Её цветочки - Шеннон Морган

– Бри! – закричала Фрэнсин, когда та прыгнула на жутко вопящего призрака.

Бри затянуло в крутящийся холодный воздух, который тут же испустил такой оглушительный вопль, что у Фрэнсин едва не лопнули барабанные перепонки, затем раздалось ужасное поскуливание, от которого у нее сжалось сердца.

– Бри! – закричала она. – Ныряй в камин! – И ринулась в гостиную, подбросив в воздух облако из трав.

Тысячелистник… Буквица… Норичник… Вербена… Травы посыпались вниз, обдав Фрэнсин теплом и исчезли в камине.

Душу Фрэнсин пронзил визгливый крик, полный муки. Яростный. Исступленный. Бешено крутящиеся кольца холодного воздуха поднялись к потолку, затем устремились вниз, толкая ее.

Не сдвинувшись с места, Фрэнсин закричала:

– Убирайся из моего дома! – Затем выбежала из комнаты, схватив за руку Мэдлин, которая стояла, ошеломленно разинув рот.

Они бежали по вестибюлю, преследуемые холодным остервенелым сгустком злобы.

– Открой входную дверь, затем беги за мной! – крикнула Фрэнсин, отпустив руку Мэдлин, кинулась к столовой.

Мэдлин не посмела ослушаться сестру. Она отворила дверь и помчалась к столовой, холодный воздух несся за ней, затем взвыл, наткнувшись на открытый дверной проем, как будто вход в столовую ему преграждал какой-то осязаемый барьер.

Защита Фрэнсин выдержала.

– Он в ярости, – прошептала Фрэнсин, не обращая внимания на ногти Мэдлин, вонзившиеся в ее предплечье.

Сгусток холодной злобы неистовствовал в вестибюле, ища вход в комнаты и не находя его. Затем, огласив весь дом воем, полным бессильной ярости, вынесся через открытую дверь в ночь.

В доме воцарилась тишина. Но победа не принесла с собой горделивого ликования, ее сопровождало только изнеможение.

Сверху, с крыши, донесся частый стук – это ветер сменился дождем.

Фрэнсин высвободила руку из хватки Мэдлин и побежала в маленькую гостиную.

– Бри? – прошептала она. – Все кончилось. Он ушел. Ты можешь выйти.

Из камина донеслись тихие всхлипы, затем затихли, когда на лестнице послышался топот ног.

Фрэнсин и Мэдлин, белые, как полотно, повернулись к ворвавшимся в гостиную Констейблу и Кифу.

– Ничего себе! – выдохнул ирландец, с восхищением обозревая царящий в комнате разгром.

Нужно было дать этому объяснение, но у Фрэнсин так сжалось горло, что она не могла произнести ни слова. Весь страх, который она до сих пор держала в узде, разом обрушился на нее, и ее начала бить дрожь. Фрэнсин с мольбой посмотрела на сестру.

– Это была буря, – не дожидаясь расспросов, проговорила Мэдлин голосом, все еще дрожащим от ужаса. – Ветер разбил все окна, видите? – Она ткнула пальцем в сторону окон, в которые лился косой дождь, образуя лужи на деревянном полу. – У нас здесь бывают очень сильные бури, – добавила она. – Это как-то связано с геологической формацией под здешними озерами и холмами.

Фрэнсин оторопело посмотрела на сестру, затем перевела взгляд на Констейбла. Тот, сдвинув брови, глядел на мокрые травы, лежащие среди осколков стекла.

– Вы слышали этот кошмарный рев наверху? – спросил Киф, который все еще оглядывался по сторонам с веселым интересом на лице. – Как будто из стен вопили все демоны ада.

– Это была система центрального отопления, – сказал Констейбл. И, нахмурившись еще больше, поднял глаза на Фрэнсин. – Разве вы не слышали?

– Система центрального… – Фрэнсин запнулась и взглянула на Мэдлин, которая в ответ только пожала плечами.

– В самом деле? – отозвался Киф. – А по-моему, это были привидения. Это они подняли тот адский шум. – Констейбл поглядел на него, качая головой, но тот лишь ухмыльнулся без тени смущения. – Говорю тебе, Тодд, тут водятся привидения. Я их чувствую. Особенно в такие вот ночи, которые просто созданы для того, чтобы отовсюду повылезала всякая нечисть и пугала людей до смерти. А ты видел те огоньки? Перед бурей? Они плясали в лесу, будто с цепи сорвались… – Он вздрогнул. – Как бесовские огни. А ты знаешь, что это значит, – мрачно добавил он.

Брови Фрэнсин удивленно взлетели вверх. Она совсем забыла, что перед бурей видела в лесу огоньки. Это продолжалось недолго и совершенно вылетело у нее из головы. Прошло немало лет с тех пор, когда она наблюдала их в прошлый раз, и ей было непонятно, как истолковать их появление.

Еще раз покачав головой, на этот раз уже с досадой, Констейбл улыбнулся Мэдлин и Фрэнсин.

– Дамы, должно быть, вы обе перепугались. Почему бы вам не отправиться спать и не предоставить все это Кифу и мне? Наверняка где-то в доме есть доски, которыми мы сможем заколотить эти окна на ночь, чтобы буря не натворила тут новых дел. А заменой стекол я займусь завтра.

– Это очень любезно с вашей стороны, – ответила Мэдлин, прежде чем Фрэнсин успела открыть рот, чтобы отвергнуть это предложение.

Она потянула сестру за руку, но та все никак не могла сдвинуться с места. Фрэнсин еще раз оглядела гостиную. Ей казалось, что воздух тут находится под давлением, как будто буря еще не разразилась, но в остальном комната была пуста.

Мэдлин улыбнулась мужчинам, таща за собой Фрэнсин в вестибюль, затем первой начала подниматься по лестнице.

Глава 10

Сестры зашли в комнату Фрэнсин. Ни одной из них не хотелось сейчас оставаться одной, а для Фрэнсин это стало самым большим потрясением в череде многих. Ей было необходимо, чтобы рядом находился еще один живой человек, и она была рада, что это ее сестра; Мэдлин поймет, что здесь произошло.

– Ты это видела? – спросила Фрэнсин, как только дверь за ними затворилась.

– Видела что?

Фрэнсин нахмурилась.

– Там, в гостиной, что-то было.

Лицо Мэдлин сделалось холодным и чужим, что было на нее непохоже.

– Это был просто ветер, Фрэнни. В этой комнате и раньше часто появлялся нисходящий ток воздуха. Это была просто буря.

– Нет! Там была не одна Бри, там был кто-то еще. Какое-то зло. – Она пристально посмотрела на сестру и сжала губы. – Кого ты привела с собой?

Мэдлин оторопело уставилась на нее.

– Ты спятила?

– После твоего приезда в доме что-то изменилось, а сегодня вечером… – Она села на кровать и попыталась вспомнить тот момент вчера, когда Мэдлин вошла в дом. Затем закрыла глаза, охваченная смятением и тревогой. Мэдлин тогда спросила, может ли она войти, и Фрэнсин ответила: «И ты, и все остальное». Как она могла быть такой дурой?

Фрэнсин перевела взгляд на сестру, которая смотрела на нее с беспокойством.

– Ты каким-то образом ухитрилась привлечь к