На краю таланта - Марина Серова

— Знаешь, а я ведь тоже сегодня должна была встречаться кое с кем, — многозначительно произнесла я.

— Да я не то чтобы с горя помираю, — тут же взвилась тетя. — Просто настроилась на встречу. Мы собирались потом к ней в гости поехать, а тут вон что. И, главное, ни слова о таком прогнозе.

— Ну вообще-то синоптики предупреждали о проливных дождях, — вспомнила я.

— Ерунда. Я бы такое не пропустила.

— Не делай из обычного ливня трагедию, — попросила я. — Пойдешь чуть позже, не век же нас будет заливать.

Я подошла к окну и увидела двух рабочих, стоящих по колено в воде и пытающихся что-то обнаружить в обширной луже с помощью какой-то железной палки.

— О, воду сливают, — сообщила я. — Сейчас вся она уйдет под землю. И ураган утихает. Говоришь, в гости собралась? Значит, будешь только вечером?

— Да не пойду я никуда, — окончательно расстроилась тетя. — Опять перенесем.

— Подожди, у меня телефон звонит. А где он?

Обнаружив мобильник под подушкой в своей комнате, я увидела на экране знакомое имя.

— Доброе утро, — раздался радостный голос Саймона. — Ты на улице была?

— Я что, больная?

— И я не был. Но в ресторане протек потолок и в холле капает.

Вот тебе и «все включено» в самом центре города.

— У вас такое часто происходит? — продолжил изумляться Саймон.

— А что тебя напугало? — рассмеялась я. — В Америке разве всегда солнечная и спокойная погода?

— Ну то в Америке.

— Ты встречаться, что ли, передумал?

— Нет. Конечно, нет, — спохватился Саймон.

— Отлично. А то я уж подумала, что ты дождя испугался. Заеду за тобой, жди.

— Скоро?

Я выглянула в окно. Рабочим удалось сдвинуть канализационный люк в сторону, и теперь неподалеку от них на воде виднелась огромная водяная воронка.

— Не прямо сейчас, — ответила я. — Просто будь готов выйти, хорошо? Примерно через часик.

Вернувшись в комнату, я поняла, что тетя совсем скисла. За окном все еще хлестали дождевые струи, но их сила стала значительно слабее.

— Я тебя отвезу, теть Мил, — сказала я.

— Да не надо, — отмахнулась она. — Нинка сообщение прислала, сказала, что надо срочно внука из садика забрать. У них там адский потоп, подвал залило. Звонят родителям, чтобы детей срочно забрали. Можно подумать, все сразу сорвутся с работы и поплывут. Смешно.

— Вот ведь фигня какая, — искренне посочувствовала я.

Тетя Мила пошла в коридор, на ходу расстегивая куртку. У меня сердце разрывалось при одной только мысли о том, как сильно она расстроилась. Ну не могу я ее такой видеть. Больно же.

— Теть Мил, — сказала я, — а хочешь, я тебя со своим другом познакомлю?

В этот момент я находилась в комнате и не видела тетушку, которая чем-то шуршала в коридоре.

— С каким другом? — недовольно произнесла она.

— Ты про него знаешь, это его я ездила встречать в аэропорт.

— И зачем он мне нужен?

Ну если тетя Мила не реагирует на такие слова как «гость» и «друг», то дело плохо. Но попытаться еще разок все же стоило.

— Он из Америки, — как бы между прочим сообщила я. — И, знаешь, он худеет сейчас. К тому, что ест, относится настолько серьезно, что я даже слово «майонез» при нем боюсь произнести.

Тетя Мила тихонько зашла в комнату.

— Ты меня за идиотку не держи, — строго попросила она. — Как с маленькой разговариваешь.

— Да на тебе лица нет, — нашлась я. — Переживаю. Хочу улучшить твое психологическое состояние. Фиг с твоей Нинкой. Вам явно встретиться не судьба. Зато у нас есть симпатичный американец, с которым вы непременно найдете общий язык. Ну так как, а?

И тетя Мила улыбнулась. А я, еще раз выглянув в окно, увидела проступивший местами асфальт. Значит, жизнь продолжается.

Саймону пришлось объяснить, что прогулка по Тарасову и окрестностям снова отменяется, вместо этого я познакомлю его со своей тетей.

Про меня он мало что знал, и я не горела желанием с ним делиться. Лишний раз вспоминать казенные стены, смерть мамы, женитьбу вечно строгого отца на другой женщине совершенно не хотелось. А вот про тетю Милу я бы ему с удовольствием рассказала. О том, какая она деловая колбаса. О том, что в любом состоянии способна за пять минут накрыть шикарный стол для дорогих гостей, потому что не мыслит себя без всяких кулинарных штук и отлично ими пользуется. О ее таланте внимательно слушать и интуиции. Я бы рассказала Саймону многое, но лучше пусть он познакомится с ней лично.

Как я и думала, несмотря на то что я умоляла не суетиться, тетя все-таки накрыла поляну для заграничного приятеля любимой племянницы. На стол она метнула все самое лучшее, что было в холодильнике, а еще успела сварганить очередной пирог. На этот раз песочный.

Увидев Саймона, тетя расцвела.

— Хэллоу, — поздоровалась она. — Май нэйм из Людмила.

— Здрасьти, — обрадовался Саймон. — Я Саймон. Это вам.

Он протянул ей горшочек со свежей мятой, который мы купили в соседнем магазине. Это была его инициатива — подарить милой тетушке свежий кустик перечной мяты вместо обыкновенного букета цветов.

— Как хорошо вы говорите по-русски, — смутилась тетя Мила и посмотрела на меня, как на недобитого таракана. — И подарок оригинальный.

— Так я и есть русский, — расплылся мой рыжий друг. — Саймоном меня зовут в Америке, а так-то я Семен.

— А почему мне не сказал? — удивилась я.

— Да как-то не было смысла. Зачем? Я могу отзываться на любое из этих имен.

— Семен Шкловски, — посмаковала я на языке его настоящее имя. — Сеня, и как тебе в России?

— Прекрати, — одернула тетя Мила. — Прошу за стол.

— Ой, спасибо, — засуетился и обрадовался мой приятель. — Знаете, вот родители давным-давно увезли меня отсюда, но мы ведь так и остались в своем репертуаре. Мама постоянно готовит борщ и котлеты, а на отцовский день рождения всегда делает холодец.

Тетя Мила бросила быстрый взгляд на гостя, но он сразу же это заметил.

— Думаете, я толстый из-за еды? Нет, что вы. Просто мало двигался, и тому была причина. А теперь взялся за себя. Но от вашего угощения не откажусь. Тут я бессилен.

Светская беседа постепенно переросла в дружеские поболталки. Саймон перепробовал все, что было на столе, всем своим видом выказывая восхищение. Тетушка была счастлива. Я в некоторой мере тоже. Мы прекрасно проводили время, никуда не нужно было спешить.

Наконец речь зашла о погоде. И тему завел Саймон.

— Отель, в котором я остановился, не выдержал натиска стихии, —