Горячая шестерка - Джанет Иванович

– Есть у тебя что-нибудь на Синтию Лотте? – спросила я.

Через минуту она выдала ответ:

– Совсем немного. Недавно взяла кредит на покупку машины. По счетам платит вовремя. Никаких порочащих данных. Живет в Иуинге. – Она помолчала. – А что ты ищешь?

– Не знаю. Она работает на Дикки.

– Вот как. – Будто это все объясняло.

Я записала адрес Лотте и распрощалась с Банни.

Затем я позвонила Морелли. Ни один из его телефонов не отвечал, поэтому я оставила записку на пейджере.

– Забавно, – заметила Лула. – Ты вроде курицу ему в крышку от коробки положила. Вот только что-то я ее не наблюдаю.

Мы все взглянули на Боба. К его губе прилип маленький кусочек картона.

– Черт, – воскликнула Лула, – в сравнении с ним, профессионалом, я просто любитель.

– Вы что-нибудь необычное во мне замечаете? – спросила я.

– Только большой прыщ на подбородке. Наверное, у тебя плохие дни?

– Это стресс! – Я сунула голову в сумку, разыскивая тональный крем. Фонарик, щетка для волос, помада, жвачка, лосьон для рук, перечный баллончик. Никакого тонального крема.

– У меня есть лейкопластырь, – предложила Конни. – Можешь попробовать заклеить.

Я прилепила лейкопластырь на подбородок.

– Уже лучше, – заметила Лула. – Теперь у тебя такой вид, будто ты порезалась, когда брилась.

Замечательно!

– Пока не забыла, – сказала Конни, – тут был звонок насчет Рейнджера, пока ты разговаривала с кредитным бюро. Выписан ордер на его арест в связи с убийством Рамоса.

– А что в ордере?

– Для дачи свидетельских показаний.

– С О. Дж. Симпсоном тоже все так начиналось, – вмешалась Лула. – А глядите, чем все кончилось – процесс на всю Америку.

Мне хотелось проверить дом Ганнибала, но тащить туда за собой Митчелла и Хабиба было явно ни к чему.

– Мне требуется кое-кого отвлечь, – сказала я Луле! – Необходимо избавиться от этих парней в ковровой машине.

– Ты на самом деле хочешь от них избавиться? Или просто помешать им следить за тобой?

– Я не хочу, чтобы они за мной ехали.

– Тогда все просто. – Она вынула из ящика пистолет 45-го калибра. – Я прострелю у них пару шин.

– Нет! Никакой стрельбы!

– Вечно ты со своими запретами, – сказала Лула.

Из кабинета высунулась голова Винни.

– Как насчет поджечь бяку?

Мы дружно повернулись к нему.

– Обычно такое хорошо удается на чьей-то веранде, – пояснил Винни. – Вы кладете в пакет собачье дерьмо. Затем помещаете этот пакет на крыльцо вашего обидчика и звоните в дверь. Потом поджигаете пакет и улепетываете во все лопатки. Когда ваша жертва открывает дверь и видит горящий пакет, она наступает на него, чтобы затушить огонь.

– И?

– И загваздывает свой ботинок собачьим дерьмом, – сказал Винни. – Если вы поступите так же с этими парнями и они вымажутся в говне, это их отвлечет, а ты сможешь удрать.

– Вот только веранды нет под боком, – заметила Лула.

– Ты начисто лишена воображения, – заявил Винни. – Положишь пакет прямо за машиной. Потом улизнешь, а кто-нибудь из офиса крикнет, что у них что-то горит под машиной.

– Мне идея нравится, – сказала Лула. – Одна загвоздка – где взять собачье дерьмо.

Тут мы обратили свое внимание на Боба.

Конни достала из нижнего ящика стола большой крафтовый пакет.

– Вот вам пакет, а коробку из-под курицы можете использовать в качестве лопатки.

Я пристегнула поводок, и мы вместе с Лулой вышли через заднюю дверь и сделали небольшой крюк. Боб раз сорок задирал лапу, но никакого вклада в наш план не сделал.

– Похоже, он не проявляет интереса, – заметила Лула. – Может быть, стоит повести его в парк.

Парк был всего в двух кварталах от офиса, так что мы отвели туда Боба и встали вокруг в ожидании, когда он ответит на призыв природы. Только природа отказывалась его звать.

– Ты не замечала, что когда тебе не нужно собачье дерьмо, оно валяется повсюду? – спросила Лула. – А теперь, когда оно нам нужно... – Ее глаза широко раскрылись. – Держись. Вон идет собака. И большая.

Действительно, кто-то еще гулял со своей собакой в парке. Собака оказалась большой и черной. Старушка на другом конце поводка была маленькой и седой. На ней были туфли на низком каблуке, громоздкое пальто из твида и вязаная шапочка, под которую она заправила свои седые пряди. В руке она держала пластиковый пакет и бумажное полотенце. Пакет был пуст.

– Не хочу богохульствовать, – заметила Лула, – но эту псину нам сам бог послал.

Пес внезапно остановился и сгорбился. Мы втроем рванули к нему. Я держала Боба на поводке, а Лула размахивала бумажным пакетом и коробкой. Мы мчались во весь опор, но тут женщина подняла голову и увидела нас.

– Я старая, – сказала она. – У меня нет денег. Не трогайте меня, пожалуйста!..

– Нам не нужны ваши деньги, – объяснила я. – Нам нужно ваше дерьмо.

Женщина едва не задохнулась от возмущения.

– Я не могу отдать вам какашки. Я должна отнести их домой. Таков закон.

– В законе не говорится, что вы должны отнести дерьмо домой, – сказала Лула. – Там говорится, что его надо убрать. А мы – добровольцы.

Большой черный пес перестал заниматься своим делом и вопросительно принюхался к Бобу. Боб тоже его понюхал и перевел глаза на пах старушки.

– Даже не думай, – сказала я Бобу.

– Не уверена, что это правильно, – возразила женщина. – Никогда не слышала ни о чем подобном. Думаю, я должна сама отнести это домой.

– Ладно, – сказала Лула, – мы вам за «это» заплатим. – Лула повернулась ко мне. – Дай ей пару баксов за ее дерьмо.

Я порылась в карманах.

– У меня нет с собой денег. Я же не взяла сумку.

– На меньше, чем пять долларов, я не согласна, – заявила старуха.

– Так вышло, что у нас нет с собой денег, – объяснила Лула.

– Тогда «это» – мое дерьмо, – твердо сказала женщина.

– Черта с два, – возразила Лула, силой отодвинув старушку и собирая дерьмо коробкой из-под курицы. – Нам это дерьмо необходимо.

– Караул! – закричала старуха. – Они забрали мое дерьмо! Помогите! Воры!

– Я все подобрала, – возвестила Лула. Мы втроем бегом пустились к офису с пакетом драгоценного дерьма.