Живые факелы - Алексей Макеев

– Да, это хороший вариант. Я, пожалуй, согласен. Полежу пару недель, пусть они из меня всю инфекцию выгонят, – направляясь к машине Дэна, проговорил Уриевский. – На то ведь она и медицина, чтобы граждан от болезней защищать, правда? Мы-то их от преступников защищаем, пусть и они нас от этой напасти избавляют! Правильно я говорю?

Дэн отвечать не стал. Вместо него снова заговорила Маша:

– Конечно, правильно. Вот мы сейчас приедем, вам врач прививку сделает. Для профилактики, как от гриппа. Вы делаете прививку от гриппа?

Уриевский согласно кивнул.

– Вот и хорошо. А после прививки вам сразу легче станет. Вы на заднее сиденье садитесь, там удобно, можно прилечь, а то вы как-то бледновато выглядите. А мне с агентом Болдиным кое-что обсудить надо. Вы ведь не будете возражать, если я вперед сяду?

Уриевский возражать не стал. Открыл дверь и расположился на заднем сиденье. Маша поблагодарила его за понимание и заняла место рядом с водителем. Незаметно для Уриевского она спрятала его пистолет в бардачок машины Дэна. Тот неодобрительно смотрел на напарницу, но молчал. Когда машина тронулась, Маша повернулась к Уриевскому и спросила:

– Вам не помешает, если я музыку включу?

– Включайте, только спокойную, если можно. Нервы и так на пределе, – ответил он и закрыл глаза.

Отыскав волну, на которой транслировали классическую музыку, Маша повернула ручку регулировки звука погромче и произнесла так, чтобы ее мог услышать только Дэн:

– Ну чего ты злишься? Не видишь, шок у человека. Ему сейчас самому медицинская помощь нужна.

– Ага, угробил парня ни за что, а нам теперь нянчиться с ним! – проворчал Дэн.

– Он же не знал, что так случится. Наоборот, помочь хотел, – оправдывала капитана Маша.

– Благими намерениями… – буркнул себе под нос Дэн. – Лишил нас возможности провести исследования инфицированного больного. Трупов у нас и без него хватало.

– Зато теперь ты точно знаешь, что твоя гипотеза подтвердилась, хоть и таким печальным образом.

– Если мы все свои теории таким образом подтверждать станем, нас в одну минуту из Отдела попрут, – не желая сдаваться, произнес Дэн.

– С этим я спорить не стану, – согласилась Маша и перевела разговор на другую тему: – Как ты про солнечный свет догадался?

– Участковый Сиротин помог, – признался Дэн. – У меня уже были предположения, что свет играет свою роль в течении болезни, только я никак мысль ухватить не мог. Все время в суете. Идея в голове вертелась, а в стройную картину не складывалась. А тут мы с Сиротиным стали решать, как с компанией поступить. Он все порывался допросить парней. Я говорю, кого допрашивать будешь, они ведь не лучше овощей. А он возразил, что, как только на свет их вытащим, парням кранты. Тут у меня будто щелкнуло что-то. Точно, думаю, так каждый раз и происходило. Помнишь, мы Арининого отца из подъезда вывели, так он, как только солнечные лучи на него попали, сразу и задергался. И Соболев то же самое рассказывал. Вот я и подумал, что, если предотвратить попадание солнечного света на кожу больного, есть вероятность довезти его до больницы живым.

– Через несколько минут узнаем, сработал твой способ или нет, – задумчиво произнесла Маша.

Машина уже подъезжала к центральным воротам больницы. Посигналив у въезда, Дэн дождался, когда охранник поднимет шлагбаум, и направил машину прямиком к зданию, где должен был заседать штаб по разрешению эпидемиологической ситуации в городе.