Все учесть невозможно - Марина Серова

Я смотрела на Ирину и думала, что же там все-таки приключилось.

— О чем вы разговаривали с Халивиным? — рискнула спросить я.

— Здесь задаю вопросы я, — отрезала она.

— Вы же хотите, чтобы я помогла вам. Как я понимаю, именно поэтому я здесь.

Она посмотрела на меня, как на идиотку, и громко расхохоталась.

— Как любит говорить наш общий знакомый, у вас мания величия, Таня! — сказала она. — Вам придется смириться с другим своим назначением. Мне, если честно, наплевать на то, кто убил Халивина. Вы правы — последнее время он перестал мне нравиться. Он предавал нас и делал это только ради своей семейки… Так что я не собираюсь с вашей бесценной помощью разыскивать убийцу. Тем более что у меня есть кое-какие соображения на этот счет. Делиться с вами я тоже не хочу. Мне нравится наблюдать, как ваше хорошенькое личико омрачается, а ваша самоуверенность разбивается о стену непонимания… Нет, милая деточка! Вы здесь, так же, как Федор, только с одной целью.

— С какой же? — холодно спросила я, чувствуя, как во мне рождается гнев.

— Вы бывали когда-нибудь на охоте, Таня?

— Нет, — отрезала я. — Мне не нравятся подобные дикие развлечения.

— Я так и знала. Охота — занятие мужественных людей. А вы, Танечка…

Она презрительно оглядела меня с ног до головы и фыркнула. Что ж она так задыхается от ненависти ко мне, ревнует, что ли?

А ведь правда, осенило меня. Ревнует. Именно так. Я являюсь ее соперницей. Дело не только в Стасе. Конечно, ее страстная любовь, разбивающаяся о насмешки, тоже сыграла свою роль. Но дело еще и в том, что я являюсь для нее как раз тем самым человеком, которым она хотела бы стать. Я обладаю качествами, о которых ей приходится только мечтать. Господи, неужели большинство преступлений основаны на таком чувстве, как зависть?

— Вполне с вами согласна, — улыбнулась я, ощутив внутри себя силу превосходства. — Я не отношусь к мускулистым созданиям. И, кстати, женский культуризм мне тоже не нравится…

— Я говорю не об этом!!!

Ее глаза сверкали бешенством. «Нет, она патологическая особа, — устало подумала я. — Скорее бы отсюда выбраться, а то она уже успела надоесть мне со своими извращениями…»

— Ладно, — успокоилась Ирина, — так вот, милая девочка. Вы нужны мне как подсадная утка. Я обещала обменять вас на дискету…

— Как? — искренне удивилась я. — Эта мерзкая дискета не у вас?

* * *

Вот еще новости в цветоводстве! И главное — я не смогла сдержать своего удивления! Уж в этом-то — в том, что чертова дискета находится у них, — я была уверена на сто процентов! Иначе чего они поднимали такой сыр-бор?

— Нет, не у нас. Если бы она была здесь, вы были бы мне совершенно не нужны…

По ее взгляду я поняла, что я была бы ей настолько не нужна, что она нашла бы способ избавить человечество от моего присутствия вообще.

— Поэтому вам придется пребывать в нашем обществе до тех пор, пока у нас не появится дискета.

— Ну-ну, — проворчала я. — Было бы еще любопытно узнать, кто же ее вам принесет. Человек, ее укравший, по моему скромному разумению, находится сейчас где-то в районе ада. Он что, заявится ради меня сюда с опаленными горящей серой ресницами? Нет, я, конечно, понимаю, что, может быть, в моем спасении для него заключается шанс облегчить свои страдания в геенне огненной. Но, судя по его характеру, он скорее предпочтет вечные муки, чем окажет помощь ближнему…

Ирина смотрела на меня с пренебрежением.

— Послушайте, вам что, нравится превращать серьезные вещи в шутку? — спросила она. — Есть вообще у вас хоть что-то святое?

Делиться своими «святынями» с Ириной я не собиралась.

— Что вы, — ответила я, — откуда? Ничего святого. Только власть доллара… Только секс. Только наркотики. Я типичный представитель своего поколения, которое вы так ненавидите.

Я рассмеялась. Ее лицо вытянулось и стало непроницаемым.

— Пока вы можете быть свободны, — буркнула она. Разговор со мной ей надоел.

— Могу? — спросила я. — То есть я могу сейчас спокойно выйти отсюда и поехать домой?

— Я имела в виду не это… — она пыталась испепелить меня взглядом. Я почувствовала себя Жанной на начинающем разгораться костре.

С тоской я посмотрела на крепкие решетки, закрывающие от меня свободу.

Да уж, если бы я действительно была свободна…

* * *

Оказавшись снова в келье, я уселась на кровать и стала продолжать обдумывать свой план. Нет уж, не стану я дожидаться, когда здесь появится Мельников. Во-первых, его можно прождать до скончания века. Хотя до этого самого «скончания» осталось не так уж и много, я не была уверена, что доживу до него, если буду бездействовать. Ребята тут были серьезные, шутки шутить не любили.

На то, что нас с Федором честно обменяют на дискету, я тоже не рассчитывала.

Кстати, если человек, у которого она сейчас находится, действительно был готов на этот подвиг, значит, мы были ему дороги. А дороги мы были…

О господи!

Я вздрогнула. Нет. Неужели он способен на подобное? Я запустила руку в карман джинсов и вытащила зажигалку.

Внутренний голос строго произнес:

— А ты уверена, что это не безумие? Ты уверена, что кто-нибудь ринется тебя спасать?

Я замешкалась. Посмотрела на окно, зарешеченное и мутное.

— Конечно, ринутся, — пожала я плечами. — Товар—деньги—товар… Я же вхожу в эту формулу…

Обои здесь, на мое счастье, были бумажными. Я щелкнула зажигалкой, надорвала край и поднесла к нему огонек.

Какое-то время я стояла и смотрела, как занимается сухая от времени бумага, как начинает дымиться. А потом я закричала. Когда дым стал заполнять комнату. Сама я встала за дверью — во-первых, там было легче дышать, а во-вторых, это входило в мой план.

— Помогите! — орала я.

В коридоре раздались быстрые шаги. Кто-то крикнул: «Горим!»

Дым становился уже непереносимым.

— Черт подери, если они не поторопятся, я начну терять сознание, — пробормотала я, стараясь не втягивать дым в легкие.

Наконец дверь открылась. Дюжий охранник появился на пороге, пытаясь высмотреть меня в дыму.

Я обрушила на его голову тяжелую вазу, украшавшую в каморке стол. Он оглянулся на меня еще более ошалевшими глазами и начал падать, пытаясь ухватиться за меня. Я чуть не упала, но успела вывернуться.

Времени медлить у меня не было. Надо было еще найти Федора.

Я выскочила наружу. Меня почти никто не замечал — все были перепуганы дымом, валившим из моей комнаты. Я побежала вниз. По моим подсчетам, Федор должен был находиться внизу, в одной из «гостевых» комнат.