Оборотень - Александр Трапезников

— Вроде бы тут ездили на мотоцикле, — пробормотал он, присев на корточки. Девушка опустилась рядом с ним. — И вон там тоже, — они прошли несколько метров — к другой тропинке. — И здесь. Похоже, что к склепу подъезжали с разных сторон. Целая группа. А ну-ка заглянем внутрь.

Если в склепе когда-то и были двери, то их давно сорвали, теперь на их месте зиял темный пролом, сохранивший очертания арки. По карнизу тянулись замысловатые изображения, а возле стен все поросло крапивой и папоротниками, высотой с человеческий рост. Тероян, светя фонариком, шагнул в пролом, нагнув голову, и остановился как вкопанный. Прямо перед ним, посередине склепа, был установлен каменный пьедестал, на котором когда-то, очевидно, стоял гроб с покойником. Теперь он был пуст, словно поджидал нового хозяина. Но не сырой могильный воздух и не дыхание прячущейся где-то поблизости смерти взволновали Терояна, заставили его замереть. Ему показалось, что он узнал этот пьедестал, даже его сколотый с бока край. Он видел его на кадрах кассеты. Только тогда на нем лежала черноволосая девушка…

— Что с вами? — спросила Глория, о которой он почти позабыл, захваченный своими мыслями.

— Нет, ничего, — отозвался он чуть хрипло. — Уютное местечко.

Он посветил вниз, осматривая цементный пол.

— Что это за бурые пятна? — девушка нагнулась. — И вон еще.

— Я так думаю, что кровь, — сказал Тероян, тщательно высвечивая каждый метр. В углу он обнаружил две пустые бутылки из-под водки клинского разлива, у одной из них было отколото горлышко. В стене — небольшая запертая дверь. А еще через пару шагов нашел металлический кружок с разорванной цепочкой. Он поднял его с пола и показал Глории. Это был медальон с изображением сатанинской морды с рогами и козлиной бородкой. Хорошо знакомый ему.

— Бр-рр! — сказала девушка, ежась. — Действительно похолодало или мне так кажется? Будто озноб бьет.

— Ну все, пошли отсюда, — произнес Тероян, гася фонарик. Он сделал это случайно, но они остались в кромешной темноте, лишь входной пролом заливало лунным светом, а перед ним стояла застывшая фигура какого-то существа с растопыренными руками, словно пытающаяся помешать им выйти из склепа. Глория испуганно вскрикнула.

— Спокойно, — прошептал Тероян, включив фонарик. — Это березка, — он нашел руку девушки и сжал ее пальцы. — Идем.

Через минуту они уже шли по тропинке, выбираясь с кладбища, оставив позади и склеп, и ту тайну, которую он хранил.

Обратный путь до харчевни занял минут двадцать пять. В доме светилось только одно окно — на первом этаже, а за прозрачным тюлем вырисовывалась голова хозяина с трубкой.

— Как Сталин, — заметил Тероян и постучал по стеклу. Алекс отворил дверь, и они вошли в дом.

— А я вас заждался, — сказал хозяин. — Думал, заблудились. Уже хотел пойти искать. На кладбище были?

— Нет, — слукавил Тероян. — Так, бродили по окрестностям.

— Рисковые вы люди. А ведь береженого бог бережет. Пойдемте, покажу ваши комнаты, — и он откровенно зевнул, обнажив желтые зубы. Тим и Глория поднялись следом за ним по винтовой лестнице, расположенной напротив входа. Длинный коридор делил второй этаж на две половины и упирался в дверь одной из комнат. Еще по паре номеров находились слева и справа.

— Вот ваши апартаменты, — сказал Глории хозяин, открывая ближайшую дверь. — А вот — ваши, — он провел Терояна в конец коридора. — Спите спокойно.

— А ключи? — спросил Тим. Ему не понравилось, что их комнаты находятся так далеко друг от друга.

— А зачем? Там, внутри есть задвижка, если угодно. Да никто и не войдет. Свет гасится здесь, — он два раза щелкнул выключателем. — А входную дверь я запираю на замок. Туалет и душ внизу, рядом с кухней. Когда вас разбудить?

— В восемь.

— Чудненько. Сам-то я встаю в шесть. А завтрак сюда подать?

— Нет. Мы выпьем кофе во дворе, за столиком.

Когда хозяин ушел, Тероян постучал в комнату к девушке. Она стояла возле окна, рядом с узкой кроватью. В номере, напоминавшем монастырскую келью, из мебели были еще небольшая тумбочка и стул. Первым делом Тим осмотрел задвижку на двери — обычный шпингалет, который можно было выдавить без всякого усилия плечом. Он покачал головой.

— Придется вам перебираться в мою комнату, — сказал он. — Она и попросторнее и понадежнее. Там хоть железный засов.

— А вы?

— А я останусь здесь. Все равно спать не придется.

— Что вы задумали?

— Хочу осмотреть гаражи и сараи. Они мне давно не дают покоя. Вдруг натолкнусь на что-нибудь интересное.

— Как вы выйдете? Дверь внизу наверняка на замке.

— А окно на что? Вспомню молодость.

— Когда лазили к любимым девушкам?

— Вроде того.

— Тогда я с вами, — решительно сказала Глория. — И не вздумайте спорить.

— Я и не спорю. Знаю, что бесполезно, — вздохнул Тероян. — Сделаем так. Вы пока прилягте, а через полтора часа я к вам постучу. И мы начнем нашу операцию. Не забудьте погасить свет, чтобы думали, что мы спим.

Он проводил Глорию и проследил, как щелкнет засов в двери. Затем вернулся к себе и растянулся на жесткой кровати. Но минут через пятнадцать приподнял голову: к дому подъехала автомашина. Кто-то начал стучать в дверь. Тероян посмотрел сквозь оконное стекло, но ни машины, ни человека отсюда не было видно. Позднего гостя впустили, и Тим стал напряженно прислушиваться — что происходит внизу? Раздался скрип винтовой лестницы, потом — шаги по коридору.

— Вот сюда, — услышал Тероян голос хозяина. Тим почувствовал, как учащается его пульс. Он огляделся и пожалел, что оставил свою палку во дворе. Но Алекс и тот, второй, прошли мимо его комнаты. Они вошли в соседний с ним номер, а через некоторое время, хозяин пожелал новому гостю спокойной ночи и пошел обратно. Сосед немного походил по комнате и вскоре все стихло. Очевидно, он лег спать. „Некстати, — подумал Тероян. — Но на то и постоялый двор, чтобы принимать поздних путников“. Он вновь растянулся на кровати и закрыл глаза.

Время, пока Тим дремал, пролетело, как один миг. Он открыл глаза и посмотрел на часы: половина второго. Пора. Но едва он встал, как где-то за домом послышался шум заводящегося мотора. Тероян, не включая свет, прильнул к окну. Из гаража во двор выехал автофургон и остановился. Не выключая двигатель, на землю спрыгнул один из сыновей Алекса, переваливаясь подошел к воротам, открыл их и вернулся в кабину. Фургон медленно выехал с постоялого двора. „Какого черта? — подумал Тим. — Среди ночи? Куда он поперся?“ Тим подождал минут двадцать — может быть, фургон вернется? Но этого не произошло. Больше медлить было нельзя, часа через два начнет светать. Он осторожно открыл дверь и вышел в коридор, подсвечивая себе фонариком. Половицы предательски скрипнули, и Тим замер. Потом двинулся дальше, к комнате Глории. Дойдя до нее, тихо постучал, но никто не отозвался. Возможно, девушка уснула. Тероян боялся разбудить соседа, но все же стукнул посильнее, и дверь неожиданно поддалась, приоткрылась. Она не была заперта… Тревожное предчувствие охватило Терояна. Он быстро шагнул в комнату, луч фонарика осветил девушку, лежащую на кровати: глаза ее были закрыты, бледное лицо безжизненно.