Таинственный противник - Агата Кристи

– О чем? – угрюмо спросила миссис Вандемейер.

Таппенс сосредоточенно смотрела на нее. Ей вспомнились словаБориса: «Мне кажется, что ты способна продать нас всех», и тогдашний ее ответ:«Представляю, какую мне дали бы цену!» Ответ, конечно, шутливый, но, возможно,он не так уж далек от истины. Ведь и Виттингтон, стоило Таппенс назвать имяДжейн Финн, сразу спросил: «Кто проболтался? Рита?» Так не окажется ли РитаВандемейер слабым местом в броне мистера Брауна?

Не отводя взгляда от васильковых глаз, Таппенс негромкоответила:

– О деньгах…

Миссис Вандемейер вздрогнула. Было совершенно очевидно, чтоэтого она никак не ожидала.

– В каком смысле?

– Сейчас объясню. Вы только что сказали, что у вас хорошаяпамять. Но от хорошей памяти меньше толку, чем от толстого кошелька. Вам,наверное, очень хотелось бы отомстить мне, но что вам это даст? Месть приноситодни только неприятности. Это всем известно. А вот деньги?.. – Таппенс даженесколько разгорячилась, увлеченная собственным красноречием. – Деньги – этовещь, верно?

– Значит, по-твоему, я продажная тварь, – с гордой минойначала миссис Вандемейер, – и запросто продам своих друзей?

– Да, – не дрогнув, ответила Таппенс. – Если предложатхорошую цену.

– Ну да, какую-нибудь жалкую сотню!

– Но почему же сотню, – сказала Таппенс, – я бы предложила…сто тысяч фунтов.

Расчетливость не позволила ей назвать миллион долларов,которые готов был пожертвовать Джулиус.

Щеки миссис Вандемейер залила краска.

– Что ты сказала? – переспросила она, нервно теребя брошь угорла.

Таппенс поняла, что рыбка попала на крючок, и в первый разужаснулась собственному корыстолюбию: чем, собственно, она лучше этой женщины?

– Сто тысяч фунтов, – повторила Таппенс.

Блеск в глазах миссис Вандемейер погас, и она откинулась наспинку стула.

– Ха-ха! У тебя их нет.

– Конечно, у меня их нет, – согласилась Таппенс. – Но я знаючеловека, у которого они есть.

– Кто же он?

– Один мой друг.

– Миллионер, конечно! – язвительно произнесла миссисВандемейер.

– Вот именно. Американец. Он заплатит вам не моргнув глазом.Я говорю вполне серьезно, мы можем заключить сделку.

Миссис Вандемейер снова выпрямилась.

– Я готова тебе поверить, – сказала она медленно.

Некоторое время они молчали, потом миссис Вандемейерпристально на нее взглянула.

– Что он хочет узнать, этот ваш друг?

Таппенс заколебалась, не зная, с чего начать, но деньгипринадлежали Джулиусу, и за ним было право первенства.

– Он хочет знать, где находится Джейн Финн, – ответила онапрямо.

Миссис Вандемейер как будто совершенно не удивилась исказала только:

– Я точно не знаю, где она сейчас.

– Но могли бы узнать?

– Конечно, – небрежно уронила миссис Вандемейер. – Это-то нетрудно.

– И еще… – Голос Таппенс дрогнул. – Один молодой человек,мой друг. Боюсь, с ним что-то случилось из-за Бориса, вашего приятеля.

– Как его зовут?

– Томми Бересфорд.

– В первый раз слышу. Но я спрошу Бориса. Он мне скажет все,что знает.

– Спасибо. – Таппенс сразу стало легче на душе, и онапочувствовала прилив сил. – Да, еще одно.

– Ну?

Наклонившись и понизив голос, Таппенс произнесла:

– Кто такой мистер Браун?

Красивое лицо внезапно побледнело. Миссис Вандемейер сусилием взяла себя в руки и попыталась говорить с прежней небрежностью. Но этоу нее не очень получилось. Пожав плечами, она сказала:

– Видно, вы не так уж много о нас выведали. Иначе вам былобы известно, что никто не знает, кто такой мистер Браун…

– Кроме вас, – негромко сказала Таппенс.

Миссис Вандемейер побелела еще больше.

– Почему вы так думаете?

– Сама не знаю, – искренне ответила Таппенс, – но я уверена.

Миссис Вандемейер долгое время молчала, глядя в одну точку.

– Да, – наконец сказала она хрипло. – Я это знаю. Понимаете,я же была красива… поразительно красива…

– Вы и сейчас красавица, – возразила Таппенс с неподдельнымвосхищением.

Миссис Вандемейер покачала головой. Ее васильковые глазастранно блеснули.

– Но уже не такая, – сказала она с опасной мягкостью вголосе. – Не такая, как прежде!.. И в последнее время я начала бояться… Знатьслишком много всегда опасно. – Она наклонилась над столом. – Поклянитесь, чтомое имя упомянуто не будет… что никто никогда не узнает…

– Клянусь. А как только его поймают, вам уже ничего угрожатьне будет.

Выражение затравленности промелькнуло в глазах миссисВандемейер.

– Не будет? Неужели это возможно? – Она вцепилась в рукуТаппенс. – А про деньги, это правда?

– Можете не сомневаться.

– Когда я их получу? Ждать я не могу.

– Этот мой друг скоро сюда придет. Наверное, ему придетсяпослать телеграмму или еще как-нибудь их запросить. Но много времени это незаймет. Он умеет все улаживать в один момент.

Лицо миссис Вандемейер приняло решительное выражение.

– Я готова. Деньги большие, а кроме того… – Она улыбнуласьстранной улыбкой, – кроме того, бросать такую женщину, как я, – весьмаопрометчиво.

Несколько секунд она продолжала улыбаться, постукиваяпальцами по столу. Потом вдруг вздрогнула, и лицо у нее стало белым как мел.

– Что это?

– Я ничего не слышала.

Миссис Вандемейер со страхом оглянулась.

– Если кто-нибудь подслушивал…

– Чепуха, здесь же никого нет.

– И у стен бывают уши, – прошептала миссис Вандемейер. –Говорят же вам, я боюсь… Вы его не знаете!