Люкс с видом на кладбище - Алексей Макеев

Гуров с трудом припарковался на корпоративной стоянке, забитой престижными авто. Оттуда он прошел к зданию бывшего Центра детского творчества, закрывшегося еще в годы первой волны демократизации. Теперь здесь окопалось модельное агентство «Русская лилия». Сыщик шагнул в просторный вестибюль. Обстановка здесь была самая что ни на есть гламурная. Даже охранник у входа был одет в униформу от-кутюр.

Увидев удостоверение представителя очень даже серьезного ведомства, этот нехилый парняга лет двадцати пяти озадаченно наморщил лоб и сообщил, что директор в данный момент у себя, но очень занят. Однако Лев Иванович деликатно пояснил, что ему чья бы то ни было занятость до фонаря, уточнил, где именно находится кабинет здешнего босса, и двинулся в глубину холла.

Неожиданно он оглянулся, увидел, что охранник поднял трубку, и жестко скомандовал:

— Отставить! Не делай этой глупости. Если замечу, что ты предупредил кого не следовало, то ночевать будешь в КПЗ — обещаю!

Охранник торопливо закивал и осторожно положил трубку на место.

Гуров поднялся на второй этаж по лестнице, покрытой мягким синтетическим ковром, поглощающим звук шагов. По пути он ловил любопытные взгляды неких юных див, куда-то спешащих особой, модельной походкой. Полковник свернул направо и зашагал по длинному коридору, в который выходили два ряда дверей с табличками: «Стилист», «Тайский массаж», «Солярий».

Этот коридор упирался в стену с дверью, на которой даже издалека была видна табличка «Приемная». Лев Иванович шагнул в помещение, заполненное роскошной мебелью и оргтехникой. Секретарша, сидящая за столом, вполне соответствовала всему этому. При появлении визитера она удивленно приоткрыла рот и округлила глаза. Скорее всего, ее очень удивило то обстоятельство, что охранник не предупредил ее об этом человеке.

Предвидя ее вопросы, Лев Иванович поднес к глазам оторопевшей красотки свое удостоверение и тихо, чуть слышно, проговорил:

— Тише! Босс у себя? Он не один? А кто у него?

Секретарша беспомощно кивала в такт его словам и не сразу смогла ответить:

— Он с… в общем, они обсуждают…

— Понял! Тсс! — Гуров упреждающе поднял палец, подошел к двери с табличкой «Директор агентства Гаджиханов А.Х.», осторожно приоткрыл ее и заглянул внутрь.

В просторном кабинете, обставленном с претензией на не самый дешевый шик, крупный смуглолицый мужчина что-то раздраженно внушал хорошенькой светловолосой девушке. Лев Иванович быстро достал свой телефон и включил видеосъемку. Судя по всему, ситуация в кабинете накалялась ежесекундно. Директор агентства, поминутно срываясь на повышенные тона, напоминал своей собеседнице о деньгах, вложенных в ее подготовку.

— Если ты такая умная, то выкладывай бабло на стол и вали на все четыре стороны! — тыча в нее пальцем, почти кричал он. — Тебе это понятно?

— И сколько же я должна денег? — подрагивающим голосом спросила та, не поднимая головы.

— Восемьсот тысяч! — с торжествующим видом объявил директор. — И отдать их ты должна уже завтра!

— Но в договоре об этом не было ни слова! — уже со слезами воскликнула девушка.

— Надо было читать внимательнее, дура! — Гаджиханов язвительно рассмеялся. — Там мелким шрифтом добавлен ряд пунктов, в которых и значатся все эти условия. Так что, все еще будешь брыкаться?

— Что же я должна сделать? — Теперь голос девушки был едва слышен.

— Вот это другой разговор, — удовлетворенно отметил директор. — Сейчас на моей машине тебя отвезут к одному очень доброму господину. У него большой загородный дом и очень много денег. Не бойся, он всего лишь заберет твою невинность, и ты никому и ничего не будешь должна.

— Вы лжете! Это неправда! — вскрикнула его собеседница. — Если меня один раз обманули, где гарантия, что этого больше не случится?! То, что вы предлагаете, это проституция. А я проституткой быть не желаю. У меня есть парень. Мы хотим пожениться. И обманывать его я не буду. Ни за что!

Похоже, босса здорово разозлили эти слова.

Он схватил девушку за горло и зло процедил сквозь зубы:

— Поздно, сучка, отпихиваться! Поздно! На тебя был персональный заказ. Если ты сегодня не поедешь, я сам тебя пристрелю, потому что в противном случае завтра пристрелят меня. Ты что, ничего не понимаешь?! У тебя нет выбора. Нет! И у меня нет. И ни у кого нет! Есть люди, одного слова которых достаточно, чтобы любого из нас превратили в навоз. Это-то хоть до тебя дошло?! Поэтому ты сейчас же выбросишь все эти глупости из своей головы, сядешь в машину и…

— Хоть убейте! — Не дав ему договорить, девушка попыталась освободиться от его рук. — Ни за что!

— Ах ты, тварь! — заорал Гаджиханов и замахнулся, но его остановил строгий окрик:

— Не сметь! Отпусти ее!

Директор ослабил хватку, растерянно оглянулся и увидел высокого крепкого незнакомца, который внезапно вошел в кабинет.

— Ты кто такой?! Ты что тут делаешь? Кто тебя впустил? Марина! Почему здесь посторонний?! — раздраженно заорал он.

— Глотку драть не надо! — жестко оборвал его Гуров и показал удостоверение. — Не стоит надеяться на адвокатов. Я зафиксировал момент вымогательства крупной суммы денег и принуждения несовершеннолетней к занятиям проституцией под угрозой убийства. Девушка, вам восемнадцати нет? Нет! Значит, дело пахнет серьезным сроком. Лет до восьми, а то и десяти, это как минимум. К тому же строгого режима, да еще по грязной статье. Вы догадываетесь, гражданин задержанный, что вас там ждет?

Руки директора разжались и обессиленно упали. Гаджиханов вмиг утратил властность и кураж, стоял потерянный, можно даже сказать, деморализованный. Лев Иванович достал из кармана наручники, защелкнул браслеты у него на запястьях и молча указал ему на стул. Еле волоча ноги, тот кое-как добрался до него, плюхнулся и обхватил голову руками. Как видно, до него только сейчас начала доходить вся незавидность сложившегося положения.

— Вас как зовут? — Гуров обернулся к девушке, недоуменно взирающей на происходящее. — Варвара? Так вот, Варвара-краса, берем вон ту авторучку, лист бумаги и пишем заявление. Теперь уже вам бояться нечего. Гражданин Гаджиханов уже смело может сушить сухари. Срок ему отмеряют, как говорится, на всю катушку, мотать — не перемотать.

Девушка робко улыбнулась, шмыгнула носом, утерла платочком мокрые глаза, послушно села за стол и неуверенно спросила:

— А что и как мне писать?

Лев Иванович понимающе кивнул и, как учитель, проводящий контрольную работу, начал внятно и четко диктовать «шапку» и основные реквизиты заявления.

— Ну а теперь излагайте своими словами, что и как тут произошло. Гражданин Гаджиханов вас вызвал и предложил то-то и то-то. Угрожал тем-то и тем-то. Внизу — дата и подпись.

Директор агентства неожиданно ударил себя по коленям скованными руками и выпалил, заглушая его последние слова: