Лазурный берег - Андрей Кивинов

Словом, идеальной женщиной Кристина ощущала себя с полным правом. Интересно, много ли таких среди читательниц «Космо»? Кристина полагала, что не очень. Большинство женщин читает журнал с неисполнимыми мечтами стать идеальной. А она, Кристина, и так уже идеальна.

Только почему же ей так не везет с мужчинами? И с замдиректора страховой фирмы, который обещал жениться, а в результате ограничился путевкой в Канны… И с этим толстым негодяем и его билетами на дискотеку..

Видимо, как раз потому, что она — идеальная женщина.

А все мужики — подлецы и полудурки.

Вот это еще что за чучело нарезает вокруг нее круги? Бородатый тип во фрачной паре, но босиком. С безумным взором. Увидал в руках Кристины русский журнал, встрепенулся:

— Девушка, извините, вы тут бабочку в песке не видали?

— Бабочку?!

Треханутый, точно: бабочку в песке ищет.

— «Жужжу». Не такую бабочку, — бородатый помахал руками, изображая «такую бабочку», — а такую… галстук, типа. Ну «жужжу».

— А вам зачем?.. — подозрительно спросила страховая агентка.

— У меня пресс-конференция через полчаса… а я вот бабочку потерял, мать-перемать… Извините.

— А вы кто? — заинтересовалась Кристина.

— Я-то? Ну, я… это… путешественник. На веслах через Атлантику…

Кристина разозлилась.

— Ага, разогнался!.. Знаю я! Пресс-конференция, путешественник… У тебя этой жужу все равно из-за бороды не видно. А ну вали отсюда, козел!..

Пастухов был очень удивлен подобной реакцией. Кристина перевернулась на другой бок и стала читать условия конкурса «Как попасть на обложку „Космо“».

Водить автомобиль Николай выучился рано, лет в десять. Мог запросто разобрать и собрать любой «движок». Но по Каннам кататься — удовольствия мало. Всюду дикие фестивальные толпы, пешеходы на автомобилистов внимания не обращают. Ходят как попало, вот и плетешься со скоростью черепахи. И «Мерседес» гудит недовольно — не привык к таким скоростям.

Вот какой-то хрен просто танцует посреди проезжей части, а потом плюхается и бьется об асфальт как рыба. Вокруг куча народу, аплодируют ему, деньги кидают… Сидевший рядом Серов высунулся из окна. Спросил, в чем дело. Серов, сука, грамотный: знает французский и другие разные языки.

Выяснилось, что чувак танцевал Моби Дика.

— Кого танцевал? — не понял Николай.

— Это кит такой… известный, — неопределенно ответил Серов. — Кит-убийца.

Троицкий — во фраке и опять в бронежилете — сидел на заднем сиденье между Плаховым и Роговым. Он продолжал сомневаться в затеянном. Ехали безо всякой гарантии…

— То есть ты не уверен, что он там?

— Нет, не уверен, — признался Плахов.

— Чего ж тогда едем? — Троицкий выругался.

— Необходимо быть на виду. Чтобы дать ему шанс… И нам тоже…

Троицкий что-то прорычал, но ничего не ответил.

Зато Серов обернулся:

— А если проморгаете, господа менты? Не жить вам, если лажанетесь.

— Не боись! Мы в своем деле асы, — насупился Рогов. — И жить хотим…

— Думаете, зря нас послали? — присоединился к обиде Плахов.

— Что-то вы на асов не тянете, — Серов критически оглядел оперов.

Конечно, было бы приятно в ответ на эту реплику засветить как следует Серому между глаз, но кулачные бои в планы «убойщиков» пока не входили.

— Внешность обманчива, — сдержался Плахов. — Василий Иваныч, например, — чемпион МВД по самбо. И по стендовой стрельбе.

И то и другое было неправдой, ну да ладно: а ля гер ком а ля гер!..

— Смотри-ка, опять этот ухряпок, — Троицкий заметил за окном человека с белым лицом, который пулялся флажками из пистолета. — Надоел маскарад уже, ей-богу…

Троицкий не лукавил. Он действительно во всем любил определенность.

Машина подъехала к фестивальному Дворцу, к первому кольцу оцепления. Дальше путь был закрыт, но дальше было и не надо.

Егоров ходил кругами прямо по центру площади, и благодаря яркой ковбойке, нелепой шляпе и крупной фигуре, видно его было издалека.

— Вон он! Хомяк! — вскрикнул Николай.

— Не ори, дурак! — поморщился Троицкий.

Николай раздражал его с каждым днем больше и больше. Вот кого надо убить по возвращении в Португалию!.. А в том что кого-то придется убить, Демьяныч уже не сомневался. Это его хоть как-то развлечет и успокоит.

— Пасет, сука!.. — процедил Серов. — Надо же как вырядился! Павлин, твою мать…

— Демьяныч, давай его заберем и потолкуем как следует, — сжал кулаки Николай.

А чего, тоже вариант…

— Что скажете?.. — искоса глянул Троицкий на оперов.

Момент был ответственный. Тут надо было сыграть тонко, чтобы Демьяныч не заподозрил подвоха. А то они и впрямь скрутят «Хомяка» — и что тогда?.. В главке без Егорова, может, и обойдутся, но они этого уже не узнают: без них там после такого прокола обойдутся тем более.

Игорь немного помедлил, подумал:

— Смысла нет, Михаил Демьянович. Во-первых, тихо не получится. Во-вторых, может заказчика не назвать.

— У нас всех назовет, — прошипел Николай. Очень ему не нравилось, что шеф слушается ментов.

— Если знает, — возразил Плахов. — А вдруг его через посредника наняли? Посредник — в Питере. Что тогда?

— Там его только мы достанем, — солидно добавил Рогов. — Но нужны доказательства.

— Хорошо… — раздраженно перебил его Троицкий. — И что делать?

— Мы идем к Хомяку и блокируем его, а вы во Дворец. Только медленно. Попытается стрелять, стреножим. Нет — продолжим следить.

— Только бы он ствол вытащил, — Рогов плотоядно потер ладонь о ладонь.

Серов вздрогнул. Троицкий вытащил вдруг из кармана пачку денег и мобильный телефон:

— Вам на расходы. А это для связи.

— Не помешает, — согласился Плахов. — Одно дело делаем.

И дело одно, и уже банально на еду не хватало… А голодный оперативник теряет реакцию и смекалку. Хорошо сейчас «блокировать» безобидного Егорова, но могут быть ведь и настоящие стычки…

«Убойщики» выбрались из «Мерседеса» и направились к Егорову, стараясь заходить с тыла. Николай и Серов, разместившись по бокам от шефа, чувствовали себя не очень уютно. В двух шагах от убийцы-то. Процессия медленно, как и просил Плахов, поднялась по лестнице и скрылась во Дворце.

Выстрела не последовало.

Троицкий перевел дух и решительно двинул к буфету. За виски.

А Егоров, отойдя немножко вдаль по набережной, купил стакан кока-колы и выпил залпом. День выдался особенно жаркий.