Без страховки - Михаил Серегин

– Если все так серьезно, – сказала Ольга став вдруг очень мрачной, – то ты, Игорь, в большой опасности. Он же тебя убрать должен по всем правилам, как свидетеля.

– А вот это уже вряд ли, – возразил Мостовой. – Теперь это возможное убийство как раз наведет на Гумера. Вдруг Игорь рассказал кому-то о встрече в горах?

– А если Гумер верит, что не рассказал? Если он верит, что Игорь пожалел Воронина и не стал его выдавать?

– Так! Спокойно, ребята, спокойно, – замахал руками Чистяков. – Между прочим, неприлично говорить в третьем лице о присутствующем человеке. Давайте не будем гадать на кофейной гуще. У меня ведь книга дома лежит, а в ней разгадка!

– Не факт, – возразила Синицкая. – Вклеенная карта может говорить лишь о том, что профессор до выхода книги не успел ее сдать в типографию, она не попала в макет, а он несколько недоволен изданием. Вот в свой авторский экземпляр и вставил. А надпись на обороте – всего лишь текстовая вставка, которая должна была войти в книгу как пояснение к карте. Вот и все!

– Так чего проще? – развел руками Мостовой. – Едем к Игорю и там разбираемся с книгой!

Открыв дверь ключом, Чистяков пропустил друзей в квартиру. Вошедший первым Мостовой тут же с грохотом уронил ледоруб, споткнувшись о него.

– Сработало, – обрадовался Игорь.

– Что сработало? – не поняла Ольга.

– Слон в посудной лавке, – пояснил Чистяков.

– Сейчас будет мышонок в лапах у медведя, – проворчал Борис, потирая ушибленную ногу.

– Ну, давайте, проходите. Чего встали?

Игорь провел гостей в свою комнату, попутно зашвырнув в шифоньер две валявшиеся на диване рубашки. Спасатели расселись вокруг стола, и Чистяков достал с книжной полки заветную книгу – подарок профессора Воронина. Раскрыв ее, он нашел место, где была вклеена нужная им карта.

– Вот, смотрите, – голосом заговорщика проговорил Чистяков и карандашом указал место, где виднелся еле заметный иголочный прокол.

– Крупномасштабная карта, – заметил Мостовой, разглядывая изображение, – хорошая ксерокопия старой карты.

– И где это? – с любопытством спросила Ольга.

– Вот здесь под грядой, – показал Чистяков карандашом, – я нашел разбитую немецкую пушку. А вот здесь, у края гряды, на склоне я встретил Воронина с группой и Гумером. По прямой до точки, обозначенной проколом от этого места, с учетом масштаба, километра два. А труп я нашел, если не ошибаюсь, где-то вот здесь. – Чистяков повел карандашом и обвел участок с расщелиной чуть правее отметки на карте.

– А что тут вообще есть, в этом месте, где прокол? – спросил Борис.

– Насколько я помню, в этом месте и на этой высоте много выходов мягких пород, подверженных выветриванию. Там много расщелин, карнизов, промоин, вертикальных глубоких трещин и ниш. Практически там могут быть и небольшие пещеры. Я знаю, что раньше, еще до войны, там встречали снежных барсов и горных козлов. Но после того как все чаще стали появляться люди, животные ушли. А снежные барсы любят пещеры, значит, они там должны быть.

– Ты намекаешь все-таки на клад? – догадалась Ольга.

– Я намекаю на то, что там есть где спрятать что-нибудь. Даже клад. И вот еще что я подумал, – добавил Чистяков. – К этому месту, где сделана отметка на карте, подойти можно с двух сторон. Отсюда, где я встретил Воронина с Гумером, можно подойти практически без альпинистского снаряжения. А с противоположной стороны, вот отсюда, через расщелину, уже только со снаряжением.

– Зуб даю, что этот Гумер с помощью Воронина что-то ищет в этом месте, – заявил Мостовой. – Сунулись через расщелину, и один из группы не справился, загремел в пропасть.

– Не забывай, Боря, – напомнил Чистяков, – что веревка была перерезана.

– Хочешь сказать, что его спихнули? Зачем?

– Нет, не спихнули, – покачал головой Игорь. – Картину этого происшествия я себе представляю примерно такой. Один альпинист, не будем пока называть его фамилию, вел группу неопытных. Шли наверняка стандартным способом в связках по двое. Тот парень оступился или сорвался с карниза. Его напарник понял, что не удержит упавшего и себя. Вот он и принял решение перерезать веревку, чтобы не загреметь вниз вдвоем.

– Жестоко, – сказала Ольга. – Я думаю, что у вас так не поступают.

– Не поступают, – согласился Чистяков. – Доверие должно быть к своему напарнику, что он тебя не бросит. Без этого в горы альпинисты не ходят. В крайнем случае, падают вдвоем, но не бросают. Но тут еще есть нюанс. Я ведь карниз обследовал. Сорваться с него мог только дилетант. Очень сомнительно, чтобы с него сорвался альпинист.

– Что ты хочешь этим сказать? – поинтересовалась Ольга. – Что шли неопытные люди?

– Я хочу вам напомнить еще два факта, которые вместе дают ответ. При всем здоровом скепсисе Оли и твоей, Боря, страсти к точности и определенности вы оба согласитесь со мной. Через расщелину шла группа, в которой были откровенные дилетанты в горном деле – раз. Вел группу опытный альпинист, поскольку группа смогла пройти расщелину, поскольку на погибшем была профессионально сделанная страховочная обвязка и профессиональное снаряжение – это два. Три – ни в одной группе, которая регистрировала свои маршруты и в те дни вернулась из гор, погибших не было. И четыре – я встретил около интересующего нас места Воронина с группой, состоящей не из альпинистов, и его группа не регистрировалась.

– Ну, тогда и пятое замечание к твоим умозаключениям, – продолжил Мостовой, – в группе был все тот же Гумер, который приехал из Германии, но не к себе на родину, а в горные районы. По нашим наблюдениям, он крутился возле ученой элиты и внука одного из известных профессоров, чью карту с пометкой мы сейчас рассматриваем.

– И квартиру которого при первом же удобном случае ограбили, точнее, совершили обыск неизвестные, – добавила Синицкая. – В общем, что-то там осталось со времен войны, о чем знает профессор и что ищет Гумер. Складно, но все это чистейшей воды чушь, причем притянутая за уши.

– Ну, почему же чушь! – возмутился Чистяков. – Мы даже с большой степенью вероятности можем сказать, что Гумер там ищет. Ясно же, что золото, спрятанное немцами. Профессор по молодости таскал оттуда изделия для поддержания собственного бюджета. Отсюда и подарок Кушнаревой, отсюда и сданное в скупку золото Сергея.

– Да совпадение это – вот почему! – ответила Синицкая. – Представьте себе профессора, лазающего по горам. Ты, альпинист, представь себе эту картину. Можешь?

– Вообще-то не могу, – согласился Чистяков.

– Сейчас я вашу стройную теорию буду разрушать дальше, – заявила Ольга. – И связь с Сергеем Ворониным у Гумера объясняется не тем, что он внук профессора, а тем, что его легче всего подкупить и заставить нарушить порядок и инструкции. Он ведь всем должен, может, и Гумеру тоже. Вот вам и ответ. А Гумер может быть просто экстравагантным зарубежным туристом, и не более. И прокол на карте может быть случайным. Вот Боря же определил, что это хорошая ксерокопия со старой карты. Случайное повреждение.