Соль - Марк Хаскелл Смит

Мэрибет улыбнулась Торку.

— Что скажешь?

Тайская девушка вела опьяневшего мужчину на второй этаж, в номера. Другие посетители в частично огороженных кабинках щупали и лапали женщин в два раза моложе себя, отовсюду слышался хохот, лица светились восторгом, глаза бешено вращались от выпивки и тестостерона. Торк посмотрел в сторону бара — три гладких и смуглых тела извивались в такт музыке, рты соблазнительно приоткрыты, глаза пленительно смотрят в зал, обещая чувственный восторг, возвращение молодости и облегчение.

Этого Торк предвидеть не мог. Член его среагировал немедленно, напрягся еще при входе в зал. Худшее место в мире для выздоравливающего секс-наркомана! Более опасной провокацией, пожалуй, могла бы стать лишь римская оргия.

— Мне кажется, надо уйти отсюда.

Мэрибет посмотрела удивленно, даже разочарованно.

— Уйти? Мы ведь только пришли!

Но тут в кабинку скользнул Клайв, улыбнулся клиентам и положил горячую ладонь на бедро Мэрибет.

— Отдыхаем?

Мэрибет кивнула и отодвинулась в сторону.

— Тут такое творится!

— Прошу прощения, что опоздал, нужно было проверить, не следят ли за вами.

Мэрибет взглянула на Торка.

— За тобой следили?

— Чувак из посольства знал все, что я делаю. Наверное, телефон прослушивали…

Клайв согласно кивнул.

— Обычно прослушивают. Впрочем, не важно. Сюда за вами никто не пришел. — Он подозвал официантку. — По-моему, это не террористы.

— Откуда вы знаете?

— Я организовал прослушку всех мобильных разговоров в западной части Пхукета, но фильтр не выдал ни слова на арабском, бахаса или тамильском.

Если бы даже Торк не отвлекался на полупрозрачные бикини и ковбойские шляпы ерзающих по барной стойке танцовщиц, он все равно не смог бы понять услышанное. Это было все равно что разбираться в алгебре, выпив бутылку водки. Музыкант уставился на Клайва.

— Я запутался.

— Мы прослушиваем все мобильники на Пхукете, но не услышали ничего необычного.

— Так, может, они не звонили?

— Может быть. Хотя вряд ли организованная группа обойдется без звонков в самый разгар операции.

Торк кивнул, глядя на дно кружки. Мэрибет обратился к Клайву:

— Тогда кто это?

Тот пожал плечами.

— Может, местные бандиты. Или конкуренты с другого курорта. Так частенько бывает.

Принесли заказанный Клайвом коктейль. Австралиец снял насаженный на край стакана ломтик лайма и выжал сок в напиток. Размешал пальцем.

— Как только забрезжит хоть какой-то свет, мы подключим спутниковое наблюдение и прочешем курорты, выискивая все необычное.

Он сделал долгий глоток.

— Не беспокойтесь. Мы найдем их.

Торк посмотрел на Мэрибет. Та уже давно никого не слушала, увлеченная плавными движениями танцовщиц.

— А мне что делать?

Клайв улыбнулся.

— Вы же в Бангкоке! Развлекайтесь. Совсем скоро мы вернем вам жену. Я буду на связи.

С этими словами Клайв встал, похлопал Торка по плечу, взял стакан и направился к юной тайской девице, прильнувшей к стене.

Мэрибет не сводила с танцовщиц глаз.

— Что, нравится?

Девушка покраснела и игриво отпихнула Торка.

— Заткнись.

Тот расхохотался.

— Не я же на девок палюсь!

Мэрибет с улыбкой отпила коктейль.

— Они вроде бы милые.

Торк хотел уже предложить вернуться в отель, поспать, но тут в кабинку скользнула гибкая тайка в просвечивающем шелковом платье. Она присела и как ни в чем не бывало принялась ласкать Торку член, касаясь легко и мимолетно, точно дуновение ветра. Торк завелся, хотел ее остановить, но слова застряли в горле. Девушка была настоящей красавицей. Нежная коричневая, цвета кофе с молоком, кожа, большие карие глаза, маленькие, но чувственные губы, короткая асимметричная стрижка. Шея длинная и тонкая, модные очки «Алан Микли».

— Привет, я Венди.

Мэрибет ухмыльнулась.

— Венди? Это настоящее имя?

Венди закурила сигарету.

— Вы не против?

Торк покачал головой.

— Нет.

Венди выдохнула ровное колечко дыма.

— По-настоящему меня зовут Ватчара Кунакорнпайлбуунсири. Но это слишком сложно для иностранцев. Поэтому я Венди.

— Венди — хорошее имя.

Мэрибет делала недвусмысленные намеки, всячески демонстрировала сексуальное влечение, флиртовала с прекрасной тайской проституткой. Она склонялась к Венди, строила глазки, играла прядью своих волос, облизывала губы, касалась груди, посасывала пальчик. Торк не обращал на это внимания; он рассматривал тело Венди. Сквозь платье просвечивал тонкий стан, идеальной формы грудки с темно-коричневыми сосками. Ноги у нее были длинные, бедра округлые и подтянутые. Торк пожал плечами. Венди была само совершенство, как будто некий злой дух собрал воедино все, что нравилось ему в женщинах, и заключил в одно стройное и доступное тело. Понадобится вся сила воли, чтобы пережить этот вечер.

Мэрибет потянулась и взяла Венди за руку.

— Венди, можно тебя угостить?

— Я выпью текилы.

Торк изумился.

— Текилы?

Мэрибет осклабилась.

— Тогда я тоже.

О господи! И впрямь само совершенство!

Мэрибет взмахом руки подозвала официантку, спросила бутылку лучшей текилы и три стакана. Венди склонилась вперед.

— Хотите, можно пойти ко мне в комнату. У меня есть рамбутан. Это, конечно, не лайм, но, по-моему, даже лучше.

Мэрибет кивнула.

— Отлично!

Торк посмотрел на свою спутницу.

— Эй, ты что несешь?

Мэрибет игриво толкнула музыканта.

— Да ладно, Торки! Посидим в тихом местечке, выпьем с Венди. Что такого?

Торк зашептал Мэрибет на ухо:

— А то, что я не хочу трахать проститутку.

Мэрибет хмыкнула.

— Тогда на меня посмотришь.

Фрукт был какой-то невиданный, волосатый. Ни пушок персика, ни шершавая кожура киви не могли подготовить Торка к виду торчащих колючек рамбутана. Музыкант устроился на низком табурете в углу комнатушки (Венди и Мэрибет уселись на простую деревянную кровать) и уставился на странный фрукт. Если это, конечно, не засохшие яичники обезьяны.