Тень Александра - Фредерик Неваль

— Почему ты сразу не сказала нам обо всем? К чему эта смешная роль легкомысленной курочки? Чтобы нас умаслить?

— Господин Юрген не хотел тебя пугать. Он боялся, что ты откажешься от своей идеи, если почувствуешь, что это рискованно.

Я ткнул пальцем в сторону Ганса:

— А он? Он подумал о нем?.. Что же он за человек!

— Йон Юрген — человек увлекающийся, Морган. Страстный коллекционер. Я бы покривила душой, если бы сказала, что присутствие этого маль… этого юноши, — поправилась она, — не смутило его, но ему нужно было нечто гораздо большее для того, чтобы отказаться от задуманного, чем боязнь рисковать человеческими жизнями.

— Мерзавец!.. — в ярости воскликнул я.

— Не стану возражать, Морган. Однако этот самый мерзавец платит мне большие деньги, чтобы защищать вас, но я не смогу выполнять свою работу, если ты будешь упорно избегать меня, как в Риме, или что-то скрывать от меня. Ты волен продолжать свою игру в прятки, если хочешь рисковать своей шкурой и шкурой своего стажера. Теперь ты знаешь, как все может обернуться. Я прошу только считаться с тем, что должен делать согласно контракту, но если ты предпочитаешь отказаться от моей помощи, я умываю руки, Морган. Что бы ни случилось, я свои деньги получила.

Ганс бросил на меня умоляющий взгляд, и я кивнул в знак согласия.

— Ладно. Я согласен, — сказал я не без сожаления.

— Кто в курсе твоего проекта?

— Кроме нас троих — Людвиг Петер и его сын, еще, конечно, мой отец, директор Лувра и один из моих коллег, которому я полностью доверяю.

— Над этим еще надо подумать… Что ты рассчитывал найти в Александрии?

Я покопался в рюкзаке, вытащил оттуда бумажник и протянул ей листок.

— Профессор Лешоссер намеревался вылететь в Александрию, но накануне погиб. В его записной книжке я нашел номер телефона с именем, явно местным, — Амина. Но адреса нет.

Она протянула мне свой телефон.

— Так чего же ты ждешь? Давай позвоним.

Уткнувшись носом в клочок бумаги, я набрал номер телефона, и мое сердце учащенно забилось, когда синтетический голос произнес по-арабски фразу, которая, хотя я ничего не понял, должна была означать «Набранный вами номер не существует…».

— Возвращаемся к исходной точке, — вздохнула Маэ.

— Не совсем. Мы еще не закончили расшифровывать записную книжку, может быть, в ней содержится более точная информация.

— Будем надеяться.

— Здесь есть возможность выйти в Интернет? — спросил я.

— Пойду узнаю у администратора. А вы пока примите душ и отдохните немного, вам это нужно. И закройте на ключ дверь, — добавила она, выходя.

Ганс повернул ключ в замке и прислонился к створке двери. На щеках у него виднелись грязные полосы, а его светло-серый спортивный костюм был весь в пыли и пятнах от машинного масла.

У меня после половины ночи, проведенной в камере stazione dei carabinieri, и всего пережитого в Александрии вид тоже был не лучше.

— Мы мудро поступим, если последуем ее совету, — сказал я, поднимаясь с дивана.

— Мор… мы теперь можем доверять Маэ?

— Нет, — ответил я, направляясь в ванную комнату своей спальни.

Он скорчил мину и последовал моему примеру.

Услыхав, что Ганс включил в своей ванной душ, я отстегнул от пояса сотовый телефон, снова набрал номер нашей таинственной Амины, но на этот раз правильный, и начал диктовать сообщение: «Амина, у аппарата Морган. Мы прибыли в Александрию гораздо раньше, чем думали, и мы не…»

Не успел я договорить, как в трубке послышалось:

— Алло?

— Амина?

— Да, добрый день, Морган. Извините меня, но я фильтрую звонки, как вы советовали. Я очень обеспокоена. Вы сказали мне, что позвоните из Рима.

— У нас были кое-какие неприятности, я вам потом расскажу.

— Господи, ничего серьезного, надеюсь?

— Я не могу сейчас говорить. А у вас все в порядке?

— Не совсем. Ваш отец прислал для вас досье на мой адрес. Естественно, я не позволила себе открыть его. И связалась с известным вам человеком.

— Прекрасно. Мы смогли бы увидеться сегодня?

— Да, конечно. Сегодня я должна читать лекцию, но могу ее перенести. Вы нашли планы?

— Нет, я перерыл всю библиотеку Бертрана перед отъездом, но безрезультатно. В котором часу мы могли бы встретиться?

— Вы находитесь в отеле «Эль-Саламлек-палас»?

— Да.

— Я заеду за вами через два часа. Буду ждать вас у входа в сады в белом «рено» пятой модели.

— Отлично. Если меня не будет полчаса, значит, я не смог улизнуть.

— Решено. До встречи, Морган, и да поможет вам Бог.

Закончив разговор, я быстро принял душ, заглянул в комнату Ганса, который спал со сжатыми кулаками, и, надев гостиничную пижаму, растянулся на постели в ожидании возвращения Маэ.

Я уже связывался с Аминой несколько дней назад. Восточное звучание ее имени и тот факт, что Лешоссер намеревался отправиться в Александрию, привели меня к мысли, что она должна жить где-то в этих местах… Вначале она держалась со мной очень настороженно, но потом изменилась, удостоверившись после звонка моего отца, о котором Бертран ей много рассказывал, что я именно тот, за кого себя выдаю. Папа сказал мне, что она очень расстроилась, когда он сообщил ей о смерти старого профессора, который в течение многих лет был ее руководителем, да еще упомянул о загадочных обстоятельствах его гибели. Она почти сразу же снова связалась со мной, и именно тогда я посоветовал ей быть осторожной: спрятать имеющиеся у нее материалы о работе Бертрана в надежном месте, закрывать дверь на ключ и фильтровать звонки. Преподаватель латыни и греческого в частном лицее Александрии, Амина создала себе прочную репутацию археолога благодаря участию в исследованиях в районе маяка и раскопках в катакомбах Ком эль-Шугафа.

Я услышал, как в замочной скважине повернулся ключ, и сделал вид, что сплю. Чуть приподняв веки, я увидел в приоткрытой двери моей спальни голову Маэ. Застыв, я ждал, прислушиваясь к малейшим звукам. Спуск воды в туалете, душ, скрип дверцы шкафа и… тишина. Я вытерпел так еще добрый час, и когда взглянул на часы, на циферблате было без восемнадцати минут час. Амина уже должна была ждать меня.

С тысячью предосторожностей я натянул джинсы, майку, ботинки и, закинув на плечо рюкзак, на цыпочках вышел из спальни. Ганс спал, по-прежнему сжав кулаки, я заглянул в спальню Маэ и убедился, что она пребывает в объятиях Морфея.

Я тихонько отпер дверь, вышел в коридор, затворил ее за собой и на лифте спустился на первый этаж. Стараясь не обратить на себя внимания, я прошел мимо конторки администратора, пересек роскошные сады и оказался у кованой решетки, выходившей на улицу.