Кража с обломом - Дарья Калинина

— Я не знаю, — пролепетал Мишка. — Я из столицы ни ногой. У меня тут куча проблем, вот еще и ты приехала.

Чувствовалось, что этот факт заставляет его нервничать пуще всего. Он с тоской посмотрел на свою невесту и предложил:

— Может быть, посидим в кафе? А то я упарился за вами по городу бегать. Караулю вас у тюрьмы с ночи, а потом вы еще куда-то едете и почему-то не ко мне домой, а к моим родителям. Вы ведь к ним собирались? — с неожиданной проницательностью спросил Мишка.

— Ты хоть знаешь, что у тебя дома из мебели только диван и ванна? — спросила его Мариша, когда мы уселись за столик в уличном кафе классом повыше нашего утреннего пристанища.

— Так вы у меня успели побывать? — поразился Мишка. — А зачем вы двери у соседей поснимали?

— Это не мы! — пришлось возмутиться мне, так как Мариша от негодования, ее душившего, слова произнести не могла. — Там какие-то типы ночью поработали. Мы их не видели, спали. Но вечером приходили двое мальчишек лет по восемнадцать-двадцать и звонили, а потом двое мужиков постарше, они пытались взломать дверь, но по ошибке попали к соседям.

Мишка рассеянно выслушал меня и сказал:

— Понятное дело, ищут.

— Кого ищут? Тебя? — искренне поразилась я, мне казалось, что только моей полоумной Марише могла прийти в голову мысль найти Мишку для каких-то важных целей.

— И меня тоже, но главное — деньги.

Деньги! Это мне было понятно. Деньги — это солидно, это вам не какой-то жалкий мафиози. А чем денег больше, тем лучше и дольше их будут искать.

Это я понимала превосходно, поэтому поторопилась спросить:

— А денег там было много?

— Много, — мрачно подтвердил Мишка, и я заключила, что этих денег у него тоже нет, а то бы он не сидел с лицом, словно на поминках лучшего друга.

Да и вообще, Мишка был человеком нежадным, он бы не стал рисковать своим здоровьем и благоустроенной квартирой, чтобы захапать чужой кусок, который к тому же был для него слишком велик.

— Собственно, это и не деньги вовсе, — несколько туманно пояснил он. — И к тому же они не мои.

Мне их оставил один человек. Очень хороший мой друг, но беда в том, что он их, в свою очередь, взял у других людей, а они рассердились и пожелали расквитаться с моим другом и вернуть себе свое добро.

Первое у них получилось просто отлично, хоронить пришлось в закрытом гробу, а вот брильянты они так и не нашли. Но этот мерзавец, пусть земля ему будет пухом, перед смертью назвал мое имя и сказал, что передал брильянты мне и они спрятаны у меня в квартире.

— Брильянты! — воскликнули мы с Маришей, так как все блестящие штучки всегда вызывали у нас живейший интерес. — Где же они там спрятаны?

Мишка сконцентрировал свое внимание на кончике собственного носа, что являлось у него признаком крайнего неудовольствия.

— Ах, их у тебя не было? — догадалась за него Мариша, продемонстрировав неплохое знание современного детектива.

— В том-то и дело, что были, — потупился Мишка и замолчал.

— Так в чем дело? — рассвирепела Мариша и даже от избытка чувств ткнула своего бывшего жениха в бок. — Почему же ты их не отдаешь? Тебе что, не говорили в детстве, что брать чужое плохо?

— Я и не брал! — в отчаянии запричитал Мишка, отсаживаясь от Мариши подальше. — Они пропали.

Вечером я напился, а утром, когда пришел в себя, их уже не было. И к тому же я ничего не помнил о том, чем занимался все это время.

— Так ты их спрятал! — догадалась я. — Волновался из-за того, что они могут пропасть, и среди ночи встал и запрятал. Я читала про такое. Что-то вроде лунатизма.

— Может, и так, — согласился Мишка, с воодушевлением и признательностью поглядывая на меня.

— Тогда изволь вспомнить, куда ты их дел, — потребовала Мариша таким тоном, словно и не она вовсе несколько дней назад пыталась с практически нулевым результатом вспомнить, у кого же из ее знакомых имеются ключи от ее квартиры.

— Я не могу, — простонал Мишка.

— Хорошо, — сжалилась над ним я, так как всегда испытывала слабость к беззащитным существам и попавшим в беду мужчинам, — тогда скажи, где ключи от Маришиной квартиры, которые ты у нее взял при расставании.

— Тоже не знаю, — почти рыдая, промямлил Мишка.

Это уже переходило все границы. Даже мое терпение истощилось, и я постаралась пнуть Мишку под столом побольней. Оказалось, что он сидел нога на ногу, и я попала по его пятке в кроссовке, которая от моего удара дернулась вверх, и все три пива, которые только что поставила на стол официантка, расплескались.

— А чего-нибудь ты знаешь? — побелев от ярости, спросила у него Мариша. — Зачем ты за нами поперся, если от тебя никакого толку? У нас у самих полно проблем.

— Я надеялся, что вы мне поможете, — произнес Мишка, и мы с Маришей обе окаменели от негодования.

— Мы поможем тебе?! — все еще не до конца поверив в то, что услышала, пришлось спросить мне у него, так как Мариша повторно потеряла дар речи. — Ты с ума сошел? Чем мы можем тебе помочь?

— И даже если бы мы могли, то не стали бы, — встряла в разговор пришедшая в себя Мариша. — Откуда нам знать, может быть, у тебя в ту ночь, когда пропали камешки, были гости, которые их и свистнули. А нам теперь за них отдуваться?

— Да вы только подумайте, ведь ваши проблемы решатся сами собой, как только решатся мои, — очень весомо и с сатанинским блеском в глазах произнес Мишка. — Кому ты, Мариша, могла помешать настолько, чтобы начать свозить к тебе трупы, сама прикинь? Жила ты тихо и мирно, никого не трогала.

— Вот именно, — плаксиво подтвердила Мариша, — а результат?

— Так действовали не против тебя лично, они, должно быть, надеялись найти у тебя на квартире меня или взять тебя в заложницы, чтобы потребовать от меня деньги, а тех парней убили для того, чтобы тебя и меня напугать, или просто потому, что те под руку подвернулись. Но если мы найдем камешки и вернем их хозяевам, то все снова наладится, — ласково сказал Мишка, как никогда сильно напоминая зловредное пресмыкающееся под яблоней.

Мариша недоверчиво взглянула на него, потом на меня. Мишка тоже уставился на меня, а я, чтобы предостеречь подругу от мужского коварства, толкнула Маришу под столом. Чего делать не следовало, потому что попала я снова по Мишке, и он, истолковав толчок самым превратным образом, принялся мерзко мне подмигивать.

— Что конкретно от нас требуется? — не дождавшись моей реакции, спросила Мариша.

Мишка приободрился, поднял голову и почувствовал себя снова на коне.

— Пока ничего конкретного, просто расскажите про то, что с вами случилось необычного за последнюю неделю.