Ариведерчи, Верона! - Ольга Гаврилина

– А зачем, это же не банк. К тому же там что-то типа ресепшена, где дежурная находится, которая тоже толком ничего не видела, так как отходила, – закончил Стефано сокрушенно.

– Я, пожалуй, предложу телезрителям прислать свои гипотезы, наиболее интересные покажем в прямом эфире. Ты же не забыл, что у нас выход программы «Четвертая кассация» совсем скоро.

– Живенько получится, как говорит директор канала! Он любит, когда публика задействована. Если только к этому времени полиция сама не разберется уже. – Оператор закончил съемку и закрыл объектив.

– Вряд ли… Хотя подозреваемый у них есть. Что ты думаешь об Армандо, мог он убить?

– Знаешь, с некоторых пор мне начинает казаться, что убийцы так и шастают среди нас и ничем не отличаются от простых смертных. Так что вполне может оказаться, что это Армандо.

– Я вообще удивлена, что его еще официально не объявили преступником… Факты тяжелые против него…

– Значит, мало одних следов пороха, чтобы человека засадить. А потом, может, они с адвокатом уже отмазку придумали, только мы еще не знаем. – Сефано упаковал аппаратуру. – Ну что, пойдем, по коктейлю ударим! Где-то здесь мы бар проходили! – громогласно заявил он.

«Видел все-таки указатель! Все, что касается еды, не спрячешь от его глаз!» – улыбнулась про себя Лола.

Они спустились на один пролет и повернули направо.

Из бара тоже открывался захватывающий вид, но уже на другую часть города, уходящую в виноградники, а у самого горизонта проглядывалась темная монастырская стена.

Они сели за крайний столик и сделали заказ.

– Когда в Рим поедем? – осведомился Стефано, откусывая приличный кусок от трамедзины^[4].

– Я предлагаю сегодня вечером, если ничего внештатного не случится. А Дану все равно придется оставить. – Лола потянула через трубочку свежевыжатый сок.

Стефано прожевал бутерброд и отпил из бокала «Хуго», коктейль, распространенный на севере Италии. На лице оператора было написано блаженство.

– Как можно трамедзину запивать коктейлем! – не выдержала Лола.

– Ну и что здесь такого? Это ты можешь поклевать, как птенчик, и уже наелась, а мне надо постоянное подкрепление.

– Да я не о том совсем! Что тебе вечно есть хочется – это мы уже давно знаем. Все, проехали. – Она решила, что развивать эту тему не стоит. – А я вот все думаю про этого Умберто, который рыдал над саркофагом Джульетты, хотя на похоронах был совершенно невозмутимый. – Лола покосилась на оператора, который доел все, что ему принесли, и начал беспокойно оглядываться. – Связан его плач с убийством или нет? Ведь его на допрос вызывали, и что там произошло, мы не знаем.

– А что произошло? – Стефано жестом подозвал официантку. – Еще трамедзину и бокал пива бочкового, пожалуйста.

– О боже! – Лола сделала испуганное лицо. – Тебе плохо не станет?

– С чего бы это? Ты же сама сказала, что коктейлем запивать не стоит, вот я и взял пива.

– Да уж, действительно, пей что хочешь, только, если станет плохо с желудком, учти, что тебя заменить некому.

– А когда ты видела, чтобы я животом мучился? – произнес оператор и вонзил зубы в хлеб. – А по поводу Умберто я даже не знаю, что и сказать, возможно, Дана знает, что он там полиции порассказал.

– Конечно, не знаешь, на полный желудок голова не варит, – съязвила Лола.

– Разве это полный?! – возмутился оператор. – Да и тебе ли не знать, что, чтобы меня накормить, надо, по крайней мере, еще хорошую тарелку карбонары^[5] и тирамису на сладкое.

– А это еще что такое? – Лола вытянула шею, увидев, как снизу по лестнице в сторону смотровой площадки поднимается группа местных журналистов. – Так я и знала! Некогда рассиживаться! Быстро материал компоновать и отправлять на студию! – прошипела она и пригнулась, чтобы ее не заметили.

Стефано последовал ее примеру.

Официантка перестала расставлять стаканы на столике и уставилась на странную парочку.

– Это очень любопытные сведения! Если красильный завод принадлежал его родителям, то он мог спокойно проходить на его территорию! – говорила девушка, в которой Стефано узнал сегодняшнюю знакомую с ярко накрашенными губами.

– Я не понимаю, что это дает? Ну, ходил, ну и что? Какое отношение это имеет к убийству? – снисходительно ответил мужчина.

– А вот и имеет…

Последних слов было не расслышать, группа скрылась за кустами терновника.

Лола и Стефано вскочили, стараясь не двигать стульями. Стефано на ходу засунул в рот последний кусок хлеба с салатом, допил пиво, быстро отсчитал и положил деньги на стол, и они рванули вниз по ступенькам.

– Про кого это они, как ты думаешь? – спросил оператор, прыгая через ступеньку.

– Однозначно, про кого-то, кто работает в спорткомплексе.

Лола быстро набрала Дану, журналистка не успела произнести и слова, как та затараторила в трубку:

– Ангар, который напротив входа во Дворец спорта, принадлежит родителям Армандо! И он туда захаживал практически каждый день! Полиция собирается проверять это здание и всю его семью на причастность!

– Вот она, моя версия, реализуется как по заказу! – выпалила Лола, пытаясь догнать Стефано.

Они спустились на набережную и подбежали к машине. Лола щелкнула замком, и они забрались в салон.

– Погоди, Лол, не пори горячку! Давай отдышимся и попробуем рассуждать трезво. Я боюсь, что Дана не обладает всеми сведениями, а, как это часто бывает, ухватила что-то с поверхности. Не хотелось бы опять лопухнуться…

Последняя фраза привела Лолу в чувство.

– Ты прав. – Мозг тут же выдал другую идею. – Надо напроситься опять к замначальника и выведать все подробности.

– Ну да, конечно, он прямо ждет не дождется, когда сможет поведать известной журналистке с пятого канала обо всем, что он с таким трудом накопал, чтобы она тут же предала огласке все его версии, – съязвил Стефано.

– А у нас для него есть конфиденциальная информация!

– И какая же?!

– Мы же попридержали сцену плача Умберто в усыпальнице Джульетты, если ты помнишь, и в эфире о ней не рассказали. А я уверена, что полиции это будет ох как интересно! Так что немного настойчивости, замаскированной под любезность, чуточку нашего журналистского нахальства и капельку помощи от нашей разлюбезной Фортуны, и Себастьяно приглашает нас на встречу!

– Ну что же, пробуй! Всех перечисленных качеств у тебя в достатке, а уж Фортуна, за которую мы произносим тосты каждый раз после окончания дела, никак не должна отвернуться! – загорелся Стефано.