Девять воплощений кошки - Татьяна Степанова

– Типа того, но высокого ранга и с особыми полномочиями. И задачами, кажется, тоже. Но это еще предстоит выяснить.

– В музее убили ревизора Счетной палаты?

– Да, да, теперь вам ясно, что это за дело?

– Ясно. И вы, что же, нас подозреваете в убийстве? Меня, Анфису и эту Шумякову? Там ведь еще один свидетель был. Он появился, когда мы стали кричать. Наверное, охранник.

– Мы допросим всех свидетелей без исключения. Начал с вас, потому что вы мне нужны тут.

– То есть как это нужна тут? Зачем?

Но Елистратов не ответил. Он кивком позвал Катю за собой.

Они медленно свернули за угол.

Дверь в конце коридора, стены которого выкрашены в оливковый цвет. Сбоку металлический шкаф с надписью «высокое напряжение». На потолке – толстые кабели. Этим самым коридором менеджер Кристина вела их в отдел Древнего Востока и в хранилище. Или это другой коридор?

Здесь, в Нижнем царстве, все ходы одинаковы.

В коридоре работают эксперты. Тела у двери на лестницу уже нет, его успели убрать. А на стенах, выкрашенных оливковой краской, на полу, на ящике с надписью «высокое напряжение» бурые мазки. У двери этого бурого становится больше.

– Вы готовы? – спросил Елистратов сотрудников. Те кивнули. – Так, теперь кричите, как можно громче.

– Я? – Катя оглядела коридор.

– Да, проведем небольшой эксперимент. Вы же сказали, некий свидетель явился на ваши крики. Кричите как можно громче. Зовите на помощь.

– Эййййййййййййййййй! Помогите!! – Катя завопила так громко, как только могла.

– Еще, еще кричите, продолжайте.

– Помогитеееееееееееееееее!

Катя умолкла.

Елистратов набрал номер по сотовому.

– Ну что? – спросил он. – Слышно что-нибудь?

– Нет, ничего не слышно. Ни звука. Ни у спецхрана, где охрана, ни в комнате контроля технических служб, ни на лестнице, – доложили по мобильному, Елистратов включил громкую связь.

– Мощная звукоизоляция. Это здание строилось сто лет назад, тут прямо бункер. Вывод: слышать крики можно лишь в самом коридоре. Даже на этой лестнице, где вас ночью черти носили, ничего не слышно.

– Ну да, я же объясняю, этот парень с фонарем появился вот отсюда, из коридора. Блондин такой… я вспомнила, волосы такие белые, длинные у него.

– Я про жертву говорю, – Елистратов указал на бурые мазки на стенах, на пятна на полу на бежевом линолеуме. – О чем свидетельствует картина места происшествия?

– Кровь… это кровь на стенах и… ой, тут отпечаток ладони.

– Она бежала по коридору к двери. Когда ей нанесли первый удар по голове, она не упала. А побежала к двери. Вот здесь убийца настиг ее, – Елистратов подошел к металлическому ящику, – и ударил снова и снова. Тут брызги и потеки. Она хваталась за ящик, за стены. Ползла к двери. Убийца наносил ей удары по голове. Убил он ее почти у самой двери, бил уже лежащую на полу. У нее проломлен череп и множественные кровоподтеки на лице, на плечах. Челюсть разбита. Она несомненно кричала, звала на помощь, пока бежала – все эти короткие секунды. Но крики ее слышал лишь тот, кто находился вместе с ней в коридоре. Ее убийца.

Катя оглядела мрачный коридор со следами крови.

– Орудие убийства нашли?

– На месте его нет. Ищем. Музей есть музей, места много, где спрятать.

– Она бежала, а за ней гнались. Откуда она бежала?

– Это нам предстоит выяснить. Откуда бежала, как очутилась здесь, куда шла, на кого наткнулась. Кто на нее напал. И почему вообще она задержалась тут так поздно. И вы, Екатерина, в этом нам поможете.

– Я? Как я вам помогу?

Елистратов ничего не ответил. Пока что.

– Я могу увидеть тело? – спросила Катя.

– Да, конечно.

Они прошли по коридору мимо двери. Катя вспомнила, как они барахтались тут на полу. Лужа крови под дверь натекла, они в эту лужу все и вляпались.

– Время смерти?..

– На момент обнаружения… пока вы на него не наткнулись в потемках, тело пролежало не более полутора часов.

Свернули в другой коридор. Здесь тоже полно оперативников. И тело – уже на специальной каталке, его пакуют в черный пластиковый мешок.

Катя подошла к каталке. Мертвый ревизор… тут в музее убили ревизора Счетной палаты…

Она увидела окровавленные лацканы серого пиджака, рука… ногти с изящным маникюром, на безымянном пальце – перстень с изумрудом, неброский, но очень стильный, светлые волосы, лицо в синюшных кровоподтеках.

Катя отвернулась было, но потом снова повернулась, точно ее током ударило.

– Я ее знаю.

– Потерпевшую? – спросил Елистратов. – Вы ее видели вчера в музее?

– Не в музее.

– Не в музее? А где? При каких обстоятельствах? – Тон Елистратова снова стал колючим.

– В Красногорске в воскресенье, – сказала Катя. – У нас там произошло ЧП – массовое убийство животных в зооотеле.

– Где? Какое еще массовое убийство?

– Всех кошек чем-то отравили в гостинице для животных. Так эта блондинка… Юдина приехала туда на машине за своим котом. Он тоже погиб.

Елистратов с недоумением посмотрел на труп. Потом хмыкнул.