснулась его локтя, на этот раз руку не убрала. — Нормально все. Склад не сгорел, заявления нет. Просто нам знать нужно, кто воду мутит.

— Воду мутит «Быстрый Дон»!

— За отца мстишь? — спросил Фомин.

— Никто ничего не докажет! — Гуляев опустил голову, исподлобья глядя на него.

— Надо будет, докажем.

— Вам надо, вы и доказывайте!

— Так, все! Спокойно! — Скорокова дернула Гуляева за локоть. — Погорячились — и хватит.

— А то что?

— Даже не знаю, что сказать, — качнул головой Фомин.

Он практически не сомневался, что это Гуляев устроил диверсию. И, скорее всего, не один. Собрались где-то с друзьями, восхитились Гуляевым: какой он крутой, в одиночку задержал убийцу своего отца. Восхитились, раздухарились и объявили войну «Быстрому Дону». И лодку для этого нашли, и бензина в бутылку налили… Не так уж и трудно выявить этот «Союз меча и орала», и он обязательно займется этим делом, если Гуляев не возьмется за ум. А он, похоже, далек от реальности.

Родион нашел что сказать, но не Семену, а его матери. Зашел во двор, вызвал женщину на разговор, обрисовал ситуацию, поделился своими опасениями и попросил принять меры. Таисия Дмитриевна правильно все поняла, пообещала поговорить с сыном, вразумить его. Иначе тюрьма. Все это понимали. И даже до Гуляева это в конце концов дошло. Прощаясь с Родионом, он даже не подумал спросить, кто у него в машине, Майя, или ему показалось. И проводил его угрюмым взглядом.

Фомин вышел со двора, сел в машину. И Майя там, и Скорокова уже на месте.

— А Семен где? — спросила Майя.

— Переваривает, — тронув машину с места, сказал Родион.

— Я думала, ты его задержишь.

— Тогда ему и Пыжова припомнят.

— А Пыжова Семен задержал, — не без восхищения проговорила Майя. — Бегали бы вы сейчас за ним, если бы не Семен!

— А то, что коктейль Молотова бросил, тоже молодец?

Майя пропустила вопрос мимо ушей и продолжила восхищаться Гуляевым:

— А держался как! Как герой!

— Туманова, ты чего? — изумленно повела бровью Скорокова.

— Вообще-то я Гуляевой была… Не надо было менять фамилию. — Майя поправила сбившийся локон.

— Майя Разина — звучит, — усмехнулся Фомин.

— Разина?… Нуда, Стенькин у нас есть… Стенькин меркнет на фоне настоящего… Семена Разина!

— Ты, главное, в челн к нему не садись, княжна.

— Фомин, а ты чего такой зловредный? Ревнуешь?

— Опасаюсь. За Гуляева. Кукушка у парня съехала.

— Ну да, есть немного… Может, съездить к нему? Поговорить… Фомин, как ты думаешь, человека спасать нужно?

Смешно это или нет, но Майя на самом деле отправилась спасать Гуляева. Вернулась к участку, села в свою машину и уехала.

— А Гуляев хорошо сегодня смотрелся, — глядя ей вслед, сказала Скорокова. — Это я вам как женщина говорю.

— И что? — растерянно спросил Фомин.

— По статистике, пятнадцать бывших супружеских пар снова сходятся.

— Пусть сходятся.

Родион уныло глянул на свою машину. Нет, он не собирался преследовать Майю.

Она свободная девушка и вправе поступать как знает. А он домой. С Лерой все кончено, и если с Майей не складывается, то да здравствует холостая жизнь! И все прелести, из нее проистекающие. Но сегодня в загул он ударяться