Если бы красота убивала - Кейт Уайт

Дойдя до угла Лекс-лайн и Восемьдесят восьмой, я вдруг сообразила, что нахожусь всего в паре кварталов от кофейни «Старбакс», где работает Джоди. Хайди больше не была центром расследования, но перед тем, как окончательно поставить точку в ее деле, мне хотелось пообщаться с Джоди.

На этот раз он был на месте. Джоди оказался симпатичным, очень смуглым парнем лет под тридцать. Когда я вошла, он в черной бейсбольной кепке и зеленом переднике задвигал стулья под освободившиеся столики. Я представилась. По его реакции стало ясно, что ему рассказали о моем недавнем визите. Он предложил мне выйти на улицу, мы прошли через боковую дверь в переулок и остановились в нескольких футах от мусорного контейнера.

Оказалось, что Джоди из тех парней, на которых лучше смотреть с расстояния футов в десять. Вблизи его карие глаза казались слегка косыми, а сросшиеся брови придавали лицу угрюмое выражение. Во время разговора я заметила, что у него есть неприятная привычка каждые несколько секунд отбрасывать со лба челку, лично мне это действовало на нервы.

— Понимаю, как вам должно быть тяжело, — сказала я, когда он прислонился к стене дома.

— Это еще мягко сказано. И я не могу ничего узнать.

— А что вы хотите знать?

— Что вообще произошло? — угрюмо спросил Джоди. — Я просто хочу знать, что случилось.

— Сейчас пока этого никто точно не знает. Похоже, Хайди чем-то отравилась. Полицейские с вами еще не беседовали?

Фарли говорил, что допрашивал Джоди, но я сделала вид, будто мне это неизвестно.

— Да, они приходили сюда в воскресенье.

— И чем они интересовались?

— Спрашивали, принимала ли Хайди наркотики, не было ли у нее депрессии и все такое, в общем, по полной программе… Они много чего спрашивали. Я им сказал, что она почти не брала в рот спиртного, а насчет депрессии в тот уик-энд… я понятия не имею, была она у нее или нет. У меня был выходной, и я уехал из города. Кроме того, мы с Хайди больше не встречаемся, я теперь редко ее вижу.

— Куда вы ездили в эти выходные?

Джоди отбросил челку.

— В Нью-Джерси, на мотогонки. И у меня есть свидетели, которые могут это подтвердить.

— Когда вы в последний раз видели Хайди?

— Я заходил к ней на прошлой неделе. В тот вечер ее хозяйка Кэт давала какой-то прием, Хайди была занята, и я не успел с ней и парой слов перемолвиться.

Джоди посмотрел на часы, потом на дверь кафе.

— Мне пора возвращаться, как, вы сказали, вас зовут?

— Бейли. Бейли Веггинс.

Я достала визитную карточку и протянула ему, попросив звонить, если ему что-нибудь понадобится, однако я сомневалась, что он позвонит.

Направляясь к станции подземки, я задумалась о Хайди. На меня снова нахлынули мысли и образы, которые я некоторое время довольно успешно гнала от себя. Поблекшие глаза, волосы, испачканные засохшими рвотными массами, мокрые зеленые полотенца… Из-за того, что Хайди стащила эти чертовы трюфели, она умерла ужасной смертью, совсем одна.

В этом деле было очень много вопросов, но после разговора с Кэт за ленчем меня особенно настойчиво грыз один: не слишком ли убийца рисковал, оставив конфеты на столике в холле? Было очевидно, что конфеты принесены в подарок хозяйке, так что убийца резонно полагал, что до конца вечера они будут лежать на прежнем месте, искушая Кэт. Но убийца должен был сознавать, что с коробкой вполне могло произойти нечто непредсказуемое. Например, Кэт могла открыть коробку и пустить ее до кругу (впрочем, это маловероятно, поскольку Кэт не любит делиться, но, как оказалось, персонал, обслуживавший вечеринку, чуть было не сделал именно это). Кроме того, кто-то из домочадцев мог открыть коробку и съесть конфеты до того, как до них бы добралась Кэт (что и произошло в действительности).

Конечно, очень может быть, что для убийцы это не имело значения, возможно, он учел и такой вариант и был даже рад внести хаос в жизнь Кэт. В каком-то смысле последний вариант развития событий особенно страшен. Одно дело — жаждать смерти врага, и совсем другое — попутно убивать ни в чем не повинных случайных людей. Положение стало казаться мне еще более опасным, чем раньше. К тому же я очутилась в эпицентре всего этого кошмара.