На исходе последнего часа - Фридрих Незнанский

Разглядывая черный «трамвай», Петя чуть не забыл о своей слежке за домом. И, спохватившись, выгнул шею, пытаясь разглядеть хоть что-то. Но ворота уже закрывались, и он успел мельком рассмотреть большой парадный вход с крыльцом, зеркальные окна и огромного лохматого пса на привязи. Невидимый механизм захлопнул ворота, и все стало как прежде.

Петя огорченно вздохнул.

И тут на его плечо легла чья-то тяжелая рука. Петя даже присел от испуга и неожиданности.

– Ты чего это здесь, парень, вынюхиваешь? – спросил чей-то низкий голос.

Петя осторожно обернулся. К его огромному удивлению, за спиной стоял не охранник, не головорез какой-то, а девушка, причем очень даже симпатичная. Она была крупного телосложения, широкоплечая, а ладонь ее едва ли не была такой же, как у Пети, а ведь его тоже Бог ни ростом, ни мускулатурой не обидел. На вид ей было столько же, сколько и ему, – лет двадцать семь – двадцать восемь.

– Чего в чужие дворы заглядываешь? – насмешливо спросила она. – За такое и схлопотать от охраны можно.

– А я это… На машину засмотрелся. Красивая машина, правда?…

– Ничего себе. – Она внимательно оглядела его с ног до головы. – Не местный, что ли?

– Ага. Из Февральского.

– Это где ж такой?

– Километров двести к северу от Благовещенска.

– Деревня, что ли?

– Почему – деревня? – обиделся Петя. – Поселок городского типа.

– Ясно… Городской, значит?

– Ну, не совсем, – улыбнулся Петя, – но почти что.

Она снова оглядела его, теперь более внимательно. Что и говорить, Петя был парень хоть куда – голубоглазый блондин, косая сажень в плечах, не испорченный цивилизацией…

– А во Владике чего делаешь?

– Дело у меня тут одно…

– На рынок, что ли, за китайским барахлом приехал?

– Ага, – снова соврал Петя.

– Ночуешь где?

– Да пока нигде, – развел руками Петя. – Не успел еще устроиться.

– Ладно, давай ко мне. Я тебе комнату сдам. Недорого. Прямо здесь я живу. Вот в этом доме. – Она кивнула на дом, который стоял аккурат напротив буржуйского особняка.

«Вот это удача так удача! – думал Петя, поднимаясь по узкой лестнице за девахой и одновременно разглядывая ее массивный зад. – Завтра из окошка за воротами послежу».

– Тебя звать-то как, красавчик? – игриво спросила она, открыв дверь и подтолкнув Петю в комнату.

– Петром.

– Ух ты, а просто Петей нельзя?

– Можно, – зарделся Петя.

– А я Нюра. Ну вот, – сказала она, указывая на широкий бархатный диван в углу комнаты, – здесь спать будешь.

Петя подошел к окну. Особняк был как на ладони. Правда, окон по-прежнему не было видно из-за высоких стен (квартира Нюры располагалась на втором этаже), но за воротами отсюда наблюдать было очень удобно.

– Ну как хоромы, – Нюра вошла, держа в руках стопку чистого постельного белья.

– Ничего себе, жить можно. А сколько вы с меня возьмете?

Нюра прыснула в кулак.

– Во-первых, красавчик, может быть, все-таки на «ты» перейдешь? А по поводу оплаты, – она сделала многозначительную паузу, – посмотрим на твое поведение…

Она бросила белье на диван и подошла к Пете, который по-прежнему стоял у окна.

– Что ты все время на этот дом смотришь? Понравился, что ли?

– Еще бы. У нас в Февральском таких нет.

Нюра хмыкнула.

– У вас и людей таких нет.

– А кто живет в этом доме?

– О-о, – она закатила глаза, – тебе еще об этом знать рано. Ты еще маленький.

Петя нахмурился.

– Ну хорошо, хорошо, не обижайся, – она нежно погладила его по спине, – пойдем лучше ужинать.

Стол Нюра накрыла царский – свежий, блестящий от жира балычок, поллитровая банка с крупными янтарными горошинами красной икры, блюдо с щедро нарезанными ломтями розового окорока, жареные баклажанчики, помидоры, зелень. Посреди стола стояли две запотевшие литровые бутылки «Абсолюта».

Увидев такое изобилие, Петя оробел:

– Это по какому случаю?

– По случаю нашего с тобой знакомства. Которое, я надеюсь, со временем перейдет в крепкую дружбу, – процитировала Нюра фразу из какого-то фильма.

– А что, еще кто-нибудь придет? – спросил Петя, имея в виду большое количество еды.

– Нет, – заговорщически сказала она, усаживая Петю на стул и сама садясь рядом, – только ты и я. Или тебе еще кто-то нужен?

И Нюра приблизилась к нему, коснувшись его локтя своей мощной грудью и заглянув ему прямо в глаза. Пете стало не по себе от этого взгляда – было такое ощущение, что он проникает в самое нутро.

– Н-нет, – выдавил он из себя.

– Вот и ладно, – улыбнулась Нюра и, отодвинувшись от него, потянулась за банкой икры – налетай!

…После того как опустела первая бутылка «Абсолюта», Пете стало очень хорошо. Ну посудите сами – он сидел в хорошей квартире, накормленный, пьяный, рядом с красивой блондинкой, которая то и дело ласково обнимала его, целовала и говорила всякие нежные слова. К тому же Петя подозревал, что одними поцелуями дело не кончится. И оказался прав.

Но на следующее утро он проснулся далеко за полдень, измочаленный, выжатый как лимон и с жуткой головной болью. Подробности этой ночи вспоминать не хотелось, но они все всплывали перед глазами. Разгоряченная выпивкой, Нюра до утра не дала ему ни минуты передышки. И только до предела насытившись Петей, перевернулась на другой бок и громко захрапела. А бедному Пете в эту ночь приснилось, что на него сел слон. Тем не менее, когда он проснулся, Нюры рядом не оказалось. С трудом поднявшись, Петя сходил в уборную, в душ и только после этого обнаружил на столе записку следующего содержания:

«Зайчик, жратва в холодильнике, водка в буфете. Не забудь опохмелиться. Дверь заперта, так что выйти не пытайся. Приду – повеселимся еще. Нюра».

«Хорошенькое дело, – подумал Петя, – это что, меня вроде как арестовали? Нет, я так не согласен».

Однако делать было нечего. Окна были забраны крепкими решетками, а уличная дверь больше походила на вход в бомбоубежище. Пошастав по квартире, Петя убедился, что до прихода Нюры ему отсюда не выбраться.

«Вот стерва, – незлобно подумал он, – хоть бы сказала, когда вернется».

Последовав совету Нюры, Петя хлебнул водки, потом поел разных вкусностей из холодильника.

«Интересно, откуда у нее столько такой хавки? Говорила вроде вчера, что где-то кухаркой работает… Неужели во Владивостоке кухаркам столько денег платят?»