Афромент - Михаил Серегин

— Ну что, теперь можно и обсудить положение, — довольно сказал Веня, когда курсанты улеглись на мягком сене.

— Я есть хочу, — жалобно промямлил Леха.

— Можно подумать, я не хочу. Однако решение этой проблемы временно откладывается.

— На неопределенный срок?

— Почему на неопределенный? До темноты. Поскольку есть нам нечего, придется позаимствовать немного еды на деревенских огородах.

— Ты воровать предлагаешь? — изумился Леха.

— Тоже мне воровство. Неужели же жители деревни не захотят спасти от голодной смерти представителей власти? Да это их прямой долг! Просто мы не будем их беспокоить, а сами возьмем все, что нужно. Но это позже. Чтобы не травмировать нежные души сельских жителей, мы сделаем все ночью. А пока у нас есть чем заняться.

— А может, нам что-нибудь купить?

— Ага! В том самом магазине, который с пяти часов вечера закрыт. Если очень хочешь, можешь оставлять на месте каждого сорванного помидора монетку.

— А вы обратили внимание, как он старался нас выпроводить из деревни? — спросил Дирол.

— Кто? — не понял Леха.

— Леха, ты что, все еще о еде думаешь? Ну, Крутов, конечно!

— А может, нам его и послушать? Скоро будем в городе, там везде можно поесть.

— Ага, и упустить преступника? — возразил Дирол. — Не зря он нас выгонял, боится.

— Да, и это не единственный его просчет в разговоре с нами. Он, наверное, решил, что мы ни на что не способны, вот и забыл про осторожность. Слишком уж настойчиво советовал уехать из Копылки. И еще один раз он здорово напрягся. Помнишь, Дирол, ты что-то такое ляпнул.

— Ничего я не ляпал. Просто сказал, что кубок могут найти на помойке.

— Наверное, для него в этом кроется какой-то скрытый смысл. Понять бы только какой… Но ясно одно — на душе у него неспокойно.

— Да, я тоже обратил внимание, как он замялся, а потом справился с собой, — вставил Леха.

— Как думаешь, почему?

— Ну, в принципе, это вполне понятно. Ему просто неприятно, что кубок может быстро найтись. Ведь из-за этого пострадает Илья Крутов.

— Вот-вот, но он-то не расстроился и не огорчился. Он так на меня посмотрел, словно искал подвох. Как будто я что-то знаю и стараюсь его подловить. Знать бы только, что я знаю…

— Может, он видел этот кубок на какой-нибудь помойке? И не заявил об этом, чтобы отсрочить конкурс. Вот и волнуется теперь, — предположил Леха.

— А знаете, я склонен думать, что он не врал нам, когда говорил, что не знает, где находится кубок, — решительно сказал Веня.

— То есть он знал об этом когда-то, но вот сейчас не знает, — подхватил Дирол.

— Во-во, это я и хотел сказать. Потому что если подумать, то мотив для ограбления магазина у него есть. И возможность тоже была. Помните, я спросил у него номер мобильного. На самом деле он мне совершенно не нужен, просто хотел выяснить, а есть ли он вообще. Так как мобильник у него имеется, значит, он вполне мог прямо из больницы позвонить и организовать ограбление. Думаю, у такого большого человека, как Александр Ильич, и в Калошине полно знакомых.

— В общем, и мотив, и возможность у него имеются. Да по времени все тоже укладывается. Не хватает только одного — кубка! Или еще каких-нибудь вещей из этого магазина. Кстати, Веня, у тебя опись есть? — поинтересовался Дирол.

— Да, мне Добродушевич дал один экземпляр.

— И что там есть?

— Кроме интересующего нас кубка, еще пара примерно таких же, еще какие-то чашки-плошки, несколько часов. А остальное — различные скульптуры от двухметровых и ниже.

— И на какой же именно помойке теперь все это искать?

— Да мало ли в Калошине помоек? — вздохнул Леха.

— Ага, я представляю. Завтра придем на почту и телеграфируем ребятам: «Обыскивайте помойки. Всегда ваши, Леха, Дирол и Веня». Обратно после такого лучше вообще не приезжать.

— На месте Крутова я не стал бы выкидывать весь антиквариат в Калошине, — высказался Дирол. — Слишком опасно. Мусор приметный, наверняка найдут очень быстро. Надежнее выбрать какую-нибудь свалку за городом, желательно подальше.

— А если учесть, что у него машина, а за ночь можно даже до другой области доехать, — вздохнул Леха.

— Да, боюсь, что обыскивать все российские свалки нам не под силу. Остается только надеяться на счастливый случай да еще на то, что Крутов сам совершит промашку.

— А пока пойдем поищем еды! — обрадованно воскликнул Пешкодралов.

Действительно, пока ребята разговаривали, сумерки уже сгустились. Выглянув на улицу, Веня убедился, что скоро окончательно стемнеет.

— Еще чуть-чуть надо подождать, — решил он.

Через полчаса стало уже совсем темно.

— Скоро взойдет луна, — прошептал Леха. — Надо быстрее поворачиваться.

— Ладно, — так же тихо ответил Дирол.

Они вдвоем растрясли Веню, который к этому моменту уже немного задремал.

— Пора, — прошептал Дирол.

— А что вы шепотом-то? — не понял Кулапудов.

— Не знаю, — пожал плечами Дирол. — Так спокойнее.

И вот из сарая тихонько промелькнули три темные фигуры. Ребята заранее договорились, что ни в огороде Лидиного дедушки, ни в ближайших кормиться не будут. Кроме того, тени, то есть, конечно, не тени, а курсанты, решили разделиться, чтобы, во-первых, не производить слишком много шума, а во-вторых, извлечь из ночного рейда максимум пользы. Ведь на одном огороде можно найти помидоры, а вот огурцы там не растут. Где-то можно нарвать отличных огурцов, а вот вишня там мелкая и кислая. Ну и так далее.

— Расходимся в разные стороны, — скомандовал Веня, когда курсанты удалились на безопасное расстояние от ставшего на время родным огорода.

Сам Кулапудов расходиться в разные стороны не стал, а пошел прямо. Через десять минут он набрел на какой-то забор. Глаза уже вполне привыкли к темноте, и Веня смог различить, что за забором растут какие-то деревья.

«Сад», — решил он.

Преграда оказалась достаточно хлипкой. Покачав ее, Веня понял, что перелезть не удастся. Под тяжестью молодого тела она просто разрушится, что совершенно не входило в планы Кулапудова. Видимо, хозяева сада рассчитывали именно на то, что если кто и захочет поживиться плодами их трудов, то не сможет одолеть забор именно по причине его неустойчивости.

Но они не знали, да и не могли знать, что однажды ночью к их саду подойдет курсант Школы милиции, который в совершенстве владеет наукой добывания еды. Да и не столь далекое хулиганское Венино прошлое время от времени напоминало о себе.

Опытным взглядом Веня изучал забор. У подножья он сплошь зарос бурьяном, крапивой и лопухом.