Без следа - Лиза Грей

— Ага.

Стивенсон был все в той же бейсбольной кепке, но сменил униформу на джинсы и простую рубашку. В области коленей на джинсах была куча складок, а на левой штанине виднелся длинный непроглаженный залом. Джессика предположила, что он все еще живет в полном одиночестве.

Он невольно бросил взгляд на ее левую руку. Ага, кольца нет, не замужем.

Джессика не могла понять, пытается ли Хэнк Стивенсон к ней подкатить или просто старается узнать о том, чем она занимается. Вероятнее всего, он пытался усидеть на двух стульях.

— Нашла что-нибудь интересненькое? — спросил он.

— Да так, понемножку.

— Да? Уж не знаю, чем может помочь прошлое. Я вот предпочитаю жить здесь и сейчас.

Он поскреб грязными пальцами трехдневную щетину и одарил Джессику такой улыбкой, что все внутренности у нее сжались в комок.

— Ваша жена ведь дружила с Элеанорой? — спросила она.

— Бывшая жена. Ну да, дружила.

— А вы? Как вы с ней общались?

— Да неплохо. Но не так, как Дарла думала.

— Что вы имеете в виду?

Стивенсон взял свой стакан, на мгновение задержал на нем взгляд, а затем опустошил одним долгим глотком. Джессика последовала его примеру, а затем махнула Рейзору, чтобы тот приготовил еще два напитка. Стивенсон проследил, как бармен берется за бутылки, а затем продолжил:

— Дарла была готова целовать землю, по которой ходила Элеанора. Нужно сказать, у нее никогда особо не было подруг. До того момента, как тут появилась Элеанора. Дарла была тихой девушкой, другие ею никогда не интересовались. Если только чтобы посмеяться. Мы с Дарлой встречались еще со школы и поженились через неделю после выпуска, так что никого другого ей не требовалось.

Джессика увидела, что Рейзор вышел из-за стойки и принялся складывать карты МакКула в аккуратную стопку на краю столика. Она понадеялась, что старик не вернется, — по крайней мере, в течение вечера. Ей совершенно не хотелось снова с ним сталкиваться.

— Мы заходили сюда каждую пятницу, — тем временем объяснил Хэнк, — и так Дарла с Элеанорой и познакомились. Сначала они принялись болтать обо всяких женских штучках, — тряпки там, кинозвезды, все такое. Затем начали где-то зависать. Дарла начала краситься и покупать всякие платья, чтобы выглядеть как Элеанора, хотя такой фигуры у нее, конечно, и близко не было. Сейчас бы это, наверное, назвали «запала», хотя ничего такого у Дарлы в голове не было. Она просто хотела стать как Элеанора.

— А что вы имели в виду, когда сказали, что общались с Элеанорой не так близко, как об этом думала Дарла?

— О Дарле следует сказать еще одну штуку, — засмеялся Стивенсон, — она ревнива как черт. Стоило ей что-нибудь такое заподозрить, ух, берегись! Мы поэтому и расстались, собственно. Неужели добропорядочный мужчина станет мириться с тем, что жена проверяет его телефон и обыскивает все карманы, в то время как он целый день зарабатывал денежки в семью? Я терпел это только ради Стивенсона-младшего. Как только он уехал в колледж, я свалил.

— Дарла ревновала вас к Элеаноре?

— О да. А какая баба бы не стала? За Элеанорой тут бегал каждый встречный, вот Дарла и подумала, что я тоже этим занимаюсь. В какой-то момент она даже уверилась, что у нас интрижка.

— А это было не так?

— Ни разу, — фыркнул Стивенсон. — Девчонки вроде Элеаноры на таких, как я, и не смотрят.

Он снова взялся за стакан, сделал глоток и поглядел на Джессику:

— Ну и я любил жену. Незачем было подкатывать к ее лучшей подруге.

Они помолчали. Через несколько минут Джессика вспомнила о словах Кэтрин Таверньер: та рассказывала, что ее отец подозревал Элеанору в связи с кем-то из коллег.

— Вы же работаете строителем, так? — спросила она. — Имели дело с «Тав-Кон»?

— Ага, в девяностых, прежде чем они передали дела «Премиум Констракшн». На «Премиум» я работаю до сих пор.

— Не помните случайно, не подозревали ли там Элеанору в интрижке с кем-нибудь с работы?

Стивенсон покачал головой:

— Не помню, правда. Поверьте, если бы кто-нибудь дорвался до штучки вроде Элеаноры Лавелль, через пару дней об этом знал бы весь город. Удержать такое в секрете просто невозможно.

— Может быть, она не хотела афишировать отношения? — спросила Джессика. — Судя по тому, что я услышала, владелец фирмы не был в восторге от того, что кто-то из его сотрудников мог начать встречаться.

— Это вы про Линкольна Таверньера говорите? Ну да, ну да, ничего удивительного. Старик вечно расхаживал тут и там, следил, чтобы не было никакого веселья. Я не то чтобы люблю ругаться на мертвых, но после его смерти дела пошли куда лучше. Впрочем, думаю, Элеанора все равно ни с кем там не крутила.

Он потер большой и указательный пальцы:

— Капусты маловато.

— О чем вы?

— Элеанора любила деньги и мужчин при деньгах. Ей нравились глупые толстосумы, которых можно было заставить все за себя оплачивать.

— Как-то даже жалко звучит.

— Ну а что? Жизнь у нее в этих приютах была не сахар. Видно, ей просто хотелось стабильности, нормального будущего. Что ее винить? Я только не мог понять, зачем она переехала в эту глушь и работала за такие гроши. Послушать ее, так в Голливуде она зарабатывала целое состояние.

— А чем она занималась в Голливуде?

Джессика постаралась скрыть бурлившее внутри нее возбуждение. Голливуд! Может быть, удастся узнать, что Элеанора делала в те годы?

— Работала в стриптиз-барах. Сама она называла это «экзотическими танцами». Ну, сама понимаешь, крошечные шортики, каблуки повыше и ничего более. Элеанора рассказывала, что за одну ночь она могла получить до сотни баксов, а по выходным и на праздники и того побольше.

— Она говорила, какие это были бары?

— Я не спрашивал, не мое это было дело.

Стивенсон хихикнул, как будто подобные бары были как раз его любимым делом.

— У нее в Голливуде было какое-нибудь жилье?

— Не-а, судя по тому, что она рассказывала Дарле, спала где придется — когда не проводила ночку-другую с клиентами, конечно.

Энтузиазм Джессики начал понемногу испаряться. Она почувствовала легкую тошноту. Хоппер абсолютно точно подметил, что Элеанора, должно быть, потерялась. Она была всего лишь наивной молодой женщиной, полагавшей, что она крутит всеми этими мужчинами, а на деле это они использовали ее по собственному усмотрению.

Джессика отпила скотча, надеясь, что это поможет ей не согнуться пополам.

— Я читала кое-какие отчеты, — наконец начала она, — там говорилось, что в последний вечер Дарла и Элеанора поссорились. Это правда?

Стивенсон присвистнул сквозь зубы. Джессику передернуло.