Пророчество Романовых - Стив Берри

8 часов 30 минут

Лорд сел в метро в северной части города. В битком набитом вагоне стояла удушливая вонь. Вцепившись в железный поручень, Лорд слушал перестук колес. Здесь он чувствовал себя относительно спокойно. Все вокруг были настороженные. Как и он сам.

Выйдя из метро у Исторического музея, Лорд пересек оживленную улицу и прошел через Воскресенские ворота. Его взору открылась Красная площадь. Он полюбовался недавно восстановленными воротами: подлинные белые башенки и своды из красного кирпича пали жертвой сталинской эпохи.

Его не переставали поражать относительно скромные размеры Красной площади. В телевизионных передачах коммунистических времен вымощенное брусчаткой пространство казалось бескрайним. На самом деле площадь была лишь на треть длиннее футбольного поля и вдвое уже. С юго-западной стороны ее обрамляли внушительные кремлевские стены из красного кирпича. На северо-востоке возвышался универсальный магазин ГУМ, массивное здание в стиле барокко, напоминающее скорее железнодорожный вокзал девятнадцатого столетия, чем бастион капитализма. С северной стороны господствовало здание Исторического музея с белыми шпилями на крыше. Теперь эти шпили венчали двуглавые орлы Романовых; красные звезды канули в Лету вместе с коммунистическим режимом. В южном конце площади стоял самый узнаваемый символ города — собор Василия Блаженного, буйство башенок, куполов и островерхих шпилей. По ночам освещали прожектора, и он расцвечивал темноту яркими красками.

Установленные по периметру стальные ограждения перекрывали доступ на площадь. Лорд вспомнил, что Красная площадь огорожена до часу дня, когда открывается мавзолей Ленина.

И он убедился, что Хейес прав.

Вокруг громоздкого угловатого сооружения дежурило не меньше двух десятков милиционеров в форме. Перед зданием из красного гранита уже выстроилась небольшая очередь. Мавзолей расположился в самой высокой точке площади, непосредственно у кремлевской стены. По обе стороны от него застыли ровные ряды серебристых елей.

Обойдя ограждение, Лорд присоединился к группе экскурсантов. Он застегнул пиджак на все пуговицы, спасаясь от холода, жалея о своем шерстяном пальто — оно осталось в купе «Красной стрелы», которое они совсем недолго делили с Ильей Звонаревым. На Спасской башне пробили куранты. Кругом суетились туристы в длинных теплых пальто, с фотоаппаратами в руках. Яркие цвета безошибочно выдавали в них иностранцев. Большинство русских предпочитают черную, серую, коричневую и темно-синюю одежду. Другой отличительной чертой были перчатки. Истинные русские не надевают перчатки даже в самую лютую зиму.

Лорд прошел следом за остальными туристами ко входу в мавзолей. К нему навстречу не спеша направился милиционер, молодой бледнолицый парень в оливково-зеленой шинели и синей меховой шапке. Лорд обратил внимание, что у милиционера не было оружия, он лишь следил за порядком. Плохо.

— Вы собираетесь посетить святыню? — спросил милиционер.

Лорд его прекрасно понял, но решил притвориться, что не знает языка. Он покачал головой.

— Русский нет. Английский?

Лицо милиционера оставалось непроницаемым.

— Ваши документы, — строго приказал он по-английски.

Меньше всего Лорду сейчас хотелось привлекать к себе внимание. Он быстро огляделся по сторонам в поисках Тейлора Хейеса.

— Ваши документы, — повторил милиционер.

Сунув руку в задний карман брюк, Лорд достал паспорт. Синяя корочка сразу же выдаст в нем американца. Он протянул паспорт милиционеру, однако нервы у него не выдержали, синяя книжечка выскользнула из рук и упала на брусчатку. Лорд наклонился, чтобы ее подобрать, и вдруг услышал, как что-то просвистело над ухом и вонзилось милиционеру в грудь. Подняв взгляд, он увидел, как из дырочки в зеленой шинели вытекает алая струйка. Милиционер тщетно попытался вдохнуть, закатил глаза, и его обмякшее тело рухнуло на мостовую.