Имитация - Нора Робертс

– Вас раздражали его сексуальные отношения с вашей сестрой?

Темные глаза Рока полыхнули огнем.

– Затащить полупьяную девицу в постель, затем выкинуть ее из дома посреди ночи, а потом еще хвастаться о своей победе направо и налево? Я бы не назвал это отношениями. Он знал, что Кирия – моя сестра, и сделал это, чтобы напакостить мне.

– Будь я на вашем месте, у меня бы возникло желание надрать ему задницу.

– Я подумывал об этом. Но Зиглер ко всему прочему был еще и отъявленным трусом. В конце концов я просто высказал ему все, что о нем думал. Заявил, если он еще когда-нибудь прикоснется к моей сестре или будет трепать ее имя, я разобью в кашу его смазливое личико.

– Может, он так и сделал? Продолжил трепать ее имя.

– Я, во всяком случае, об этом не слышал, – Рок присел на край своего металлического стола.

Здоровый мужчина с крепкими руками, широкой грудью и парой шрамов на лице. По-своему привлекателен, решила Ева. Для тех, кто любит грубоватую красоту.

– Занимаетесь боксом? – спросила она.

– Раньше занимался. Поначалу нравилось, но потом надоело колошматить людей, вот я и переключился на тренировки. Зиглер, тот предпочитал шикарные места, вроде «Супер-Тела», но это не мешало ему поплевывать в сторону моего зала. Джус – это он рассказал мне о вашем приходе – утверждал, что Зиглер просто завидует. Уж очень ему хотелось обзавестись собственным местечком.

– Два последних года он уводил у вас приз, – заметила Ева.

– На приз мне плевать, а вот деньги, конечно, не помешали бы. Такие заведения, как «Супер-Тело», обладают весомой репутацией, и это сказывается на выборе победителя. Я сам создавал свое место, и создавал с нуля. Я не могу похвалиться подобной репутацией, но у меня тоже немало посетителей, и моя известность растет. Я не стал бы убивать ради приза.

– Но есть еще и ваша сестра, – напомнила Ева.

– Убивать из-за того, что уже случилось? Разве это что-то изменит?

– Где вы были в день убийства?

– Здесь, до четырех. Пришел домой, выпил пива, принял душ, посмотрел новости и уселся за работу. Составлял программы для клиентов. В зале на это никогда не хватает времени. Потом отправился на ужин к маме. Думаю, было около семи или чуточку позже. Если честно, на часы я не смотрел. Домой вернулся в девять.

– Вы виделись с кем-нибудь между пятью и семью? Может, разговаривали?

– Нет. Вы хотите арестовать меня?

– Пока что нет. Где живет ваша мать?

– В том же доме, что и я. Двумя этажами ниже. Я специально переехал туда, чтобы быть к ней поближе.

Он тепло улыбнулся, но тут же посерьезнел.

– Она ничего не знает про Кирию. И я бы не хотел, чтобы узнала. Зачем вам поднимать эту тему?

– Мы и не собираемся. Что ж, спасибо за беседу.

– Это все?

– А вы хотите что-то еще добавить?

– Это скорее домыслы, чем факты.

– Неважно.

– Ладно. На мой взгляд, денег у Зиглера было больше, чем следовало. Больше, чем он мог заработать в зале. И я не знаю, как он их добывал.

– Но какие-то догадки у вас есть? – спросила Ева.

– Верно. Кирия здорово разволновалась, когда я выяснил, что произошло. Ее это сильно расстроило, но в конце концов она призналась. Рассказала, как Зиглер вышвырнул ее из квартиры сразу после того, как у них был секс. Она чувствовала себя неважно, и ей хотелось остаться. Она не знала, сможет ли сама добраться до дома. Но Зиглер заявил, что женщинам дозволено находиться у него при одном-единственном условии – если они заплатят. Сказал, что за тысячу баксов позволит ей остаться до утра. Но у Кирии не было при себе таких денег, и он вышвырнул ее на улицу.

Рок бросил взгляд на свой энергетический напиток.

– Я думаю, он заставлял женщин платить. Ни для кого не секрет, что он спал с клиентками. На мой взгляд, это их личное дело. И совсем другое, когда ты начинаешь брать деньги за секс. Без лицензии это незаконно. Может, она у него и была. – Пожав плечами, Рок сделал еще пару глотков. – Но лично я так не думаю.

– Что ж, спасибо за информацию.

– А с Кирией вы будете говорить?

– Возможно.

Вздохнув, он покрутил в руках полупустую бутылку.

– Не давите на нее, ладно? Ей стыдно из-за того, что произошло. Она постаралась забыть обо всем, как о досадной ошибке. Но ей стыдно.

– Ясно. – Ева на мгновение задержалась на пороге офиса. – Мне нравится ваш зал.

Лицо Рока расплылось в улыбке, что придало его чертам неожиданное очарование.

– Вы боксируете?

– Я борюсь, – улыбнулась в ответ Ева. – И это существенная разница.

Подождав, пока они выберутся на улицу, Пибоди ткнула в Еву пальцем.

– Он понравился тебе. Ты не считаешь его убийцей, поскольку он тебе понравился.

– Он мне понравился. Я знаю, что он не убивал, поскольку в этом случае он бы использовал свои кулаки. И я не могу представить, чтобы Зиглер добровольно пустил его в дом и уж тем более провел в спальню. Там наверняка были бы следы борьбы. Опять же, если бы Бриттон и схватился за трофей, гнев покинул бы его с первым ударом. Он не стал бы тратить энергию на второй.

– Что ж, звучит убедительно. И все-таки он тебе понравился.

– Он с самого начала заявил, что терпеть не мог Зиглера и не жалеет, что тот мертв. Это требует мужества. И он не стал крушить череп Зиглера месяц назад, когда все произошло. Это требует выдержки. Мне нравится мужество. И я уважаю выдержку.

– Так как насчет встречи с его матерью и сестрой?

– Это подождет. Сейчас мы вернемся для повторной беседы к Наташе Квигли.

– Хорошо, а почему?

– Потому что она солгала. Она спала с Зиглером. Я еще вчера заподозрила ее во лжи, а сегодня уверилась в этом окончательно. У нее привлекательная внешность, и она богата. Не просто клиентка, но и замужем. Зиглер выбирал таких в первую очередь. Пошли, вытрясем из нее факты.

– Хорошо. Но если она солгала, то зачем? Она же могла подыграть нам и заявить, что тоже пила его чай.

– Во-первых, мы не знали наверняка, что в чай был подмешан наркотик. Да и свою догадку мы высказали после того, как она – заметь, весьма яростно – открестилась от секса с Зиглером.

– Это верно. – Пибоди поглубже натянула шапку. – У нас уже набралось столько женщин, которые платили Зиглеру либо за секс, либо за молчание, что пора составлять таблицу. – Лицо ее оживилось. – Мне нравится составлять таблицы. Но если это во‑первых, что тогда во‑вторых?

– Во-вторых, потому что всегда легче сказать: нет, это не я.