Катя, жена бандитская - Владимир Колычев

– Да ладно тебе!

– А Фим где?

– А-а! – Лариса махнула рукой.

– Что такое?

– Да, слово за слово… Ну, как обычно, – вздохнула она.

– А ты, значит, здесь обосновалась?

– Ну, Фим говорил, я подумала… Позвонила Марату, он сказал, где ключи.

– Марату позвонила? – Ярослав озадаченно поскреб за ухом.

Одна встречается с Маратом, другая преспокойно звонит ему, и только он один мышей не ловит. Мог бы встретиться с Маратом или просто по телефону поговорить. А о чем? Рассказать, как чувствует его любимая чужая жена?

– Да, у меня был его номер.

– Он же в изоляторе.

– Ты не поверишь, но я об этом не подумала. Потом вспомнила, уже хотела отключиться, а он ответил… Как голос с того света!

– Почему с того света?

– Я хотела сказать, из другой жизни. Из той, где я была с этим козлом, – с умилением улыбнулась Лариса.

– С козлом?

– Любовь зла… Да ты и сам знаешь… Извини, но я в курсе, Фим говорил…

– Ты только это, языком не молоти.

– Зачем? Я что, дура?

– Поесть что-нибудь есть?

Ярослав прошел в каминный зал, достал из барного шкафа бутылку виски, бокалы, развалился на диване. Лариса принесла сырную и колбасную нарезку. И лимон подала.

– Угостишь? – кокетливо спросила она.

Он молча плеснул ей в бокал, и она тут же выпила, не закусывая. И вдруг исчезла. А Ярослава потянуло в сон. Он выпил, закурил, а веки все равно слипались. Он уже почти заснул, когда появилась Лариса. Накрашенная, в коротком клубном платье.

– Это зачем?

– А скучно! Как гражданка свободной страны, я имею право на веселье… Не бойся, приставать не буду!

– Да я не боюсь.

– Смелый?

– Ну, не трус.

Лариса включила музыку. Ярослав решил, что сейчас она потянет его танцевать, но она всего лишь села рядом. Их коленки соприкоснулись. Что это, намек или знак судьбы?..

– Говоришь, что не трус, а какой-то закрепощенный.

– Да просто устал.

– Ну да, я понимаю, с Катей проблемы… Зря ты с ней закрутил. Видно же было, что она в Марата как кошка влюблена.

– Давай не будем, – скривился Ярослав.

– И он на нее запал, я видела. Но Марат кобель по жизни, его любовь… э-э, как собачий пух: куда дунуло, туда и полетело… И он ветреный, его нельзя любить серьезно… Тебя можно, а его нельзя.

– Меня можно?

– За тобой как за каменной стеной, и Катька это поняла… Да и я понимала, но ты на нее как на богиню смотрел…

– И все-то ты видела, – невесело хмыкнул Ярослав.

– А я не кукла, у меня глаза живые, не пластиковые… Мозги, правда, кукольные… – Лариса как-то странно посмотрела на него.

– Чего это?

– Да так, о женском… Нельзя мне без мужика оставаться. Но и с мужиками как-то не получается… Ну, чего сидишь, наливай! – Придержав его руку, когда он поднял горлышко бутылки над ее бокалом и плеснул, она как-то озорно посмотрела на него: – На брудершафт?

– Опасно, – покачал головой Ярослав.

– Но ты же не трус.

– А ты?

– А ты проверь!

Они переплели руки, выпили, поцеловались. Но он вдруг резко оторвал ее от себя.

– Не нравится? – Ее голос загустел от обиды.

– Да про Фима вспомнил.

– Фима хочешь позвать?

– С тобой не соскучишься.

– А если серьезно, никто ничего не узнает. Да и нет ничего. Ты спишь в своей постели, я в своей, и все это нам снится.

– Хочешь сказать, что мозг отключен?

– Какой же ты зануда!

Лариса поднялась с дивана, оправила платье, включила музыку погромче, встала посреди комнаты и закачалась в танце, движением руки распуская воображаемую копну волос.

– И как тебе мои тридцать лет? – Донеслось откуда-то сквозь ватную гущу в ушах.

Он не ответил, да Лариса в этом и не нуждалась.

– Жизнь, она такая короткая!

Ярослав и не заметил, как она оказалась у него на коленях. И он уже ничего не мог с собой поделать. Да и не пытался…