Ночное солнце - Наталья Александрова

Теперь она не сомневалась, что записи в трудовой книжке, может быть, за исключением двух последних, – фальшивка, шутка самого Максима Дроздаева. Или не шутка, а случайная проговорка.

Он читал в детстве те же книги, что и Надежда, и когда ему понадобилось придумать названия фирм и фамилии начальников – в памяти вольно или невольно всплыли персонажи или названия из любимых книг детства. Человек-амфибия и автор романа Беляев, корабль «Арго» и его капитан Язон…

Значит, Максим Дроздаев выдумал свое прошлое.

Зачем ему это понадобилось?

Что он скрывал?

– Так, – сказала Надежда вслух, – появилась какая-то ниточка. Точнее, даже поле деятельности. Этого Максима Петровича мы быстро выведем на чистую воду.

Она нашла в Интернете координаты фирмы «Азимут», там как раз было указано несколько телефонов, среди них – номер отдела кадров. Трубку долго не брали, потом ответил запыхавшийся, недовольный женский голос.

– Это из фирмы «Теллур» говорят. – Надежда попыталась вложить в свой голос уверенность и апломб Нины Михайловны. Не очень получилось. Видимо, нужно иметь какие-то врожденные способности. – Мне нужно узнать, работал у вас такой Дроздаев? По моим сведениям, он уволился два года назад. Вы посмотрите, я пока подожду.

– А чего ждать? – удивилась женщина. – Я вам сразу скажу – работал. Много лет работал, а потом уволился.

– А по какой причине? – осторожно спросила Надежда, стараясь излишним любопытством не спугнуть собеседницу.

Перед ней лежала трудовая книжка Максима Дроздаева, в которой было сказано, что проработал он в фирме «Азимут» шесть лет. Шесть лет – это явно не так много.

– По самой обычной причине. Уволился в связи с уходом на пенсию! – охотно пояснила женщина.

– На пенсию? – Надежда не сумела сдержать удивления. – По инвалидности, что ли?

– Почему по инвалидности? По возрасту, как возраст подошел – так и уволился. Сын у него разбогател, построил дом большой в Подмосковье, вот и взял отца к себе.

«Далось им это Подмосковье!» – в сердцах подумала Надежда.

– А вам что от нашего Михаила Прохоровича понадобилось? – полюбопытствовала женщина. – Вы почему интересуетесь?

– Как вы сказали – Михаил Прохорович? – встрепенулась Надежда. – Не Максим Петрович?

– Нет, конечно, я старых сотрудников всех по именам помню! – обиделась женщина.

– Ох, простите меня, ошибка вышла! – Надежда решила поскорее закончить разговор. – Я недавно работаю, вот решила разобраться в бумагах, а тут полный кавардак.

– Документы нужно в порядке держать, – в голосе женщины поубавилось теплоты.

– Конечно, конечно! – и Надежда поскорее повесила трубку.

Подумав, Надежда решила, что Максим Дроздаев был личностью скользкой и верить ему нельзя. А посему – нужно его проверить. Только не в лоб, а по-хитрому.

Она выписала на бумажку паспортные данные Дроздаева и вышла из квартиры, взяв только ключи.

Идти было недалеко. Надежда не стала ждать лифта, а поднялась по лестнице на один этаж и позвонила в квартиру, которая находилась как раз над ней.

В этой квартире уже год жили мама с сыном. Женщина работала и растила сына одна, какая-то у нее была сложная история с любовником, который скоропостижно умер, а законная вдова откупилась этой вот трехкомнатной квартирой, присовокупив, чтобы любовница на большее и не рассчитывала.

Подросток был, как и многие его сверстники, помешан на компьютерах, оттого и были у него проблемы с учебой, особенно с математикой.

Тут Надежда по рекомендации все той же Антонины Васильевны пришла ему на помощь и за год упорных занятий сумела убедить мальчишку, что учиться все-таки надо, в противном случае останешься в нищете и безвестности, поскольку мать даже приличного компа купить ему не сможет. И поскольку денег Надежда Николаевна принципиально за свои занятия не брала (еще не хватало с матери-одиночки деньги тянуть!), то Димка Надежду уважал и считал себя обязанным ей помогать чем только сможет.

Надежда нажала на кнопку звонка и подождала. В квартире стояла тишина. Нисколько не огорчившись, Надежда снова нажала на кнопку и теперь уже не отпускала.

Через пять минут она услышала неторопливые шаркающие шаги, и дверь открыли, не спрашивая. Димка был по летнему времени в длинных трусах, на которых расположились все Симпсоны, и босиком. Взгляд его был отрешенный.

– Ой, а вы кто? – удивился он.

– Димка, да приди же в себя! – рассердилась Надежда. – Ты что, совсем в Сеть ушел? Это же я!

– Ой, теть Надя! – Димка потряс головой и превратился в нормального мальчишку. – А мамы нету!

– Знаю, что нету, – ворчала Надежда, протискиваясь в квартиру, несмотря на неявное Димкино сопротивление, – оттого ты в таком затрапезном виде находишься. На дворе белый день, люди уж отобедали, а ты небось еще и не завтракал! И пахнет тут, как в конюшне! Давно пора у тебя порядок навести!

И то правда, в Димкиной комнате был ужасающий беспорядок, валялись упаковки от чипсов и коробка из-под сока, грязные носки и майки.

Димка, надо думать, оглядел комнату ее глазами и слегка устыдился. Он затолкал грязное белье под кровать, прихватил мусор и скрылся, чтобы появиться через две минуты в несвежих футболке и шортах.

Надежда в это время открыла окно и стряхнула крошки с компьютера. Поглядев на Димку, она убедилась, что ребенок не совсем безнадежен, все же мать сумела привить ему какие-то навыки общежития. И не дурачок, в компьютерах отлично разбирается. Что ж, все остальное со временем приложится.

– Чего нужно? – спросил Димка, усаживаясь рядом, он знал уже, что просто так соседка не припрется за солью там или за уксусом. Не тот человек.

– Я знаю, ты многое умеешь, – льстиво начала Надежда, – мне бы в базе данных городского ЗАГСа пошарить… Если городского не хватит – тогда по всей России.

– Ну, теть Надя, это же подсудное дело! – Димка замахал руками, как мельница крыльями. – Хакерство нынче карается по закону! Шутка ли – защиту сломать!

– Димка, не валяй дурака! – рассердилась Надежда. – Чем раньше сломаешь, тем скорее я уйду!

– Ладно. – Мальчишка уже нажимал на кнопки.

– Долго защиту ломать? – полюбопытствовала Надежда, наблюдая за его работой.

– Да какая там защита, это же не секретная организация! Вот, готово, диктуйте!

– Дроздаев Максим Петрович…

– Так… а на него ничего нету… никакой информации… а, нет, вот, пять лет назад он женился на Дроздаевой Елене Анатольевне и взял ее фамилию.

– А был? – напряглась Надежда.

– А был Верховенский Максим Петрович.

– Ага, стало быть, сын Петруши Верховенского, – пробормотала Надежда, вспомнив роман Достоевского, – ох, любит Максим Петрович классику!