Искатель приключений - Ксавье Монтепен

В ту минуту, как вошел Рауль, все подняли головы. Одежда его, простая, но опрятная, произвела впечатление. Кавалер бросил вокруг себя тот же самый пытливый взгляд, который в заведении Ранпонно не отыскал того, чего желал. На этот раз Рауль был счастливее, потому что тотчас приметил человека с подозрительной физиономией, которому огромные черные усы и длинный шрам поперек лица придавали воинственный вид. Человек этот, худой, бледный, одетый чрезвычайно бедно, стоял у стены в углу комнаты.

Рауль прямо подошел к нему и коснулся пальцем.

– Э? – проворчал человек с подозрительной физиономией, и ворчание его было очень похоже на ворчание бульдога, которого разбудили. – Кто вы и чего от меня хотите?

Кавалер не отвечал на эти два вопроса, но сделал правой рукой быстрый и странный жест, который, без сомнения, был каким-нибудь условным знаком, потому что человек с подозрительной физиономией тотчас отвечал подобным же жестом. Рауль сел за стол напротив него, и между ними начался шепотом следующий разговор:

– Вас зовут Матьяс Обер, прозванный Рысью? – спросил Рауль.

– Да.

– Стало быть, вы именно тот, кого я ищу… я хочу дать вам поручение…

– А принесет ли оно мне что-нибудь? – спросил странный собеседник кавалера.

– Принесет, и много, – заверил его Рауль.

– Что ж, может быть, вы и правы… Я буду вам служить. О чем идет дело? О похищении?.. Об ударе ножом?.. Предупреждаю вас, прежде, чем вступим в переговоры, что удары ножом нынче стали очень дороги…

– Их не нужно…

– Тем хуже!

– Но вам заплатят так же щедро.

– Тем лучше!

– Вот в чем дело… Вы меня слушаете, не так ли?..

– Благоговейно.

– Мне нужно иметь сведения об одной особе…

– Вы их получите, – сказал Матьяс Обер, вынимая из кармана отвратительный грязный бумажник и приготовившись записывать.

– Эта особа, – продолжал Рауль, – женщина.

– Очень хорошо.

– Она итальянка и называется Антония Верди…

Матьяс как будто силился вспомнить это имя, но, верно, память не напомнила ему ничего, потому что он тотчас сказал:

– Продолжайте.

– Антония Верди, – продолжал кавалер, – молода и очень хороша собой; она занимается магией, ворожбой и вызывает духов.

– О! о! – вскричал Матьяс.

– Около месяца назад, – прибавил Рауль, – она была два раза в Пале-Рояле ночью и в присутствии регента производила заклинания.

Рауль остановился.

– Вы больше ничего не знаете о ней? – спросил Матьяс.

– Ничего.

– Это немного, но для меня довольно. Как ни недостаточны ваши указания, мы будем действовать. Только прежде мы должны хорошенько понять друг друга. Что вы хотите знать?

– Как можно больше.

– Это значит ничего. Поставьте ваши вопросы по порядку, и мы постараемся отвечать на них в точности.

– Итак, я хочу знать:

1. Где живет Антония Верди?

2. Откуда она приехала?

3. Какова была ее прошлая жизнь?

4. Сколько времени находится она в Париже?

5. Каков ее образ жизни?

6. Есть ли у нее какое-нибудь состояние?

7. Наконец, кто ее ввел в Пале-Рояль?

– Ну вот и прекрасно! – сказал Матьяс, положив в карман бумажник, в котором он писал под диктовку Рауля. – Теперь приступим к серьезной стороне вопроса…

– Вы говорили о плате, не так ли?

– Да.

– Я вам обещал быть щедрым.

Матьяс презрительно сжал губы.

– Для меня обещания ничего не значат! Действуйте, и я примусь за дело, иначе я ни за что не берусь.

– Вы хотите денег вперед? Сколько же дать вам?

– Половину платы.

– И сколько же составит вся сумма?

– Двадцать пять луидоров.

– Вы недоверчивы!

– Что же делать!.. Меня часто обманывали.

– Если я дам вам столько, сколько вы хотите, когда вы приметесь за дело?

– Сейчас же.

– А когда я получу нужные для меня сведения?

– Может быть, дня через три, во всяком случае не позже, как через три недели. Это зависит от того, какие затруднения встретятся мне…

– Вот вам пятнадцать луидоров.

– Благодарю.

– Я дам вам еще пятнадцать, получив ответы на мои вопросы. Вы видите, что это составит тридцать луидоров вместо двадцати пяти, которые вы просили…

– Вы поступаете благородно, – заметил Матьяс. – Зато вам и служить будут усердно. Где я вас увижу?..

– Здесь, через четыре дня, в это же время.

– Через четыре дня навряд ли я буду в состоянии удовлетворить вас вполне, но все-таки сообщу что-нибудь.

Рауль простился со своим агентом. Позже мы объясним нашим читателям, каким образом Матьяс Обер не знал Рауля, между тем, как кавалер обратился прямо к нему со своим поручением. Кстати заметим здесь, что если некоторые вещи покажутся темными и неправдоподобными в первых частях этой истории, то все объяснится впоследствии, и, надеемся, ко всеобщему удовольствию.

Вечером на четвертый день кавалер воротился в кабак, вероятно, для контраста называвшийся Союзом Марса и Венеры. Обер уже сидел на своем месте. Стоявший перед ним огромный стакан, наполненный водкой, доказывал цветущее положение его финансов. Очевидно, он был пьян, но опьянение не лишало его разума, спокойствия и совершенной ясности.

– Я всегда думал, что нехорошо хвалить самого себя, – сказал он Раулю, как только тот сел возле него, – но сегодня я могу сказать без хвастовства, что я славно заработал свои денежки…

– Вам удались ваши поиски? – спросил кавалер.

– Черт побери! Разве когда-нибудь Матьясу Оберу, прозванному Рысью, не удается что-либо?

– Вы без сомнения, принесли с собою сведения, собранные вами?

– Принес.

– Покажите же мне…

Матьяс подал Раулю сверток бумаги, старательно запечатанный, говоря:

– Я человек добросовестный и хотел поступить так же благородно, как и вы. Я велел переписать начисто мои заметки одному моему приятелю, публичному писцу с редкими достоинствами, который когда-нибудь вступит в Академию… Это мне стоило луидор, ни более ни менее. Зато отлично переписано; впрочем, судите сами.

Рауль сорвал печать с бумаги, поданной ему Матьясом, и прочел следующее:

«Донесение, представленное кавалеру Раулю де ла Транблэ об особе, называющейся Антонией Верди».