Зона отчуждения - Марина Серова

Я не стала больше слушать гневные речи друга, прервала его, поблагодарила и отключилась. Все равно он ничем не поможет.

Набрала Новикова.

– Да! – рявкнул в трубку бизнесмен.

– Это Охотникова. У нас все в порядке. Пока больше говорить не могу. Антон пропал, и, возможно, вы скоро увидите свою дочь. Во всяком случае, в любви она разочаровалась. И да, здесь ее одногруппник Денис.

– Женя, Женечка! Это очень хорошо! Денис ее точно в обиду не даст. Мы с его отцом в свое время хорошими приятелями были. Пока не убили его при исполнении боевого задания. Он опер от бога. Таких сейчас не делают. Помощь нужна?

Я уж собиралась попросить его прислать кого-нибудь за нами, но не успела.

Неожиданно связь прервалась. Я поморщилась. Было такое чувство, что нас кто-то подслушивал. Отдала телефон Анатолию и, сев рядом с Соней на лавку, задумалась.

– Может, домой? – обратилась я к ней.

– Ни в коем случае. Я отцу сказала, что вернусь через неделю. У меня еще в запасе три дня. Женя, он меня потом загнобит этим походом. Будет постоянно напоминать, какая я безмозглая, глупая, сама не знаю, чего хочу.

– И знаешь, Сонь, он прав. Тебе так не кажется?

– Кажется! Но так тяжело признавать, что я наворотила дел. А отец, как всегда, оказывается прав. И потом, я надеюсь, Антон объявится рано или поздно. Хочу с ним расстаться при тебе. Я его после того случая боюсь жутко.

Я кивнула.

– Борзый, подойди! Так чего тебе надо от нас?

– Вы приманка! Антон появится скоро, за девкой своей придет. Тут-то я и сведу с ним счеты.

– Антон не тот, за кого себя выдает. Имей это в виду. А сидеть с вами мы не собираемся. Делать нам больше нечего. Соня, как нога твоя?

– Нормально!

– Ну и отлично! Собирайся. Нам нужно уходить. Нас ждет кое-кто, ты не забыла?

Она кивнула и пошла в дом за вещами. Нужно было найти Дениса и выдвигаться из города. Связаться с Новиковым и просить, чтобы нас вывезли отсюда. Моя миссия на этом будет выполнена.

– Детка, подойди. – Я оглянулась и увидела, что меня зовет бабушка Клава. Я была благодарна ей за приют. Подошла и обняла ее.

– Дочка! Уходите?

Я кивнула.

– Хочу гостинчик вам в дорогу дать. Слазь в погреб, здесь не высоко. Сама не могу, стара стала.

Я осмотрела помещение.

– А Анатолий на что?

– Да он вышел, в магазин его отправила. – Бабушка смотрела на меня своими голубыми глазами и улыбалась. – Борзый не может, у него нога, ты же знаешь.

– Да не надо нам ничего, – попыталась возразить я.

Но бабка упрашивала, и я решила, что хоть помогу ей чем. Правда же, возраст у нее серьезный!

Я кивнула и, взяв фонарик, начала спускаться вниз по железной лестнице. Внутри было сухо и чисто. На полках стояли банки с соленьями, в ящиках – картошка, лук, еще какие-то овощи.

– Что брать? – крикнула я бабушке.

– Там сушеная колбаса да рыбка вам в дорогу, сало еще завернуто в бочке. – крикнула мне бабушка.

Неожиданные выстрелы на улице застали меня врасплох.

– О, дочка, что там? – Бабушка присела на корточки и закрыла голову руками.

Я пулей выскочила из погреба, отволокла ее в самый дальний угол и спрятала за коробками. Выглянула. Посреди двора сидел окровавленный Антон. Он выл как-то по-звериному. Рядом с ним валялись тела Анатолия и Борзого.

– Где Соня? – рявкнула я.

– Она в доме!

Я кинулась в дом. Девушка лежала под кроватью и плакала. Я помогла ей подняться, и мы вышли на улицу.

Первым делом я попыталась нащупать пульс у ребят. Оба были мертвы. Соня, завидев трупы, разрыдалась еще сильнее. Ошарашенная бабушка вышла из сарая и перекрестилась.

– Как это произошло? – обратилась я к Антону.

– Сам не понял. Бродил по лесу, вас искал с Соней. Сонька чего-то перепугалась, сбежала… Темно было, не нашел сразу. Вот… смотри. На меня напали дикие звери. – Он поднял руку и показал две огромные царапины на запястье.

Помнится, Соня говорила, что у костра Антон и незнакомец подрались, он сопротивлялся. По всей вероятности, царапины – это и есть следы борьбы.

Я оглядела руку, но ничего не сказала. Не хотелось, чтобы Антон заподозрил, что мы ему больше не верим. Да и не верили никогда.

Антон продолжал подвывать. Это выглядело у него так театрально и наигранно. Но я не подавала вида.

– Наконец набрел на эту деревню. Здесь всего два двора. Подумал, спрошу, может, кто вас видел. Вы вряд ли пошли бы через КПП. Увидел во дворе Борзого. Ринулся к нему. Тут какие-то уголовники приехали на черном джипе и начали стрелять без предупреждения. Я кинулся на землю и замер, прикинулся мертвым, они сначала выстрелили в Борзого, потом неизвестно откуда взялся еще один мужчина. Я не знаю его. Он попытался подбежать к джипу, но парни сработали на опережение. Они выстрелили ему прямо в голову.

– Где остальные твои друзья?

– Их тоже убили. На дороге ночью поймали мародеры из этой же группировки, по всей вероятности. Орудует какая-то группа уголовников. Они всех здесь держат. Страшнее мародеров. До зубов вооруженные. Бритоголовые качки под наркотой и психотропными веществами. Они готовы сделать все, что угодно. Соня, собирайтесь. Нужно уходить немедленно. Я, когда вас искал, видел лагерь, в котором живут обычные люди. Он совсем недалеко отсюда. Нужно идти именно туда за помощью. Они помогут выбраться из Зоны отчуждения. Там врачи, охрана.

Соня смотрела на него во все глаза и кивала. Мне эта затея не очень нравилась, но оставаться здесь тоже было небезопасно. В этом я с Антоном полностью согласна. Новиков, безусловно, пришлет людей, которые выведут нас из Припяти, но на это нужно время. Да и связаться с ним для начала не помешало бы. Если эти уроды вот так запросто расстреляли двух ни в чем не повинных людей, то они и с нами так же поступят.

– Жень, ты идешь? – Соня смотрела на меня испуганно.

Я кивнула. Отправилась в дом, собрала вещи.

Наблюдала в окно, как Антон ловко запихивает трупы в огромные мешки, и ужаснулась. Его лицо было абсолютно спокойным, движения – уверенными. Такое ощущение, что это не человеческие тела, а мешки с картошкой.

Я поморщилась. Вышла на улицу. Завидев меня, Антон опять попытался изобразить скорбь. Театральное мастерство у него напрочь отсутствовало. Посмотрела на Соню. Она стояла около забора и молчала.

– И куда теперь трупы? – поинтересовалась я.

– Я закопаю. Сосед поможет. – Клавдия стояла