Домик с крокодилами - Ольга Степнова

– Запомни, я не пишу в своих книгах про реальных людей. Это чревато судебными разбирательствами, обидами и неприятностями. Почему ты ненавидела Прохора?

– Потому что он только притворялся идиотом, чтобы его все любили, а сам… Ничего он не боялся, только придуривался!

– Тебе не кажется, что такому маленькому ребёнку невозможно всегда притворяться? Ты ревнуешь его к матери? Считаешь, что тебе уделяют мало внимания?!

Она пожала плечами.

– Не нужно мне её внимание! Что я, маленькая, что ли?!

– Ты сама себе противоречишь. То говоришь, что Прохор притворялся ненормальным, чтобы перетянуть на себя внимание и любовь матери, то заявляешь, что уже взрослая и тебе наплевать на мать! Скажи, когда в два года Прохор вывалился из окна второго этажа, ты случайно не помогла ему?

Настя захохотала звонко и весело.

– Нет, ну тебе точно только детективы писать! Нашла злодейку! Прошка с двух лет идиотом прикидывался. Ему говоришь – нельзя, а он лезет! Ему говоришь – не трогай, а он хватает! В тот день нянька придти не смогла, заболела, а у мамаши дел, как всегда, на работе невпроворот было, вот братика на меня и повесили, будто я крайняя. Я его за ногу к столу привязала, чтоб не нос не совал, куда не надо, а сама села в наушниках музыку слушать. Ну и что ты думаешь? Это придурок от стола отвязался, стул к подоконнику подтащил и из окна вывалился! Дальше – картина маслом. Никас орёт, Прохор визжит, мамаша, которая невесть откуда взялась, в истерике бьётся… Меня тогда поездки во Францию лишили. Денег два месяца не давали. А парню, с которым я дружила, сказали, чтобы он не звонил мне. Вот так. А ты говоришь – ревнуешь! Да не ревную я, просто жизни мне в этом доме не стало, как он родился. Да если бы я захотела вытолкнуть Прохора из окна, он бы шишкой на лбу не отделался, уж поверь мне!

– Верю, – вздохнула я, поражённая её цинизмом. – Скажи, а что насчёт твоих подозрений? Кому могло взбрести в голову похитить Прохора, учитывая неприкосновенный статус твоей матери?!

Настя затушила сигарету, сунула бычок в щель между досками лавки и сжала коленки, стиснув между ними миниатюрную сумочку. Она хотела мне что-то сказать – важное и разоблачающее, – я видела это по её заблестевшим глазам и задрожавшим губам, но… она передумала.

– Пишите свои детективы на вымышленные сюжеты, – отрезала Настя и встала.

У меня был последний, маленький, никчёмный вопросик, который я не могла не задать.

– Скажи, кто в этом доме покончил с жизнью из-за Глеба Сазонова?

– Я, – усмехнулась она и пошла по дорожке, ведущей к дому. Ветер трепал её голубой сарафан, под которым просвечивало полудетское тело.

Я всё-таки прыгнула с вышки, потому что не привыкла себе отказывать в маленьких, осуществимых желаниях, а когда вынырнула – увидела волосатую руку, протягивающую мне блокнот и ручку.

– Автограф, пожалуйста, – взмолился огромный, высокий парень, который провожал меня к Никасу.

– Вы читаете мои книги? – удивилась я, беря ручку.

– Да! Читаю! – горячо заверил меня охранник. – Все, все, все и по два раза.

– Трогательно, – я подтянулась на руках и села на бортик. – Вас как зовут?

– Арно. Вернее, Арнольд. Как Шварценеггера меня зовут!

«Арно от Эллы Тягнибеды с пожеланием стать губернатором Калифорнии», – подписала я листок в блокноте и размашисто расписалась.

– Спасибо, – прижал он блокнот к груди. – Большое спасибо!

– Трогательно, – повторила я, разглядывая его квадратную челюсть, и маленькие, глубоко посаженные глазки. Честно говоря, он не производил впечатление человека, умеющего читать.

– Ты секьюрити? – уточнила я.

– Охранник, – кивнул Арно, присаживаясь рядом со мной и не боясь намочить тёмный, безупречный костюм. – Личный охранник Ирмы Андреевны! Уже два года на неё работаю, – хвастливо сообщил он.

– А что, это долго?

– Очень. До меня тут дольше шести месяцев парни не удерживались.

– Почему?

– Ну… Требования у хозяйки слишком высокие. А я в спецподразделении служил, Чёчню прошёл. У меня реакция как у снежного барса!

– А что, есть опасность, что на Ирму могут напасть? По-моему, она уверена в своей неприкосновенности в этом городе.

– Уверена-то уверена… – Он взял маленький камушек и швырнул его в воду. – Только осторожность никогда не помешает. Громова по статусу не может без охраны передвигаться.

– Что ты думаешь о Насте?

– Шалава.

– Разве можно так говорить о хозяйской дочери?

– Но ты же не хочешь, чтобы я тебе врал?

– Какие у неё отношения с Глебом?

– Вроде бы никаких. Я сразу предупредил Глеба, что старшенькая у Ирмы нимфоманка. Впрочем, он и без моих предупреждений человек с головой.

– Кто же тогда покончил с собой из-за моего мужа?

Вопрос повис в воздухе как жужжащий шмель.

– Никто. – Арно снова швырнул камушек в воду. – Вернее, Настька пыталась утопиться, но Глеб её спас.

– И чего ж она топилась, если между ними ничего не было?

– Хотела наказать за то, что он остался к ней равнодушным. Она всех наказывала: и тех, кто от неё шарахался и тех, кто на неё западал. И записки писала с именем виновника! Меня она своим вниманием обошла, потому что уж больно у меня вид грозный! Настьку всегда спасали, а «виновника» из дома под зад выгоняли. Хозяйке шашни дочки с прислугой не нужны были. Только про Глеба Ирма сказала, что он жену любит и ни на какие интрижки с её дочкой не пойдёт! Пожалуй, он первый человек, который так обаял Громову.

Я улыбнулась. Мне была приятна точка зрения Ирмы Громовой.

– Как ты думаешь, кто мог похитить Прохора?

Арно нахмурился, хотел опять швырнуть камень, но передумал.

– Не знаю. Иногда мне кажется, что только нечистая сила. На Ирму Андреевну действительно мало кто рискнёт замахнуться. Разве что… приезжий.

– Ты на что намекаешь? – возмутилась я. – В доме приезжий только один – Глеб!

– Что ты! – испугался Арно, по-бабьи замахав руками. – Что ты! Нет, конечно! В городе полно туристов!!

– Бред какой-то, – усмехнулась я. – Сына влиятельной и богатой женщины похищает турист? Зачем?!

– На органы! – выпалил Арно.

– Какие? – задала я наиглупейший вопрос.

– Ну… печень, почки, сердце… мозги, наконец.

– Вот уж не слышала, чтобы пересаживали мозги, – пробормотала я, поражённая такой дикой версией. – Послушай, но если даже на органы… Разве не проще украсть ребёнка из неблагополучной семьи, которого никто не хватится?

– Насколько я слышал, в этом деле есть проблема совместимости, – прошептал Арно. – Ну, в смысле не любой орган подойдёт любому человеку! А Ирма Андреевна Прохора с самого рождения по врачам таскала! Его анализы в десяти клиниках есть! А вдруг нечистый на руку врач…