Кодекс надежды - Наталья Александрова

– Ерунда, это царапина. Вот Петрович, кажется, действительно ранен.

Охранник возле ворот удивленно хлопал глазами, баюкая окровавленную руку.

На пороге появилось несколько сотрудников отеля. Разинув рты, они удивленно смотрели на горящую машину.

– Что глазеете? – рявкнул на них Валентин. – Заняться нечем?

Людей как ветром сдуло.

Валентин вытащил из кармана мобильный телефон, связался со своими людьми и распорядился принести огнетушители.

– Пожарных не вызывать, сами справимся! Врача сюда!

Через несколько минут пикап был потушен. Охраннику оказали первую помощь и увели, кажется, рана у него была несерьезная. Парень за рулем был мертв.

– Повезло Петровичу, что из будки успел выйти, – сказал Валентин, покачав головой.

Он подошел к тому, что осталось от желтого пикапа, отбросил ногой кусок оплавленного металла. Под ним на земле лежал мужской ботинок. Коричневый ботинок. Точно такой же, какой Надежда видела, когда мимо нее провозили тележку с бельем.

– И кто же это был? – Валентин пристально взглянул на Надежду.

– Болгарский ученый Светлан Боянов. Участник исторической конференции. Жилец из тридцать второго номера.

– Вот как? – Валентин сделал какие-то пометки в своем блокноте. – А теперь давайте с подробностями. Как вы здесь очутились, откуда узнали про труп, кто взорвал пикап…

– Ну уж не я! – возмутилась Надежда. – Я ничего не знаю, ничего не видела. – Она бочком отступила к полуоткрытым воротам. – Это вы раскрыли дело, а меня в вашем отеле вообще не было. Я сейчас вообще в другом месте нахожусь. Правда, Дарья Романовна?

– Э, нет, так не годится! – запротестовал Валентин и повернулся к Даше. – Объясни своей знакомой, что так дела не делаются! Она должна дать показания…

– Знакомой? – переспросила Даша. – Какой знакомой?

Валентин повернул голову… Надежды уже и след простыл.

Она неслась по улице, как наскипидаренная кошка. Ну надо же так подставиться! Еще бы немного – и замели бы, точно замели. Понаедет на взрыв сейчас ментов и начальства всякого, приплетут терроризм, ох, не завидует она Валентину.

Из боковой улицы слышались приближающиеся звуки сирен. Едут уже, оперативно работают. Надежда замедлила шаг и свернула в тихий переулок. Отдышалась немного, пригладила сбившиеся волосы, сделала независимое лицо и пошла легким свободным шагом. Вид спокойный, но занятой.

В маршрутке ее застал звонок мужа, он интересовался, где пропадает его жена и отчего кот такой грустный.

«Он уже дома!» – обмерла Надежда и затараторила оправдания. Хорошо хоть ленивые голубцы на ужин готовы, только разогреть.

Она купила еще в пекарне возле дома песочный пирог с абрикосовым повидлом и понеслась к подъезду. Проскочила в лифт и нажала кнопку своего седьмого этажа.

Ну все, через минуту она дома. Провести тихий семейный вечер и выбросить из головы все, что связано с маньяком и гостиницей. Хотя бы до завтра.

Надежда бросила на себя мимолетный взгляд в зеркало, которое совсем недавно повесили в лифте, и оторопела.

Из зеркала на нее смотрела жуткая физиономия – глаза подведены жирными стрелками до висков, а рот накрашен ярко-красной помадой! Причем помада размазалась, и было такое впечатление, что Надежда только что съела кого-то живьем и не успела облизать кровь. Да, в таком виде только в фильме ужасов играть!

Господи, да как ее на улице не задержали в таком виде! И в маршрутку пустили…

Помада стерлась с трудом, Надежда вымазала весь платок и руки красным. Теперь подумают, что она кого-то убила.

Ключи выпали из рук и почему-то закатились под коврик, Надежда со стоном наклонилась, и тут открылась дверь. На пороге, естественно, стоял муж. Увидев свою жену в таком непривычном ракурсе, он очень удивился.

– Надя, а что ты там делаешь?

«Трамвая жду», – захотелось огрызнуться Надежде, она почувствовала вдруг ужасную усталость, очевидно, вся ее энергия кончилась. Но хамить мужу сейчас никак нельзя – он обидится, начнет разбираться, где она пропадала, и дело кончится семейной ссорой, на которую у Надежды совершенно нет сил.

– Я у Милки, у Милки была, у нее, понимаешь, вопрос такой… Муж кота хочет завести, а собака против! – плела она все, что приходило в голову. – Милка между ними мечется, как между молотом и наковальней, вот, меня в судьи позвала.

– И что ты посоветовала? – улыбнулся муж, поглаживая Бейсика, который посматривал на Надежду хитрым зеленым глазом, показывая, что нисколечко ей не верит.

– А, пускай сами разбираются! – Надежда махнула рукой и проскочила поскорее в ванную, чтобы смыть проклятые стрелки.

– А ты на даче у Милки была? – Муж придержал дверь.

– С чего ты взял? – непритворно удивилась Надежда.

– А от тебя шашлыками пахнет, – сообщил муж без всякого коварного подтекста.

Надежда вздрогнула, вспомнив про взорванный пикап, про его страшное содержимое в салоне и слегка обгорелый труп водителя. Шашлыки! О господи!

– Да нет, это у них во дворе листья жгли, так пока мы с Милкой спохватились окна закрыть, вся квартира дымом провоняла! – Она наконец захлопнула дверь ванной и пустила воду.