Гладиаторы «Спартака» - Георгий Миронов

— Получалось?

— Как видите, не всегда.

— Старую специальность не забыли?

— Хозяин редко дает мне поручения по старой специальности, — обиженно прошамкал старик. — Все чаще мелочевка, вроде этой.

— Ничего себе, мелочевка... На кон поставлены миллиарды. Значит, всем участникам операции что-то отколется. И поболе, смею думать, чем при торговле подделками. Да и безопаснее...

— Кто знает, кто знает, — пугливо поежился старик, подозрительно присматриваясь к курсировавшему неподалеку карабинеру.

— Адреса боковых судей?

— Вот здесь, в газете, — сказал старик, протягивая свернутую трубочкой «Карьере делла сера».

— Телефон шведа?

— Там есть все, — ответил толстяк, кивнув на только что переданную газету.

— Неплохо поработал, а? — усмехнулся Верду.

— А кто это ценит? — устало отмахнулся старый жулик.

Разговор с Ларсеном не получился.

Поль хорошо подготовился к нему. Чисто технически. На всякий случай исключил любую возможность засечь его местопребывания. Спустившись с Капитолия и от площади Венеции повернув налево, он вышел к Иль Джезу — церкви иезуитов. Вошел в прохладное чрево храма. Сидевший у входа нищий подозрительно покосился на него. «Похоже, чужие здесь не ходят», — подумал Поль. В глубине ниши за мраморной «Пьетой» он нащупал холодное тельце мобильного телефона и незаметно сунул его в карман пиджака.

Вернувшись опять на Корсо Витторио Эмануэле II, Верду сел на берегу Тибра на скамейку, убедился, что в радиусе ста метров вокруг нет ни одной живой души (утро выдалось прохладным, а на берегу неширокого, но стремительного Тибра было ветрено) и набрал нужный номер.

Разговор не получился.

Ни угрозы, ни посулы не подействовали на упрямого шведа.

Не первый год выступая главным судьей матчей в розыгрыше «ЕвроТОТО», Ларсен привык и к тому и к другому. Знал, что немало игроков этого тотализатора обладают достаточными деньгами, связями и силами, чтобы попытаться в своих интересах воздействовать на итоговый счет. Но он упрямо отказывался идти на компромисс и судил по справедливости. Так ему казалось, во всяком случае.

Ларсен был одинок. Вот что было плохо.

Его нельзя было испугать покушением на жену, детей, родителей.

И он был достаточно обеспечен, чтобы не искать легких денег.

Говорят, человек богат не тогда, когда у него много денег, а когда ему хватает тех, что у него есть.

Ларсену хватало.

На том и расстались.

Но Поль перестраховался и, стерев отпечатки пальцев, выбросил аппарат. После чего быстрой спортивной походкой направился к мосту, ведущему к замку Святого Ангела.

«Шанс не велик, но могли засечь», — подумал он.

Однако Ларсену и в голову не пришло обращаться в итальянские силовые структуры с рассказом о посулах и угрозах. Без них ведь не обходился ни один матч. Причем сколько среди звонивших было блефующих тиффози, сколько сумасшедших, а сколько реально способных и заплатить сотню тысяч долларов, и убить близких — сказать всегда было непросто. Судья считал такие звонки издержками производства, некими неудобствами, которые приносила ему непростая, но любимая работа.

На правом берегу Тибра, вблизи замка, начиналась виа делла Кончилиацоне, подводящая к площади и собору Святого Петра.

На необозримом пространстве пьяцца Сан-Пьетро, среди множества фасадов нарядных домов, затерялся узкий фасад четырехэтажного здания, в котором располагался сравнительно некрупный банк «Банк ди Сан-Пьетро».

В банке знали этого седого господина (именно в таком виде обычно представал перед служителями банка Поль): приветливо поздоровавшись с ним (Поль считался солидным клиентом), клерк принял для перевода на счет банка «Пьомбо» сумму в 200 тысяч американских долларов, в качестве обеспечения получив чек.

Через несколько минут на счете сеньора Дино де Фьорентиса в банке «Пьомбо» были оприходованы 200 тысяч американских долларов от неизвестного клиента, воспользовавшегося для этого услугами «Банка ди Сан-Пьетро».

Еще через несколько минут, выполняя полученное ранее поручение, клерк банка «Пьомбо» перевел на счет господина Микоса Леонидиса в Афинах сто тысяч долларов, и на счет господина Ласло Мадьячи в Вене еще сто тысяч долларов.

Разговор по телефону с венгром и греком далее развивался по одному сценарию.

Поль просил принять в дар некую сумму денег. «Клиент», заинтригованный разговором, звонил своему банкиру, убеждался в пополнении своего банковского счета и выходил на следующий контакт уже подготовленным.

Грек сразу пообещал:

— Сделаю все, что смогу. Но Ларсен упрям.

— Это хорошие деньги, — напомнил Поль. — Очень хорошие.

— Согласен. Но Ларсен...

— Если у вас не получится... Если «Спартак» все же выиграет...

— Но я не Бог, — зарокотал густым басом плотный грек.

— Если «Спартак» выиграет, — повторил Поль, — то у вас будут большие неприятности.

— Какие тут могут быть неприятности?

— Мы представим в Международную судейскую коллегию «ЕвроТОТО» неопровержимые улики, что эти деньги вы получили от «Спартака». Результаты матча будут аннулированы. Вы лишитесь денег и репутации. Кстати, по суду на вас может быть наложен штраф. И тогда вы лишитесь всех своих денег. У вас, кажется, накоплено уже около 400 тысяч долларов, — продемонстрировал свою информированность в личных доходах грека Верду.

— А... — заскрежетал зубами грек. — Умру, но «Спартак» проиграет!

— Возможно, — усмехнулся Поль. — Возможно и умрете, если «Спартак» выиграет. Ставки слишком высоки.

Проехав на автобусе из центра города до северных ворот, до так называемой пьяцца дель Пополо, Верду вышел из жаркого чрева автобуса в теплое, хотя и пыльное пространство площади. Здесь он также поговорил с клиентом по телефону-автомату, благо запасся автокартой для телефонных разговоров. Вставив карточку в прорезь автомата, он набрал номер венгра.

Это был уже второй звонок. Первый Верду сделал, перестраховавшись, на площади Святого Петра.

Ко времени второго звонка венгр уже знал, что его счет в одном из банков Вены заметно увеличился.

Разговор о папаше, активисте «Клуба Шандора Петефи» 1956 года, не понадобился.

Венгр принял известие стоически. Похоже, это был не первый неожиданный перевод на его счет крупной суммы денег от страстных футбольных болельщиков.

— Сумма вас устраивает?

— Да, вполне, — ответил венгр.

Поль знал, что обычная такса не превышает 10 тысяч. И то только в элитном «ЕвроТОТО».