Минута на убийство - Николас Блейк

— Он плохо обыскивал свидетелей?

— Он не соизволил тщательно осмотреть некоторые места, где можно укрыть капсулу… Короче говоря, не произвел телесного обыска, — сухо ответил Блаунт.

— Но, черт побери, все были в комнате. Никто не имел возможности уединиться, чтобы спрятать капсулу… в таком месте.

— Так думал и Мессер. Хотя думать — не его дело. Во всяком случае, чтобы положить что-нибудь себе в рот, раздеваться не нужно.

— Но согласитесь, ни один человек, если он в здравом уме, не положит в рот капсулу с ядом!

В ней ведь могло остаться что-то. Во всяком случае, пары…

— Правильно. И все же Мессер не справился с заданием.

— А женщина-полицейский, которая обыскивала миссис Лейк?

— Она была на высоте.

— Хм. Ладно… Но все равно я не понимаю, зачем преступнику прятать капсулу, зачем рисковать, если достаточно просто обронить ее на пол или…

— Может быть, он боялся оставить отпечатки пальцев?

— На такой крохотной вещице?

— Благодаря микрофотографии удавалось идентифицировать преступника по крохотному фрагменту отпечатка. Это не значит, что наши подозреваемые могут об этом знать, они в общем-то дилетанты…

— Все, за исключением одного, Блаунт, — медленно произнес Найджел. — Я бы рискнул предположить, что Чарльз Кеннингтон знает об этом много, и самым доскональным образом. Я имею в виду, он знает, как прячут такие вещи. Знает все уловки. И знает, как пустить пыль в глаза. Не забывайте, ведь он поймал Штульца.

— Что толку пытаться пробить лбом стену? Вот приедем к Биллсону, и я предлагаю…

Суперинтендант изложил свой план.

Когда они позвонили, миссис Биллсон чистила пылесосом гостиную. Отодвинув в сторону кисейную занавеску на двери, она выглянула в щелочку. На площадке стояли: толстый джентльмен, в котелке и синем костюме, и другой, высокий, без шляпы и с белокурыми волосами. Вряд ли это коммивояжеры, те парами не ходят… Она быстро скинула цветастый фартук, скомкав, сунула его за диван, взбила локоны с сединой и поспешила к двери.

«Никуда не денешься! Не сейчас, так позже! Полагается ли угощать чаем кредиторов, судебных исполнителей или как их там называют», — встревоженно думала она.

— Доброе утро, джентльмены. Если вы по поводу счета из Скулбриджа, то могу вас заверить, что мистер Биллсон вышлет чек в самое ближайшее время.

— Мадам, мне кажется, тут какая-то ошибка. Я из полиции и хотел бы переговорить с вами. Можно войти? — Блаунт протянул ей свое служебное удостоверение.

Миссис Биллсон даже не взглянула на удостоверение. «Боже мой, что я наделала? Я же проговорилась, и теперь Эдгар на меня всех собак спустит… И что меня дернуло?..»

— Что за вопрос! Пожалуйста, входите. Извините, у меня не прибрано. В наши дни горничной не найдешь ни за какие деньги, — произнесла она с таким рафинированным аристократизмом, что у Найджела заныли зубы.

— Да, мадам. Дело у нас серьезное… Нет, спасибо, я постою… Но я надеюсь, вы нам поможете.

— Уверяю вас…

Блаунт поднял руку ладонью вперед, и перепуганная женщина замолчала.

— Итак, с вашего позволения. Вчера вечером мы поймали воришку-карманника. Среди прочего у него обнаружен бумажник, который, мы полагаем, принадлежит вашему мужу. Вор признался, что украл его только что…

— О Боже! Эдгар ничего об этом не говорил…

— Так вот, мне доложили: вчера поздно вечером вам звонили из Министерства военной пропаганды и вы ответили, что ваш муж весь вечер находился дома. Вы понимаете, мадам, это ставит полицию в неловкое положение. Мы хотели бы вернуть бумажник мистеру Биллсону. Но как могли его стащить, да еще в нескольких милях отсюда, если он весь вечер не выходил из дому?

— Я вам все сейчас объясню. Эдгару, то есть мистеру Биллсону, не хочется, чтобы у него на работе знали, что он посещает ста…

— Пытает счастья на собачьих бегах? — Блаунт расплылся в улыбке, словно акула после плотного обеда. — Я очень хорошо вас понимаю. Естественно, в гражданской службе приходится быть осторожным с такими вещами. Значит, он велел вам отвечать, что весь вечер был дома? А на самом деле вернулся домой, когда позвонил мистер Фортескью?

— Нет. Он вернулся через полчаса после этого. По дороге заскочил к другу.

— Ясно, ясно. Рад, что мы с этим разобрались. В наши дни терять бумажник — дорогое удовольствие, не так ли? Кстати, на каком стадионе он был?

— Он собирался на Харрингуэй.

— Надеюсь, улов у него был хороший?

— Знаете, я не могу сказать. Я уже легла, когда он вернулся. Мы… хм… спим в разных комнатах. А сегодня утром он проспал и побежал на работу, почти не позавтракав. Я даже не успела переброситься с ним парой слов.

— Остается надеяться, что вы не ошиблись относительно Биллсона, — обратился к Блаунту Найджел, когда полицейский автомобиль ринулся в сторону центра. — Не то он поднимет такой скандал, когда узнает о вашей беседе с его женой!..

— Пусть попробует! Вы разве не заметили, Стрейнджуэйз, что его жена поначалу приняла нас за кредиторов? Все складывается…

— Да. И кажется, подтверждает то, что сказал Меррион. Если Биллсон играл на собачьих бегах и залез в долги, это как нельзя лучше объясняет, почему он взял у Мерриона сто двадцать пять фунтов и не доложил о нем руководству. Я ни минуты не сомневаюсь, что недостающие талоны он раздобыл на черном рынке. Знаете, у меня даже настроение поднялось, когда я узнал, что этот правильный Биллсон ведет двойную жизнь. Вид у Блаунта был озабоченный.

— Но это не объясняет, почему он пытался убить мистера Лейка.

— Вы думаете, это был он?

— Пока не думаю. У нас еще мало фактов. Но уверяю вас, если Сквайерс говорит правду, то человеком, который, вероятнее всего, совершил покушение на мистера Лейка, должен быть тот, кто знал историю с пальто и роль мистера Сквайерса в ней, потому и воспользовался халатом Сквайерса и его ножом. Но опять же: зачем Биллсону убивать мистера Лейка? Предположим, Лейку стало известно про его долги и собачьи бега, — за это не отправляют на тот свет, даже если речь идет о гражданской службе. Все равно это не спасло бы его от кредиторов.

— Блаунт, мне кое-что пришло в голову. У меня эта мысль давно уже вертится. Послушайте…

По мере того как Найджел излагал свою идею, лицо Блаунта светлело. Один раз он даже не выдержал и снял котелок, чтобы похлопать себя по лысине, но на этот раз от возбуждения, а не от растерянности.

— Ах, черт возьми! О-очень интересно… и наводит на размышления. Будем надеяться, мистер Лейк в состоянии будет оказать нам содействие…

Они стали обсуждать подробности. Тут оказались очень полезными познания Найджела в делах министерства. Они договорились, что допросы по поводу событий минувшей ночи производиться не будут. Блаунт проведет лишь формальный опрос о передвижениях основных подозреваемых, якобы для того, чтобы собрать подтверждения алиби, выявленных вчерашними телефонными звонками Фортескью. Труднее всего будет усыпить подозрения Биллсона. Решили, что Блаунт предпримет шаги лишь в связи с его алиби: ведь жена Биллсона почти наверняка сообщит мужу о визите полиции. Биллсон, скорее всего, будет настаивать, что был на стадионе. Это алиби, пообещав провести обычную в таких случаях проверку, Блаунт примет. Если сомнения Биллсона не рассеются окончательно, его должно успокоить то, что произойдет во второй половине дня.