Брачный контракт с мадонной - Ольга Степнова

Я легла ему на плечо и призналась себе, что он ничуть меня не разочаровал. Я была бы просто счастлива, если бы он терроризировал меня по телефону, задавая один и тот же вопрос: «Анель, чёрт тебя побери, когда ты вернёшься? Я забыл у тебя…» В его исполнении это не выглядело бы мелочным.

Слава богу, что у меня хватило ума не произнести это вслух.

— Значит так, — он затушил сигарету прямо о пол и бросил окурок в открытое настежь окно. — Видать, ты вправду всё позабыла. Я слышал, такое бывает, когда человек испытает шок.

— Шок?

— Ты многого натерпелась, и потом эта травма…

— Травма?

— Ну да, черепно-мозговая. Ведь у тебя даже шрам остался, вот тут, на затылке, под волосами.

У меня мурашки по коже пошли. На затылке, под волосами, у меня действительно имелся шрам.

— Мы попали с тобой в аварию. Уходили от гайцов на бешеной скорости. Ты была за рулём, не справилась с управлением, и мы улетели в кювет. А гаишники не заметили, пролетели мимо! Я совсем не пострадал, а ты сильно ударилась головой. Кровища хлестала, как из ведра! Я привёз тебя к своёму дружку в приёмный покой. Дело было глубокой ночью и кроме него там никого не было. Когда он наложил швы, я уговорил его отпустить тебя и не регистрировать обращение. Он предупредил, что сотрясение сильное и последствия могут быть очень серьёзные…

— Нет!!! — Я села и пальцами сдавила виски. — Нет. Этот шрам у меня уже года три. Я занималась конным спортом, упала с лошади, когда та брала барьер, и ударилась затылком о… ударилась о… — Я внезапно забыла обо что я ударилась, хотя всегда знала это совершенно точно. — Я занималась конным спортом и… — снова начала я.

— Бедная девочка, — перебил меня Геральд и погладил по голове.

— Это неправда. Я отлично всё помню. Я Анель, а не Жанна, хоть Анели и не попадались такие парни как ты… Погоди, — я схватила мобильник и судорожно потыкала кнопки. Я отлично помнила телефон своего тренера по конному спорту Игоря Константиновича. Он жил прямо на базе отдыха, где находились конюшни, и я частенько звонила ему; раньше — чтобы уточнить время тренировок, а потом, когда завязала со спортом — чтобы поздравить с праздниками и справиться о здоровье.

— Игорь Константинович! — заорала я. — Это я, Анель! Извините, если я вас разбудила, но это очень и очень важно! Скажите, вы помните, как года три-четыре назад я упала на тренировке и сильно ударилась головой о… о… скамейку! — вспомнила я. — Там была маленькая скамеечка, с металлическими перилами, вы всё собирались её убрать, но…

— Какая к чёрту Анель? — вдруг перебил меня хорошо знакомый, но сильно раздражённый голос. — Какая скамейка?! Милочка, на моих тренировках никто никогда не падает! Если вы напились до безумия, то ложитесь спать, а не беспокойте приличных людей.

Я поняла, что имеют в виду люди, когда говорят, что у них земля из-под ног уходит. Геральд с любопытством смотрел на меня.

— То есть вы не знаете никакой Анели, — почти прошептала я. — Я не звоню вам несколько раз в году, чтобы поздравить с праздниками и справиться о здоровье?

— Вы сумасшедшая, — буркнул всегда прежде милый Игорь Константинович.

— Что?! Но откуда я знаю, как вас зовут, откуда я знаю, что вы отличный тренер, откуда я знаю ваш телефон?!! — заорала я.

— Мало ли кто решил меня разыграть, — пробормотал человек, которому я доверяла.

— Ну что? — с интересом спросил меня Геральд.

— Я сумасшедшая, — прошептала я.

— Бедная девочка! — Он опять погладил меня по голове.

Я уткнулась в подушку и зарыдала.

Я получила Геральда, но потеряла себя».