Минута на убийство - Николас Блейк

Позеленев от отвращения к самому себе, с дрожащими руками, сидя на стуле в своей обычной позе, по-кавалерийски, Меррион Сквайерс признался в своей вине. Он не отдавал себе отчета в том, что делает, пока один из сотрудников не застал его на месте преступления с ножом в руках.

— Я был как лунатик, пока меня не разбудили. Другими словами, я понятия не имел, что я делаю в комнате, да еще с ножом. Последнее, что я мог вспомнить: я сидел за своим столом и работал над эскизами. Но вот я стою, держу нож, и рядом — располосованное пальто… Пробуждение, скажу я вам, было весьма неприятным.

Дальше Меррион сообщил: как ему кажется, снаряд, который, взорвавшись, сбросил его с карниза, одновременно вызвал какой-то сдвиг у него в голове. Однако повторное потрясение, когда его застали с ножом, по-видимому, восстановило прежнее равновесие. Он, во всяком случае, на это надеялся, ведь с тех пор покушения на пальто прекратились… Л вчерашнее происшествие снова ввергло его в этот кошмар.

— Можете представить себе, что я пережил? Я — в той же комнате. Вижу тот же нож. Но на этот раз, вот уж верно, в пальто оказался человек. К тому же, пока я сидел у себя за столом, ожидая Найджела, меня клонило ко сну… Боже, Боже, я так и не знаю всей правды!

Сквайерс уронил голову на руки. Суперинтендант уже более мягким голосом, чем до сих пор, спросил:

— И кто вас застал? Мисс Принс, я думаю?

— Ну что вы! Это был Биллсон. Блаунт и Найджел переглянулись.

— Биллсон? Я думал, он такой человек, что немедленно побежит докладывать, — заметил Блаунт.

— Я тоже так думал. Но Эдгар оказался совсем другим. Похожим на человека, а не на машину, если угодно.

По словам Мерриона, Биллсон пообещал ему: если он возместит убытки, все останется между ними. Он даже отдал Мерриону свои талоны: у того на всех не хватало. Более того, Биллсон любезно предложил: если Меррион даст ему деньги в однофунтовых купюрах, он разложит их поровну в три конверта и положит на стол каждой из жертв.

— Боже! — воскликнул Найджел. — Это представляет Биллсона совсем в ином свете.

— Совершенно верно. Для меня это было настоящим открытием. Но, должен вам сказать, он очень странно разделил деньги.

— То есть?

— Биллсон сказал, что надо принести двести фунтов. Каждая из сотрудниц нашла в конверте по двадцать пять фунтов — сумму, вполне достаточную для покупки пальто, а остальные сто двадцать пять… гм… В общем, многовато за посредничество.

— Но это же чистой воды вымогательство!.. — возмутился Блаунт.

— Не сомневайтесь, так оно и было. Но что я мог сделать? Если бы я даже пошел на то, чтобы эта история стала известной всем, я все равно не мог бы обвинить Биллсона в вымогательстве. Он очень хитро это придумал. В общем-то я вроде бы человек предусмотрительный, но, когда он попросил у меня двести фунтов, мне и в голову не пришло, что он не разделит всю сумму между девушками, чтобы каждая получила в два раза больше, чем стоит пальто, в качестве компенсации…

— Но… но ведь мистер Биллсон — вольнонаемный с постоянным статусом, — сказал Блаунт.

— И потому неподкупен? Я уже это слышал… Как я мог подумать, что вы мне поверите! У меня же нет возможности доказать, что я говорю правду.

— А после этого он не пытался вытянуть у вас деньги?

— В общем, пытался. На прошлой неделе. И не получил ничего. Понимаете, я сообразил: пускай я не могу доказать, что он меня шантажировал, но ведь и он не докажет, что это я резал пальто. В любом случае ни он, ни я ничего доказать не можем.

— Давайте вернемся ненадолго к пальто, — сказал Найджел. — У вас есть какое-то объяснение, почему вы резали именно дамские пальто, а не другие?

У Мерриона Сквайерса опять затряслись руки, глаза беспокойно забегали по комнате.

— Вы, наверное, помните: все трое были прелестные девушки, — с заметным усилием выдавил он. — А, черт с ним! Скажу так: незадолго до этого я поссорился с Нитой, она дала мне, как говорится, от ворот поворот. И другие… — Он лишь передернул плечами. — Знаете, почему я был вчера вечером в таком состоянии? Вы-то знаете, Найджел: два дня тому назад я поскандалил с Джимми…

Спустя десять минут Найджел и Блаунт ехали в полицейской машине в сторону Пиннера, где жил Эдгар Биллсон. Пока они беседовали со Сквайерсом, у Найджела появилась одна идея, и ему хотелось проверить ее.

— Что вы думаете о показаниях Сквайерса? — спросил он.

— Как вам сказать… Очень похоже на правду. Конечно, тут ничего не докажешь. Вряд ли Биллсон сознается в вымогательстве. — Глаза Блаунта за стеклами очков в стальной оправе блеснули… — Но предположим, это неправда. Предположим, застала его Нита Принс, а не Биллсон. Предположим, это она, а не Биллсон шантажировала его… Кто знает? Тогда вот он, мотив для убийства. Предположим, Сквайерс узнал, что Нита все рассказала директору. Тогда понадобилось убрать и мистера Лейка. Если бы все это было так, то история Сквайерса выглядела бы дьявольски хитроумным планом, чтобы увести нас в сторону от опасной темы — от его тайных мотивов, чтобы отравить девушку.

— В ваших рассуждениях все правильно, до последней точки. Прежде чем вы пойдете дальше, я должен признать: он сказал много такого, что вполне можно принять за попытку перевести подозрения в убийстве Ниты на кого-то другого. — Найджел в двух словах пересказал Блаунту их разговор. — Но, — продолжил он, — если Меррион преступник, то почему тогда признался, что перед тем, как он порезал Ните пальто, между ними была ссора? Остальное в его показаниях должно отделить покушение на Джимми — совершил его Меррион или нет — от смерти Ниты. Но коль скоро он по собственной воле сообщил нам и о ссоре с Нитой, и о том, что она дала ему от ворот поворот и что это могло стать для него подсознательным мотивом, чтобы порезать ей пальто, то тогда получается, что он сам, как вы выразились, вступает в опасную зону. Ведь он тем самым связывает нападение на Джимми с убийством Ниты…

— Мне не очень верится почему-то, что у вашего мистера Сквайерса на самом деле не все дома. Не правится мне его взгляд. Очень уж он скользкий…

— Но в пользу Сквайерса говорит вот что: отравители обычно не меняют орудия убийства.

— Ну, здесь у нас совсем иной случай. Капсула с ядом была ведь только одна. Ее, готовую к употреблению, любезно предоставил этот балбес Кеннингтон. Просто так получилось. Как вчера — с ножом Сквайерса. Я бы сказал, он здорово придумал, подкинув нам эту идею насчет шизофрении. Держу пари: объявив себя в истории с пальто истинной жертвой, он будет пользоваться этим же аргументом в случае с мистером Лейком — ведь если его поймают, у него готово психиатрическое алиби.

— В таком случае почему он не прибегнул к этому методу в случае с Нитой?.. Кстати, о капсуле с ядом, — понизил голос Найджел. — Я вижу, с вами новый сержант.

Лицо у Блаунта в этот момент было просто свирепым.

— Да. Сержант Мессер отправился обратно в констебли, пусть покосит форму. Небрежности я не прощаю.