Сожженные девочки - С. Дж. Тюдор

В здании воняет. Мочой, дерьмом, сигаретным дымом, травкой. От этого дом кажется Фло менее зловещим. Возможно, в нем уже много лет никто не живет, но здесь точно бывают люди, скорее всего, подростки, использующие это место в своих целях. Ну еще бы. Если где-то есть заброшенное здание, то его наверняка облюбуют подростки, чтобы зависать там, курить, пить, принимать наркотики и заниматься сексом.

На первом этаже две комнаты. Кухня и то, что когда-то было гостиной. От кухни остались только стены. И плиту, и раковину уже давно вырвали с их мест и унесли. Кафельный пол потрескался. Перекошенные дверцы шкафчиков открыты, внутри виднеются ржавые консервные банки и крысиный помет.

Гостиная сохранилась не лучше. Продавленный и покрывшийся плесенью диван осел в углу. Пружины торчат из него подобно непослушным волосам. В другом углу прислонился к стене перекошенный буфет, ящики которого уже давно пошли на дрова для костра. Пол усеян разбитыми картинами и безделушками.

Фло поднимает фотоаппарат и начинает снимать. Она приседает на корточки, чтобы взять крупным планом разбитые статуэтки. Это фигурки Иисуса и ангелов. Кресты и религиозные артефакты. Стоящая тема.

Ригли топчется неподалеку, будучи не в силах удерживать свое тело от подергиваний и конвульсий. Фло заметила, что спазмы усиливаются, когда он ни на чем не сосредоточен. Она фотографирует дольше, чем это необходимо. Она еще не до конца его простила за происшествие с колодцем.

– Ты готова осмотреть второй этаж? – спрашивает Ригли.

– Он что, сильно отличается от первого?

– На порядок лучше.

Фло подозрительно смотрит на него.

– Хорошо.

Вслед за ним она поднимается по шаткой лестнице. Та пугающе скрипит под их ногами, и Фло думает о том, что древесина, наверное, сгнила и поедена жучками. На верхнюю площадку выходит три двери. Фло заглядывает в ванную комнату. Маленькая и грязная, умывальник и ванна исполосованы чем-то неприятным и неопознаваемым. Фло поспешно ретируется и пересекает площадку, осторожно обходя дыры в половицах. Какие там привидения – тут главное не убиться самой, провалившись сквозь пол.

В первой спальне мебели почти не осталось. На стенах до сих пор каким-то чудом держатся выцветшие и поврежденные водой картины, на которых тем не менее можно различить библейские сцены и цитаты:

«Почитай отца твоего и мать твою, чтобы продлились дни твои на земле, которую ГОСПОДЬ, Бог твой, дает тебе».

«Дети, будьте послушны родителям своим во всем, ибо это приятно Господу».

«Покоритесь Богу. Воспротивьтесь Дьяволу, и он вас оставит».

– Наверное, твоей маме здесь понравилось бы, – говорит Ригли, засовывая палец в дырку в стене и обрушивая на пол небольшую кучку мусора.

– Я в этом сомневаюсь, – отвечает Фло, наводя объектив на картины и щелкая фотоаппаратом. – Она не любит брать работу на дом.

Более того, размышляет Фло, если бы не воротничок, никто бы и не заподозрил, что мама – викарий. Иногда Фло спрашивает себя, как она вообще стала священником. Мама не любит об этом говорить, обычно ссылаясь на «призвание», но однажды она обмолвилась, что у нее было трудное детство и ей помог кто-то из церкви.