Игра в кубики - Марина Крамер

Полина вздохнула. Они с Двигуновым сломали головы, разрабатывая портрет убийцы, но так ни к чему определенному и не пришли.

– Я считаю, что это может быть как мужчина, так и женщина, скорее всего, медицинский работник, умеющий обращаться со скальпелем и знающий анатомию.

– Ну, погоди… почему женщина-то? Трое убитых – мужчины, причем физически хорошо развитые.

– Снотворное. Флунитразепам. Правда, по последнему трупу экспертизы еще нет.

– Погоди, погоди… но там ведь и обстоятельства другие – кровища кругом, явно на него напали прямо в парке. Может, это совершенно другое убийство, не имеющее отношения к первым трем?

– Характер повреждений и кубик в кармане.

– Ну и что? Имитатор – нет?

– Нет, Валерий Васильевич, – вздохнула Полина, покручивая в пальцах ручку. – Кубик точно такой же, как первые три, из того же набора, это не может быть совпадением. Так что и четвертый – «мой». Я собираюсь ехать по его месту работы, можно? – осторожно спросила она, мечтая оказаться сейчас где угодно, лишь бы подальше от этого кабинета.

– Да, иди, – махнул рукой прокурор. – И не забудь – с прессой никаких контактов, особенно с этим столичным пижоном Нифонтовым.

– Ну, вы ведь знаете, что я сразу отказалась с ним общаться.

– Знаю-знаю, молодец. Все, поезжай, куда собиралась.

На подстанции «Скорой помощи» еще никто ничего не знал. Полина не любила быть вестником несчастий и прихватила с собой Двигунова – тот был мастером сообщать плохие новости и попутно выуживать необходимую информацию. С утра он уже успел побывать в квартире убитого и поговорить с его женой, но она ничего толком сказать не могла – похоже, муж много работал, часто уходил из дома, не объясняя причин. Женщина плакала, и ничего больше Двигунову вытащить из нее не удалось, кроме списка мест, где работал убитый – их оказалось три.

– Как же фигово платят медикам, что кардиолог высшей категории вынужден вести частный прием и еще на «Скорой» кататься, – сказал капитан, обернувшись к Полине с переднего сиденья машины.

– Да уж… вы у жены не спросили, что он мог делать совершенно в другом районе ночью?

– Она, пока в истерику не впала, говорила, что он иногда алкашам капельницы делал – ну, разумеется, тем, кто мог за это заплатить. Своя клиентура была, может, и вчера к кому-то на дом ходил.

– Почему пешком? У него вроде машина имеется? – просматривая полученные данные, спросила Полина.

– А шут его знает… я про машину у жены не спросил, запарился, – с оттенком вины в голосе произнес Двигунов.

– Ладно, разберемся… кстати, надо патрульным в том районе ориентировку на машину дать, вдруг где-то стоит.

– Да, правильно.

Полина только головой покачала – Двигунов все еще пытался доказать ей, что мужской ум имеет преимущество перед женским.

На подстанции они сразу прошли в кабинет старшего врача и объяснили причину своего визита.

Средних лет женщина растерянно заморгала глазами:

– Погодите… как? Ему на смену завтра…

– Придется найти замену. Мы бы хотели понять, что представлял из себя доктор Митин, – сказала Полина, – пообщаться с коллегами, с начальством.

– Да-да… конечно… – все еще не могла прийти в себя старший врач. – Это так… так неожиданно…

– Смерть почти всегда явление неожиданное, особенно когда речь идет о молодых, здоровых людях, ведь так? – вмешался Двигунов. – Вы ведь врач, сами все понимаете. Кто-то из тех, кто знал Митина близко, сегодня на смене?

– Если только… погодите… да, Вика Негрич подменилась, должна была завтра выйти, но у нее тяжело заболела тетка, так что… пойдемте, спросим в диспетчерской, если она не на выезде, то сможете хоть сейчас поговорить.

Полина с Двигуновым прошли вслед за женщиной в диспетчерскую, выяснили, что машина фельдшера Негрич должна вот-вот вернуться на подстанцию, и решили дождаться ее на улице.

– Вы пока шума особенного не поднимайте, хорошо? – внушительно посоветовал Двигунов старшему врачу, и та согласно кивнула:

– Конечно… а… когда можно будет объявить?

– Объявить можете когда угодно. Постарайтесь только не допустить слухов и домыслов. Я понятно выразился?

– Вполне.

На крыльце Полина закурила, обнаружив у скамейки большую урну с окурками. Двигунов нацепил на нос черные очки, сел на скамью и, скрестив на груди руки, как показалось Полине, задремал.

– Извините, пожалуйста, – раздался негромкий женский голос из двери подстанции, и Каргополова обернулась:

– Вы мне?

– Да, – в проеме стояла женщина лет тридцати в накинутой на плечи форменной куртке. – Я вам кое-что хочу сказать. Вы же следователь, да?

– Следователь. О чем вы хотите поговорить?

– Давайте отойдем, чтобы меня из окон видно не было, – попросила женщина, оглянувшись через плечо.

– Вы кого-то боитесь?

– Нет… просто не хочу, чтобы кто-то подумал… ну, что я сплетни… понимаете?

Они отошли за угол здания, и женщина, назвавшаяся Ириной, сказала:

– Я думаю, его Вика убила.

– Вика? Это фельдшер Негрич?

– Да. Понимаете… у них с Максимом Васильевичем три года был роман.

– Он ведь женат?

– Да. Можно подумать, для таких, как он, это препятствие, – фыркнула Ирина. – Наверняка Вика у него не первая была. Но суть не в этом. В последние несколько недель их отношения на глазах стали ухудшаться…

– Погодите… – перебила Полина, – то есть на подстанции знали об их романе?

– Конечно! Попробуйте тут что-то скрыть, когда даже комната отдыха общая, все вповалку – и мужики, и бабы? Конечно, все знали про Вику и Максима Васильевича. Так вот… отношения у них испортились, это было заметно – он ее избегал и прямо демонстративно так игнорировал, словно мимо стенки проходил.

– А Виктория не говорила, в чем дело? Не делилась с кем-то?

– Нет. Она вообще замкнутая, ни с кем особенно близко не сходилась. Да и когда ей? Тетка больная, то в стационаре, то дома лежит, Вика все сама… ну, и с Митиным, опять же, надо время проводить. В общем, на подстанции подруг не было, а так… не знаю.

– Но почему тогда вы решили, что именно Вика убила Митина? Потому что они поссорились?

– Вы мне не дали дорассказать, – Ирина вынула из кармана спецовки мятую пачку сигарет, закурила и продолжила: – Они дежурили двое суток назад, и Вика, и Митин. Так вот… Вика его застала в постели с одной тут… ну, словом, с другой женщиной, так скажем. А ведь это ж очень маленький коллектив, и к утру все, кто дежурил, об этом узнали. Представляете, каково Вике было? Она, кажется, даже не переоделась после сдачи смены, так в спецовке и уехала.

– Это очень интересно, спасибо вам, Ирина.