Транзита не будет - Дмитрий Федотов

— Я же сказал тебе «брось оружие», — спокойно произнес незнакомец. — Нур-Баср должен был остаться в живых, как и твой телохранитель. Но ты меня не послушал…

Ремиз долгую минуту смотрел на него невидящими глазами, потом из груди его вырвался тяжкий полувздох-полурык.

— Уходи… — глухо выдавил хан. — Забирай мою жизнь и уходи!.. — Он отбросил беретту в сторону.

— Меня зовут Фархад Сарбуланд, — раздельно сказал киллер. — Я — Сын Солнца, дарующего жизнь. Я забираю твою жизнь, Ремиз Шархам, в обмен на многие тысячи загубленных тобой! Ты нес смерть в этот мир, и смерть нашла тебя…

Хан словно не слышал его речи. Он, не мигая, смотрел на трупы своих сыновей, будто специально улегшихся рядом, почти обнявшись. И когда пуля ударила его точно в сердце, ни один мускул не дрогнул на застывшем от горя лице Ремиза. Он так и повалился ничком на пушистый персидский ковер, покрытый затейливым восточным узором.

Фархад подошел к хану и приложил пальцы к его шее. Потом вытянул усик микрофона из-за своего уха и сказал:

— Махмуд, начинайте!

Тотчас же с улицы донеслись выстрелы, бухнул недалекий взрыв, закричали сразу несколько голосов. Дом наполнился топотом ног и лязгом оружия. Фархад тенью метнулся из комнаты в коридор, но не к лестнице, а окну в противоположном конце коридора, и исчез в темноте.

* * *

«Хаммер» мчался в ночи по едва заметной ленте дороги, не зажигая фар. Только очень опытный водитель, знающий здесь каждый камень, каждую выбоину, мог позволить себе такую скорость, не рискуя перевернуться или врезаться в скальный клык на обочине. Однако Хамад, сидевший за рулем, поступил проще — на глаза его был надвинут массивный блок ноктовизора, делавший Хамада похожим на киборга из голливудских боевиков.

Фархад, расположившийся на соседнем сиденье, тоже имел прибор ночного видения и внимательно разглядывал через него проносящуюся мимо джипа долину. Эльхор и Махмуд, сидевшие сзади, не обладали ноктовизорами и потому ехали, прикрыв глаза, и, кажется, даже подремывали, не обращая внимания на дикую тряску и болтанку.

— Два часа ночи, — сказал Фархад, глянув на приборную доску, где ярко светилось табло электронного таймера. — Далеко еще до перевала?

— Примерно пара часов езды, — прикинул Хамад, сверившись с показаниями GPS-навигатора.

— Значит, успеваем до рассвета.

— А зачем нам на границу?

— Сегодня утром через перевал Лвар-гар пройдет караван с «белой смертью». Керим-хан отправляет большую часть своих запасов на новую базу под Бишкек. Караван не должен дойти!

Хамад хотел было посмотреть на командира, но помешал ноктовизор.

— Нас всего четверо, — с сомнением произнес верный помощник Сына Солнца. — А такой большой караван будут особенно охранять.

— Не волнуйся, мы не будем вступать в бой с лашкарами, — усмехнулся Фархад. — Главное — сжечь машины с «белой смертью». А для этого у нас есть все необходимое.

Весь дальнейший путь четверо не проронили ни слова.

Когда еще невидимое солнце вызолотило далекие вершины Тянь-Шаня, «хаммер» остановился на каменном козырьке, по которому протянулась старая дорога к перевалу, не обозначенная на современных картах.

Отсюда открывался прекрасный вид на новую трассу, построенную уже после ухода из этих мест грозных шурави. Дорога взлетала по склону долины к черной трещине ущелья, чтобы еще через пару километров вынестись на перевал. Там находился блокпост таджикских пограничников.

— Неужели таджики пропустят караван? — засомневался Хамад.

— Конечно, — откликнулся Фархад. — Ведь командир этого поста — двоюродный брат второй жены Керима. Они с ханом давно сотрудничают.

— И где мы будем ждать караван?

— Прямо здесь. Смотри: отсюда до трассы всего-то метров двести, плюс высота. Они окажутся у нас как на ладони.

— Но нам тоже с этого места только один выход…

— Думаешь, сообразят пойти в обход?.. А даже если и так. Пока они обойдут эту скалу, мы успеем спуститься в долину.

Некоторое время они внимательно разглядывали трассу и подступы к ней через биноктары. Особенно устье ущелья. Наконец Фархад сказал:

— Эльхор, возьми свою винтовку и поднимись вон туда, — он ткнул пальцем в двузубую скалу, возвышавшуюся над козырьком метрах в пятидесяти от их позиции. — Твоя задача: не дать охране каравана уйти обратно за поворот.

Молчаливый боец кивнул и направился к машине. Там он извлек из багажника изящную и одновременно хищную черную винтовку с толстым дульным компенсатором и странной формы прикладом[27]. Быстрым движением присоединил к ней мощную оптику, вставил магазин и легкой трусцой припустил к скале.

— Теперь твоя задача, Махмуд. — Фархад положил руку на плечо парня. — Берешь ручной «хеклер» и занимаешь позицию под козырьком, вон там. — Он указал на каменную нишу метров на пять ниже их уступа. — Оттуда очень широкий сектор обстрела, а достать тебя снизу будет сложновато даже из гранатомета. Главное, не высовывайся. Ты должен отсечь от машин людей.

— Я все понял, Сын Солнца, — серьезно ответил парень и тоже пошел к «хаммеру».

— Ну а мы с тобой здесь останемся, — улыбнулся эмир Хамаду. — Это отличная позиция для «рейнджмастера»[28]. Одного магазина должно хватить, чтобы поджечь все машины.

— Хорошо, — вздохнул верный помощник, — только гложет мне сердце предчувствие: слишком просто и гладко у нас все получается. Так не должно быть. Керим-хан — хитрый и осторожный, как ирбис.

— Керим-хан шлет «белую смерть» тысячам и тысячам людей!

— Так давай просто убьем его…

— Нет. Если сейчас убить хана, его место тут же займет кто-нибудь из родственников, и все продолжится сначала, — терпеливо, в который раз, принялся объяснять Фархад. — Я же хочу сделать так, чтобы Керим сам отказался от своего черного дела. Чтобы он разорился, чтобы он… понял, что творит зло!

— Никогда этого не будет, мой друг, — покачал головой Хамад. — Керим-хан прекрасно все понимает, но не отступится от производства «белой смерти». Пока жив…

— Ладно. Обещаю тебе, что после сегодняшней операции я найду способ встретиться с ханом! Один на один.

Фархад пристально посмотрел в глаза помощника, улыбнулся, и в этот момент на трассе из-за поворота показался первый грузовик каравана. Маленький отряд затаился среди скал, кроме Хамада, бегом отправившегося к машине за главным оружием.

Грузовики медленно выползали из-за поворота, один за другим, держа дистанцию в десять метров. В кабинах и в кузовах виднелись фигуры вооруженных людей, внимательно оглядывающих окрестные каменные россыпи.