Люкс с видом на кладбище - Алексей Макеев

Вот тут-то и появился Бородин, который в этот момент проезжал мимо на такси. Он за одну минуту разогнал агрессивных отморозков.

Касиашвили, безмерно благодарный за эту выручку, отпустил такси Михаила и объявил, что сам довезет своего спасителя в любую точку земного шара. Между ними очень быстро установились приятельские отношения, и они несколько раз даже встречались в доме Шалвы за бутылкой грузинского вина.

Да, Михаил однажды намекнул, что ему требуется авто. Касиашвили тут же, не раздумывая, протянул ему ключи — пользуйся. Как и Ломтев, Шалва считал своего нового приятеля водителем от бога. Машину тот всегда возвращал исправной, чистой и даже отменно отрегулированной. Куда именно ездил Бородин, Касиашвили не интересовался.

Из того, что Михаил рассказывал о себе, Шалва запомнил лишь то, что тот разыскивал людей, виновных в пропаже его дочери, еще совсем молоденькой, всего-то лет шестнадцати, которая исчезла год назад. Она не вернулась с занятия на каких-то курсах, то ли моделей, то ли актерского мастерства. Что самое гнусное, очень даже приметную роль в случившемся сыграла ее классная руководительница. Как оказалось, именно она сделала посещение этих курсов, причем платных, обязательным для всех своих учениц. По словам Касиашвили, Бородин как-то раз признался ему, что хотел бы расквитаться с негодяями, похитившими его дочь, и готов достать их хоть со дна морского.

Когда визитер отбыл восвояси, в кабинете некоторое время царила тишина. Сыщики напряженно размышляли над услышанным.

— Вообще-то что-то подобное я и подозревал, — наконец-то обронил Гуров. — Смотри, как все складывается: Сивяркин, будучи по своей натуре изрядным подонком, наверняка причастен к этим самым курсам, о которых говорил Касиашвили. Не исключено, что он приложил руку и к исчезновению этой девушки. Ее отец в это время отсутствовал. Вернулся — дочери нет. Предположим, ему каким-то образом удалось узнать, кто виновник ее пропажи. Обратился в полицию, суд, но там негодяя оправдали. Тогда он сам начал воздавать по заслугам всем виновникам трагедии. Кстати, ты помнишь про того торгаша, которого наш Бородин убил у свингер-клуба? Наверное, следует думать, что он тоже был причастен к исчезновению девушки.

— Можно предполагать, — философично сказал Крячко. — В общем, версия случившегося у нас уже есть. Фоторобот предполагаемого мстителя составлен. Но как его задержать — вопрос пока открытый. Мы даже не знаем, где он сейчас находится, все еще здесь или уже за бугром.

— Вот об этом я и говорил. Судя по тому, что он не слишком маскировался после сведения счетов с Сивяркиным, наш неуловимка, скорее всего, скрылся за границей.

Скосив глаза куда-то вверх и влево, Стас почесал кончик уха и сказал:

— Логично. Но тогда возникает вопрос: он туда свалил навсегда или временно? И вообще что там сейчас может делать этот самый Бородин?

Постукивая по столу кончиком авторучки, Гуров, как бы размышляя вслух, негромко проговорил:

— Да, задача-то у него, скорее всего, наиважнейшая. Думаю, сейчас он ищет там свою дочь. Ты не допускаешь?

Станислав изобразил гримасу недоумения, почесал затылок и с некоторым сомнением в голосе уточнил:

— Считаешь, ее вывезли туда?

— Не исключаю. — Меж бровей Льва Ивановича залегла жесткая складка. — Во всяком случае, если учесть, что очень даже немалая часть наших модельных и тому подобных агентств работает в режиме перевалочных пунктов по поставке живого товара в заграничные бордели, а то и в подпольные клиники трансплантологии, то почему бы не допустить и этого? Уже не раз озвучивалась цифра — в среднем пятьдесят тысяч женщин ежегодно вывозятся за рубеж с не самыми добрыми целями. А вот оттуда вернуться удается только лишь каждой десятой. Куда деваются прочие — можно только догадываться.

— Кстати, а что там с поисками Бубникса? Дело-то уже к вечеру!.. — Крячко указал взглядом на окно.

— Сейчас узнаем. — Лев Иванович поднял трубку телефона внутренней связи.

Жаворонков, немного помедлив, сообщил полковнику, что в одной из травматологических клиник стажеры нашли-таки человека, которого доставили туда с трассы, ведущей на Клин. Но парни прибыли совсем недавно, сейчас пишут отчет.

— Валера, они сделают это потом. Пусть зайдут и расскажут, что им удалось выяснить. Кто нашел-то? — спросил Гуров.

— Лейтенант Прохоров, — бодро доложил Жаворонков.

Минут через пять в кабинет оперов постучался стажер с лейтенантскими погонами. Месяц назад он прибыл в главк из Томска для повышения квалификации. Здоровенный парень с толстенной шеей присел на стул, предложенный ему, и рассказал о том, что лишь в пятой или шестой по счету клинике он нашел человека, похожего на того, что был изображен на фотоснимке.

Как и предполагал Гуров, Бубникс в клинике назвался другой фамилией. Поэтому, уже будучи опознанным, он продолжал отпираться, именовал себя Ильичевым. Но Прохоров оказался не только наблюдательным, но и упертым. Игнорируя тот факт, что обе ноги и левая рука этого самого Ильичева были закованы в гипс, его болезненные стоны и охи, он предупредил, что сейчас же привезет к нему криминалистов, которые снимут отпечатки пальцев, а также возьмут материал для генетической экспертизы. И уж тогда вывести его на чистую воду труда не составит. Бубникс дрогнул и счел за благо признаться в том, что это он и есть.

Кроме того, Прохоров явил замечательную сообразительность. Следуя мудрому правилу, согласно которому железо надо ковать, пока оно горячо, он раскрутил Бубникса на ряд так называемых чистух. Прежде всего Бубникс признался в том, что он и Антоновский-Шпыряк обналичили деньги со счетов компании «Ноу-Хау-Вест», а также клуба «Сады Астарты», после чего решили махнуть в Финляндию.

Но в дороге между ними произошла ссора, переросшая в драку, из-за чего машина потеряла управление и полетела под откос. Бубникса судьба пощадила, а вот Шпыряку в этом категорически отказала. Он сгорел заживо. Босс фирмы и клуба подрался со своим заместителем по самой банальной причине — из-за денег. Бубникс, которым овладел бес корыстолюбия, возжелал получить ровно половину наличности, тогда как Антоновский-Шпыряк не желал давать больше трети. Но заместитель начал шантажировать босса тем, что обязательно расскажет всем и всюду, что Шпыряк — опущенник и петух. Тот вышел из себя, бросил руль и вцепился Бубниксу в горло.

Деньги, понятное дело, сгорели тоже.

Но самое интересное, что удалось выяснить Прохорову, касалось клуба «Сады Астарты». В ходе разговора Бубникс сообщил, что совладельцами этого заведения помимо Антоновского-Шпыряка были помощник министра Сивяркин и кто-то еще, кого он не знал. Но Бубникс предполагал, что этот третий и был тем самым коммерсантом, которого минувшим летом застрелил мотоциклист.

Гуров выслушал блицотчет Прохорова и решительно заявил:

— Отличная работа! Буду ходатайствовать о досрочном присвоении вам звания «старший лейтенант»!

Когда стажер вышел из кабинета, Станислав кивнул ему вслед и удовлетворенно отметил: